Первый встречный

 
20. Ксения. Есть контакт
На часах половина третьего ночи. Ксения бродила из угла в угол по огромной квартире, как сомнамбула. Не спалось.
Где-то в многомиллионном городе в своей кровати сейчас спит человек, который опять поломал все шаблоны, забрал покой и заставил крепко задуматься.
Хотя, почему где-то? Адрес вполне конкретный. Люсиновская 6 квартира 24. По навигатору всего шестьсот пятьдесят метров. Да. Проверяла. Восемь минут пешком, две — на машине. Просто встань, возьми ключи и иди. Хотя, нет… Это не просто… Наоборот, всё слишком сложно.
Хочется. Хочется ещё раз почувствовать как тебя обнимают сильные руки, в которых почему-то так спокойно. Очутиться в коконе его дурманящего запаха, услышать голос, потрогать волосы, прикоснуться к губам… Но взамен он требует ни много, ни мало — обнажить душу. Подставить брюхо, открыться… А это страшно.
Более пятнадцати лет предыдущей привязанности закончились эмоциональной катастрофой. Почти одновременно из жизни ушли две важнейших составляющих: любимый муж и любимая работа. Внутри осталась огромная чёрная дыра, которую ещё предстояло чем-то заполнить.
На тумбочке тихим звуком входящего сообщения завибрировал телефон. Роман. Тоже не спит. На экране — фотография. Они вдвоём на парящем мосту, на фоне Спасской башни и храма Василия Блаженного. И фото какое-то необычайно проникновенное… Перекрестье взглядов, пронизывающих насквозь, нежных и искренних. Такое не сыграешь, не подделаешь. Очень правильно пойманный момент. Странно видеть себя со стороны такой…
И подпись. "Мне кажется, или между этими двумя все-таки пробежала искра?"
Ксения взяла смартфон в руки. Оказывается, писать легче, чем говорить. "Нет, не кажется."
Экран вновь зажёгся. Роман: "Почему не спишь?"
Ксения: "Меня посетили мысли и я их думаю))) А ты?"
Роман: "Одна сильная девушка сегодня заставила меня кое-что переосмыслить. Ты, случайно, подковы взглядом не гнёшь?"
Ксения: "Пока только тренируюсь. Что, с телефонами был перебор?"
Роман: "Честно говоря, жесткач. Но зато я кое-что понял."
Ксения: "И что же?"
Роман: "Первое. Никому, кроме тебя я мобильник бы не отдал. Второе. Таким образом ты пыталась меня оттолкнуть. Зачем?"
Ксения: "Всё сложно, Рома. Ты оказался лучше, чем я представляла. И теперь не знаю что с этим делать."
Роман: "Понять и простить))) А если серьезно, может просто перестать сопротивляться?"
Ксения: "Это была бы не я."
Роман: "Уже понял, что без боя сдаваться не собираешься. Но сейчас ты тоже не спишь, и это что-то значит."
Ксения: "Может, не усложнять и просто выпить таблетку снотворного?"
Роман: "Боюсь, мне не поможет. А выспаться надо. Завтра у нас грандиозные планы. Мы идём выплёскивать адреналин."
Ксения: "Опять что-то необычное?"
Роман: "Буду вытаскивать из тебя эмоции. Если придется — силой."
Ксения: "Боюсь даже представить."
Роман: "Моей железной леди должно понравиться. Целую. Спокойной ночи. Или уже доброго утра?"
***
— Ты серьёзно? Хочешь, чтобы я села на эту штуку и не потеряла сознание? Нееет. Я жуткая трусиха.
— И это говорит девушка, заставившая меня поменяться смартфонами. Здесь нет ничего страшного. Я буду рядом. Давай, тебе понравится. Потом захочешь ещё.
Ксения с сомнением смотрела на экстремальный аттракцион под названием "Американские горки".
— Меня однажды старший сын затащил на нечто подобное. Думала — отдам богу душу.
— А я иногда прихожу сюда, — признался Роман, — Когда настроение поганое. Вместо психотерапии. Здесь другой адреналин, не тот, что при стрессе. Я называю его лечебный. Проорёшься хорошенько, не привлекая внимания, несколько раз сердце в пятки уронишь и становится легче. Почему-то мне кажется, что тебе это сейчас нужно.
Роман протянул руку ладонью вверх и посмотрел в глаза.
— Ну что, идём? Смелее.
Ксения с сомнением взглянула на него:
— Если я упаду в обморок — откачивать будешь сам.
— Отчего-то мне кажется, что в жизни ты видела вещи гораздо страшнее американских горок.
Девушка горько улыбнулась:
— Ты даже не представляешь насколько прав. Пойдем.
Кресла в вагончике неожиданно оказались комфортными. На плечи опустились металлические фиксаторы и конструкция начала медленно двигаться вверх. Ксения напряжённо вглядывалась вперёд. Она прохладно относилась к таким развлечениям, но обижать Романа отказом не хотелось. Придется немного потерпеть.
Вагончик достиг высшей точки, после которой начинался резкий спуск, и остановился. Инстинктивно хотелось вцепиться в поручни и закрыть глаза. Ксения осмотрелась. Страшновато. Горячая широкая ладонь накрыла её руку и переплела пальцы. Взгляд Романа излучал тепло и вселял уверенность. Почему-то стало очень спокойно.
Вагончик дрогнул и ринулся вперёд. Сердце ёкнуло и несколько раз кувыркнулось. Сила гравитации выталкивала из кресла. Вот оно, ни с чем не сравнимое ощущение свободного падения. Почти полёта. Ветер в лицо, ударная доза адреналина в крови. Только под рукой не холодный железный поручень, а живое тепло мужской ладони, сильной и надёжной. Хочется ухватиться за это ощущение, удержать как можно дольше. Он заботливо помогает вылезти из вагончика и нежно обнимает за талию:
— Ну вот, а говорила, что трусиха. Ты даже не кричала.
— Знаешь, Рома, оказывается с тобой мне совсем не страшно.
Он хитро улыбается и подмигивает:
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. У нас по плану ещё башня падения и экстремальные качели.
***
Раскрасневшаяся Ксения с горящими глазами поправляла растрёпанные после качелей волосы:
— Ох, Рома, какой ты молодец, что меня сюда вытащил. Правда, как заново родилась.
— Я же говорил, что тебе понравится. Но, смотри, адреналин — это как наркотик. Может захотеться ещё более острых ощущений.
— Уже хочется. А вообще, спасибо тебе. Со мной никто никогда так не носился.
Роман скромно улыбнулся:
— Не за что. Мне приятно. Смотри, там тир. Хочешь пострелять?
— Конечно хочу.
— Объясняю технику. Становишься вот так: ноги на ширине плеч, опорная немного впереди, — Роман подошёл сзади и вложил винтовку Ксении в руки, его дыхание приятно щекотало ухо, — Приклад плотно прижимаем к плечу, иначе от отдачи будет больно. Целимся, подушечка пальца плавно нажимает курок. Стреляем, — мужчина своим пальцем нажал на палец девушки, — Поняла?
— В принципе, да. Можно я сама попробую?