Расклад на любовь
Иногда Стас приходил, я видела, как он давал отцу деньги, возвращая долг. Пару раз деньги перепадали и нам с братом, на них мы втихаря покупали сладости и газировку.
А через год Стас привел в дом отца девушку. За ужином, который он и организовал, Стас заявил, что собирается жениться. Свадьбу сыграли быстро, через месяц, летом. Была приглашена вся наша семья, и на торжестве, у ЗАГСа, я стала случайным свидетелем диалога бабушки с пасынком.
— Ну подумаешь, залетела? И что теперь, жениться? — сказала бабушка Стасу.
— Так правильно, — ответил он.
После свадьбы я видела Стаса редко — лишь на больших семейных праздниках. Он приходил всегда с женой, потом и с сыном. Выглядели они отлично, дела Стаса шли в гору, компания, которую он организовал, росла. Бабушка иначе как "высокомерным отморозком" своего пасынка теперь не называла.
А когда мне исполнилось семнадцать, случилось неожиданное. Бабушка подала на развод. Дед ей, оказывается, изменил. Собрав все вещи, бабуля перебралась к нам, точнее к себе, жили-то мы с родителями в ее хоромах, мы с братом были вынуждены ютиться в одной комнате и слушать рассказы бабушки о том, какой козел ее третий муж.
С дедом мы перестали общаться, как и с его сыном.
А через год дедушка умер. Общие знакомые сообщили бабушке, я присутствовала при этом ее разговоре по телефону. На похороны бабуля не поехала. Ну а я решилась, хоть бабушка и возмущалась. Мое отношение к ее бывшему мужу не поменялось, он остался для меня единственным дедушкой, которого я знала и любила. И я считала правильным проводить его в последний путь.
Приехала к моргу с цветами и скорбью. Народу было немного, потеряться в толпе не удалось. Стас стоял потерянный, как будто не понимал, где он и что здесь делает. Я боялась, что он меня пошлёт. Развод его отца с моей бабушкой был далеко не мирным. Но все же подошла. Выразила соболезнования и обняла его по-родственному. Стас произнес:
— Спасибо, Оленёнок.
Это была наша последняя встреча. Семь лет назад. Я уже и забыла про своего почти родственника.
Глава 7Я закрыла фотоальбом. Вытерла мокрые от слез щеки. Что-то растрогалась я, вспоминая.
В моей жизни было много потерь близких людей. И потерять еще и брата я не хочу.
Медленно повела взглядом по комнате. А может, правда, продать квартиру? Помочь брату и жить спокойно?
Но тут вдруг на комоде упала фотография. Я встала, подошла. В ровный ряд в позолоченных рамках стояли фотографии моих родных. А вот бабушкина лежала лицом вниз.
Это знак? Бабушка дает понять, что против?
Я вздохнула, ведь в знаки верю. Раньше избегала их, игнорировала. А зря.
Поставила рамку на место и вышла из комнаты. Подошла к спальне брата. Он дома, отсыпается, наверное, после ночной смены. Мне захотелось зайти, что я и сделала.
Вовка спал, посапывая. Подошла ближе и аккуратно присела на кровать. Рука сама по себе потянулась к голове брата, погладить его хотела. По темным густым волосам. Но тут на тумбочке заиграл телефон — будильник сработал.
Брат дернулся, резко приподнялся и уставился на меня в удивлении. Глаза красные, лицо мятое… А еще на его скуле я увидела свежий синяк.
— Тебя снова били? — ахнула я.
— А тебе какое дело? — отмахнулся он, поднялся с постели и начал натягивать футболку.
— Вова, — позвала я тихо, — подруга предложила одолжить нам пятьсот тысяч…
Вовка замер на месте.
— Нам?
— Ну конечно. Я тебя не брошу. Помогу.
Он опустился на кровать сел рядом.
— Даже если мы их возьмём, этого мало. Я тоже смог насобирать пятьсот тысяч. Итого, лям. Всего лишь, — он развёл руками. — Жаль, что у нас нет богатых родственников.
Произнес, а меня вдруг озарило. Ох, не зря мне попался на глаза этот журнал. Это же тоже был знак, как я сразу не поняла?
— А ведь есть, — сказала я тихо.
— Что? — нахмурился Вовка.
— Идея есть, — ответила я и поспешила покинуть комнату брата.
Зашла в свою, а там полезла в телефон, загружая браузер. Искала я телефон приёмной директора компании "Ocean Incorporated". Рискну, попробую связаться с почти родственником, попросить денег. Разумеется, в долг. Уж лучше ему возвращать, частями.
Телефон нашла. Собралась позвонить, но потом увидела, сколько сейчас времени. Стандартный рабочий день уже закончился. Так что позвоню завтра с утра.
Вовка ушел в автомастерскую на смену. А я решила занять руки и убить время одновременно приготовлением еды. В общем, жаркое мне удалось. Я поужинала, лениво пролистала газету с вакансиями, даже выделила парочку фломастером, пообещав себе, что обязательно по ним позвоню после разговора со Стасом.
Посмотрела сериальчик и отправилась спать. Но уснуть не могла долго, все прокручивала в голове варианты предстоящего разговора.
Утром, умывшись и выпив кофе, я дождалась начала рабочего дня и набрала номер приемной. Несколько минут я слушала "Весну" Вивальди, интересный выбор, после чего трубку наконец сняла девушка:
— Приемная.
— Добрый день, — вежливо начала я, — я хотела бы поговорить со Станиславом Викторовичем.
— По какому вопросу?
— По личному.
Повисла пауза, а потом девушка с усмешкой спросила:
— Видели статью в журнале?
— Видела, — непонимающе ответила я.
— Ясно, — она опять усмехнулась, — девушка, по всем личным вопросам вам лучше связаться со Станиславом Викторовичем по его мобильному телефону.
— Вы можете дать его номер? — наивно спросила я, хотя примерно знала, что мне на это ответят.
— Разумеется, нет, свой номер он дает исключительно сам. До свидания, — и положила трубку.
Я насупилась… а потом представила, как это выглядело со стороны. Звоню, прошу связать по личному, да еще журнал этот. Видимо, я не первая такая, которая звонила "самому завидному жениху". Достали, наверное, подобные соискательницы.
Вздохнув и выдохнув, набрала номер еще раз. Опять слушала Вивальди, после чего все тот же женский голос:
— Приемная.
— Добрый день еще раз. Вы меня, наверное, неправильно поняли, — заговорила я максимально вежливо и тактично. — Станислав Викторович мой родственник, и мой личный вопрос заключается лишь в этом.
— Но при этом вы не знаете его номера, — парировали мне, но тоже вежливо.
— Увы, тот, что у меня был, он скорее всего поменял, — соврала я.
— И кем же вы ему приходитесь?
— Я дочь его сестры… — начала, но меня резко перебили: