Снег

Торн понял ход моих мыслей поэтому, покосившись на букет, сам схватил меня за руку. Крепенько так, от души. И когда открыла уже рот, чтобы высказать ему все что накипело, предупреждающе сжал мою нежную ладошку своей медвежьей лапой.
Только ойкнула от неожиданности, но он уже развернул меня лицом к алтарю и кивнул магу, чтобы тот начинал церемонию.
Прямо перед нами в воздухе появилась пульсирующая сфера, переливающаяся цветами от нежно-розового до темно-фиолетового. На ней я и зависла, изумленно моргая глазами, ведь до этого о магии только слышала, а тут такое! Я даже забыла о том, что мне в женихи достался самый премерзкий хмырь на свете.
Маг читал ритуальные слова, и сфера менялась. То становясь грозовой тучей, то светом, то хрустальным водопадом. Нас то охватывало кольцо пламени, то укрывала стена непроглядного снегопада. То мы погружались на морское дно, а то парили как птицы, и ветер легко касался наших лиц.
Под конец церемонии сфера превратись в темное, мерцающее зеркало, в котором отражались мы с Торном. Рука об руку.
Отражение замерло, словно превратившись в нашу фотографию, на которой мы навсегда вместе: высокий красивый мужчина с темными, как ночь, глазами, и миниатюрная девушка в белоснежном платье с хрустальными прозрачными бусами вокруг шеи.
– Теперь жених может поцеловать невесту, – произнес маг слова, неизменные для всех миров.
С трепетом в душе ожидала, когда Торн поднимет невесомую фату, открывая мое румяное смущенное лицо. Даже дышать перестала, когда склонился ко мне и коснулся своими губами моих. Легко, почти невесомо, совсем не так, как целовал раньше.
И в этот миг мне поплохело. Самым натуральным образом. От переживаний, от нервов, и еще хрен пойми почему, токсикоз решил показать себя во всей красе.
Сморщившись, поджала губы и прошептала так, чтобы слышал только он:
– Меня сейчас стошнит!
– Ты, как всегда, само очарование, – хмыкнул он, решив, что я просто выпендриваюсь, сжал опять мою многострадальную лапку, пресекая попытки побега, и развернулся к магу, который произносил последние церемониальные фразы.
– Властью, данной мне Верховным Собранием, объявляю ваш брак законным и нерушимым.
Все!
Больше не могу! Тошнота подступает к самому горлу, так что рот наполняется неприятной горькой слюной.
Вырываюсь из рук Торна и, подхватив длинный, путающийся в ногах подол бегу прочь между рядами гостей, не обращая внимания на их удивленные лица.
Выскочив в коридор, несусь дальше, врываюсь в первое попавшееся помещение: пустую гостевую комнату, и едва успеваю заскочить в уборную, как выворачивает наизнанку. Сильно. От души. Так, что живот сводит и из глаз слезы ручьем бегут.

Только спустя десять минут приступ, наконец, проходит, и получается вздохнуть полной грудью, не опасаясь, что опять стошнит.
Подойдя к раковине, умылась, кое-как привела себя в порядок. Зеркало равнодушно показывало бледную всклокоченную девушку, с густыми тенями под покрасневшими несчастными глазами. Все старания армии, что готовила меня к свадьбе, пошли псу под хвост.
Пошатываясь, вышла из уборной, и обнаружила, что в комнате я не одна.
На кровати сидел Торн, облокотившись локтями на свои колени и подпирая щеки кулаками.
При моем появлении, он легко поднялся и подошел ко мне.
– Беременная, – произнес в лоб. Не спрашивая, утверждая.
– Да, – пожала плечами. Чего отпираться? Тем более, сил нет никаких. Мне бы поспать, отдохнуть. С этими переживаниями, свадьбой, совсем измучилась, – поздравляю… лорд Мойрисс.
– Младший, – усмехнулся он, притянув меня к себе. Обнял, сцепив руки в замок у меня на талии, подбородком в макушку уперся.
– Ты меня за нос водил! – проворчала, чувствуя, как постепенно волнение последних дней исчезает, уступая место облегчению.
– Это было несложно. Ты элементарных вещей не замечала. Я все думал, ну, когда же, когда до тебя дойдет, – в голосе улыбка звучала, – но ты, молодец, до самого конца продержалась.
– Не смешно!
– Видела бы ты свое лицо, когда тебя отец к алтарю тащил, тоже бы веселилась.
– Отец???
– Ну, да. Лорд Мойрисс старший.
Застонав, уткнулась ему носом в грудь, чувствуя себя самой бестолковой бестолочью на свете. Я ведь сама все придумала, сама поверила в свои фантазии! Сама в нашу первую встречу вывалила ему, что он просто сопровождающий, а он не спешил меня в этом разубеждать. Хотя и не скрывался, просто я на мелочи внимания не обращала. На слова о том, что бусы – подарок жениха, на его уверенность в себе, в том, что легко выкрутится после ночи, проведенной со мной, на то, как по-хозяйски вел себя по приезду в замок.
Все же очевидно было! Но только не для меня! Я ведь от Гендальфа спасалась! Всеми силами пыталась избежать нежеланного брака, а будущий муж в это время ехал рядом и посмеивался над моими потугами.
– Пошли к гостям. Они нас ждут.
– Сейчас, – выдохнула, сильнее прижимаясь к нему, – дай мне десять минут, чтобы придти в себя.
***
День выдался безумным: утренняя паника, свадьба эта безумная, откровение о том, что лорд Мойрисс вовсе не такой, как я себе нафантазировала, шумный праздник после.
Неудивительно, что в комнату я вернулась измученная, чуть живая, но, кто бы мог подумать, счастливая до невозможности. В конце концов, все закончилось хорошо. Я замужем не за стариком дряхлым, а за молодым привлекательным мужчиной, от которого давно кружится голова и замирает сердце. Он на меня смотрит с нежностью, крепко сжимая ладонь. У нас будет ребенок. Желанный.
Будущее, которое утром казалось размытым, пугающим, беспросветным, заиграло новыми красками, а в душе поселилась уверенность, что теперь все будет хорошо.
Подойдя к окну, смотрела, как в сумраке ночи кружатся крупные снежинки, иногда падая на окно, тут же оставляя за собой прозрачный след.
Снег. Моя жизнь изменилась благодаря снегу. И теперь я была за это благодарна. Искренне, от души.
– Спасибо, – прошептала, проведя пальцами по стеклу.
– С кем говоришь? – поинтересовался Торн, заходя следом за мной в комнату.
– Сама с собой, – чуть заметно улыбнулась, когда подойдя, обнял, осторожно положив руки на живот.
С ним хорошо, тепло и чувство такое, будто душа на месте.
Развернувшись к нему лицом, сама потянулась за поцелуем, первая, впервые с момента нашего знакомства. Надоели наши перепалки, постоянные споры, выяснения отношений. В этом, конечно, была своя прелесть, свой огонь, с которым не заскучаешь, но сейчас мне хотелось другого. Нежности. И Торн это понял без всяких слов. Притянул к себе, целуя так, что поджилки задрожали. Легко, незаметно, вытащил из волос шпильки, ломая сложную прическу, над которой пол утра колдовали служанки. Волосы водопадом заструились по плечам, и он тут же с нескрываемым удовольствием зарылся в них руками, а я мурлыкала, млея от его прикосновений.