Расклад на любовь

И вот сейчас я точно никуда не денусь. Долг брата держит. Боюсь я за него.
— Согласна, — поддакнула Маришка, — будем на тебя по телику смотреть и говорить всем, что мы дружили.
— Я театральная актриса, — вздохнула я, — мне сцена нужна, зритель, живая атмосфера.
— Кино популярней сейчас, первый раз снимешься и втянешься, — добавила Фаина Семеновна.
— Спасибо за поддержку, девочки, я подумаю, — улыбнулась я, и уже бывшая коллега, чмокнув нас с Маринкой в щеки, поспешила в сторону дома. Ну а мы решили немного погулять, мозги проветрить.
Дошли до парка, устроились на скамейке, что стояла в тени, на улице была уже почти летняя жара.
— Что там с долгом брата? — поинтересовалась Маришка.
— Плохо все, — вздохнула я и рассказала подруге, как меня вчера до дома подвезли.
— Ужас, Ляль, представляю, как ты испугалась, — приобняла меня подруга. — Хорошо, что не… обидели.
— Это да.
— И что делать-то, как теперь?
— Работу искать, — вздохнула я, — в магазин консультантом пойду, наверное, где побольше платят.
— А призвание?
— А никуда оно не денется. Дождётся своего часа.
Маришка с грустью закивала. Посмотрела куда-то вдаль.
— А тебе совсем не у кого денег занять? Просто страшно, вдруг те еще раз тебя подвезти решат.
— Да у кого, Мариш? Родственников у нас нет. Родители были единственными детьми у своих родителей… Может, там где и есть дальняя родня, но я о них не знаю.
— Друзья? Связи?
— Да кто такую сумму одолжит?
Подруга сочувственно закивала, а потом вдруг хлопнула ладонями по коленям.
— Слушай, — начала она, — я могу дать, пол-ляма у меня есть.
— Нет уж, открывай на них свое ателье.
— Да подождёт ателье, я и на дому шить могу, заказы всегда были и будут. Наработала клиентов.
Я улыбнулась, прижалась к подруге:
— Спасибо тебе. Даже за то, что предложила.
— Мы ж подруги, Ляль. Ты единственная из актрис, кто не относился ко мне, как к реквизиту.
Мы посидели еще полчаса, а затем Маринке позвонил муж, и мы потопали к остановке. Я посадила ее в автобус и не спеша пошла к дому.
Шла и думала. Надо же, пришла помощь, откуда не ждали, одна шестая от суммы очень пригодится. Хотя совестно мне брать деньги у Маринки. Так что работу все же искать нужно. И поскорее.
Здесь мой взгляд вдруг уперся в киоск, незаметный такой, стоящий на углу и торгующий газетами и журналами. Ну вот, знак.
Подошла, наклонилась и попросила свежую газету с вакансиями. Пока продавец капалась позади себя, я водила взглядом по прилавку с журналами, лежащим передо мной. "Самый завидный жених", — гласила надпись на одной из обложек. Хм, как громко и призывно. Мимо такой обложки свободная девушка не пройдёт, ну, или хотя бы посмотрит на этого, завидного. Вот и я посмотрела на мужское лицо на обложке… да ну, да не может быть!
Я вцепилась в журнал рукой, вытаскивая его из ровного ряда.
— Э, нельзя, сначала купи, — возмутилась продавщица, схватившись за свой товар в моей руке, не позволила полистать.
— Да куплю я, куплю.
Расплатилась за газету и за журнал и зашагала по улице, на ходу листая страницы, ища нужную.
Нашла, пробежалась взглядом по статье. Ну вот, так и есть — имя жениха: Станислав Океанов, тридцать пять лет, владелец компании "Ocean Incorporated", есть сын четырнадцати лет, разведён…
Надо же, успел уже развестись. А я, помнится, на свадьбе его гуляла. Это была первая свадьба в моей жизни, поэтому запомнила почти все до мельчайших подробностей.
И компанию он поднял с нуля. Хотя начинал когда-то, мягко говоря, незаконно.
Статью дочитала у подъезда. Задумчиво вздохнула и поднялась в квартиру. А там на меня ностальгия напала. Достала я старенький фотоальбом и принялась листать фотографии. На одной из них были мы: я, девчушка десяти лет, и только что вернувшийся из армии Стас… На тот момент я считала его дядей…
    
Глава 6
Моя бабушка не была прямо красивой женщиной в общепринятом смысле, но мужчины вокруг нее крутились всегда. Шарм, филигранные черты лица, выдающийся бюст при небольшом росте и умение себя подать так, что остальные женщины меркли на ее фоне. В возрасте сорока семи лет она в третий раз вышла замуж. За мужчину младше ее на 9 лет.
У бабушки уже на тот момент была взрослая дочь и двое внуков — мы с братом. А у ее нового мужа — сын-подросток, заканчивающий школу. Этим подростком и был Стас.
Бабушкиного мужа я считала дедом, он тоже относился ко мне как к внучке. Заботливый, добрый, весёлый. Стас был противоположностью отца. И я его побаивалась. Каждые выходные и первый месяц лета мы с братом ездили гостить к бабушке, а жила она тогда у мужа. Стас, разумеется, тоже был там. Из своей комнаты, когда был дома, он не выходил. А если мы случайно сталкивались в коридоре, смотрел хмуро, хоть и здоровался. Это потом я узнала, что между ним и бабушкой не было все так гладко и ровно. Невзлюбил парень свою мачеху.
Но все изменилось, когда Стас ушел в армию. Мало того, что тогда служили по два года, так еще Стас призвался в трудное время — шла вторая Чеченская война. И Стас попал именно туда. Говорили и писали, что активных боевых действий в Чечне в то время уже не было. Но, как известно, истории иногда свойственно умалчивать о некоторых фактах.
Стас вернулся, не был даже ранен. Но ночами его мучили кошмары, и как-то я стала свидетелем одного из них. Ночью мне приспичило в туалет и, проходя мимо спальни Стаса, я услышала стоны, а потом крики. Не знаю зачем, но я зашла к нему без спроса. Села на кровать и начала гладить, хотела успокоить. Он проснулся, уставился на меня в удивлении. А я молча встала и ушла. Утром он вышел завтракать на кухню, со всеми. Шутил, спрашивал, что-то рассказывал. Я посмотрела на этого человека с другой стороны и с удовольствием шла на контакт.
Стас иногда ходил с нами гулять, пока бабушка готовила обед, вечерами приглашал к себе и учил меня играть в карты. Конечно, я проигрывала, отчего злилась, проигрывать с достоинством еще не умела, а Стаса лукаво ехидничал.
— О как ты свои глазищи выпучила! — произнес он однажды, смеясь, после моего очередного проигрыша. — Я понял, кого ты мне напоминаешь — олененка из мультика, как его там, Бемби! Точно, ты не Оля, ты Олененок.
И с того момента иначе как Олененком он меня не называл. А мне не нравилось, ой как не нравилось. Я бесилась, чем только больше забавляла Стаса.
А потом он начал пропадать. Сутками дома не появлялся. Бабушка с дедом шептались, что он попал в дурную компанию. И однажды деду пришлось вносить за сына приличную сумму денег, чтобы отмазать его от тюрьмы. Что там было — никто не сознавался. После этого Стас вовсе ушел из дома. Где он жил, чем занимался, я не знала, но услышала как-то из уст бабушки слово «криминал». Его значение и смысл я тогда до конца не понимала.