И останется только пепел
Его голос звучал мягко.
– И в большинстве случаев ты гонишься за людьми не по той причине или не знаешь всей истории.
Нита отложила пистолет и взглянула на него.
– Я не забыла, что ты говорил о мотивах Фабрисио, если ты сейчас об этом.
Он просто посмотрел на нее, будучи в своей совершенно бесчеловечной форме, и сказал:
– Нет, просто сейчас ты именно это захотела услышать.
Диана поджала губы.
– Хватит. Уходи, Нита.
Она повернулась спиной, схватила Адэра за руки и закинула их себе за плечи, так что ужасный зубастый рот оказался прямо рядом с ее лицом. Диана как будто бы не заметила, насколько ее щека приблизилась к этим зубам, а может, ей было все равно.
Она с трудом затащила Адэра в ванную к холодной воде. Он спотыкался, тяжело опираясь на нее, хватая ртом воздух, пока они не скрылись за дверью. Звук душа заглушил его всхлипывания.
Нита, сглотнув, стояла не шевелясь и смотрела, как дверь в ванную закрывается за ними. Она слышала приглушенный голос Дианы, успокаивавшей келпи.
Наконец, Нита резко развернулась и вышла из комнаты, тихонько закрыв за собой дверь.
Глава 49Ковит написал, где находится квартира Генри, и Нита поехала на метро на север. Перед выходом она вымыла руки в уборной ломбарда и взяла старую куртку, чтобы скрыть пятна крови на футболке. Куртка выглядела так, будто ее носила еще королева Виктория, и Нита смотрелась бы лучше, если бы поехала в метро вся в крови.
Сидя в поезде, она пролистывала переписку в телефоне Генри в поисках чего-то конкретного.
Вот оно.
Фабрисио.
Генри написал ему, когда поймал Ниту, и Фабрисио ответил:
«Она выглядит довольно живой. Я сказал, свяжитесь со мной, когда она умрет. Она уже мертва?»
«Скоро умрет».
Прошло больше часа. Ответа не последовало. Генри разговаривал с Нитой и Ковитом. Потом он умер.
Телефон зажужжал – пришло очередное сообщение от Фабрисио.
«Я видел твое объявление о продаже, и она там тоже выглядит довольно живой. Наша сделка не состоится, если она не умрет».
Она побарабанила пальцем по ребру телефона и наконец ответила:
«Теперь мертва. Тебе нужно ее тело в качестве подтверждения?»
Она вышла из метро в Йонге и Эглинтоне, на той же станции, с которой выходила, когда шла убивать торговцев черного рынка. Оказалось, Генри остановился в десяти минутах ходьбы оттуда. Нита вошла в высокое хромированное здание, поднялась на лифте на третий этаж. Она проверила свой телефон, чтобы узнать, ответил ли Фабрисио. Ответил.
«Да, я хочу подтверждения, что она мертва. Тело у тебя?»
Злая улыбка появилась на лице Ниты. Фабрисио оставался в городе. Он не сбежал. А следовало бы, пока у него была возможность.
«Да. Ты знаешь, где я остановился?»
«Конечно. Буду там через час».
«Увидимся».
Лифт звякнул на нужном ей этаже, и Нита погасила экран телефона.
Ее глаза осматривали длинный бежевый коридор, пока не добрались до вывески: «СТУДИЯ ЗВУКОЗАПИСИ HEAVY HITTING». Она подошла к красной, как пожарная машина, двери и постучала.
Дверь быстро открылась, и она оказалась лицом к лицу с Ковитом.
Он моргнул и отвернулся. В его глазах скрывались тени, и Нита не думала, что они когда-нибудь уйдут; движения Ковита были вялыми, замедленными. Ните на ум пришло сравнение с хорошо отлаженным механизмом, замедляющимся, прежде чем остановиться навсегда. Нита сглотнула. Ей не понравилось это сравнение.
Она вошла в студию и закрыла за собой дверь, оказавшись в приемной с черными диванами и маленьким журнальным столиком того же цвета. Журналы лежали небрежными стопками на торцевых столах, а две тяжелые двери вели к тому, что, по мнению Ниты, было комнатами для звукозаписи.
Конечно, Генри арендовал музыкальную студию, пока был здесь. Учитывая то, что она узнала о нем, он хотел бы иметь место для удовлетворения своих болезненных вкусов – и чтобы другие люди не вмешивались. Значит, здесь шумоизоляция.
Нита заставила себя отбросить мысли об этом.
– Где Голд?
– В комнате для записи «А». Она сказала, что хочет поспать, но я думаю, она просто хотела побыть подальше от меня.
Нита подавила желание вздрогнуть. В том, как он говорил, слышалось что-то глубоко фатальное. Она сумела поймать Ковита у края пропасти, но он все еще стоял там, и неизвестно, как увести его оттуда.
– Она в порядке? – спросила Нита.
Он поднял руку с длинным порезом.
– Я использовал немного своей крови, чтобы заглушить ее боль, и мы купили в аптеке немного бинта и костыли.
– Хорошо, – сказала Нита.
Они долго стояли молча. Ните отчаянно хотелось заполнить тишину, потому что было странно неловко. Она больше не понимала, что ей делать.
– Адэр мертв? – наконец спросил Ковит.
Нита резко ответила:
– Нет.
Он приподнял бровь.
– Ускользнул?
Нита не могла смотреть ему в глаза.
– Я отпустила его.
Повисло долгое молчание, и затем Ковит прошептал:
– Я рад.
Нита вскинула голову:
– Прости?
– Я рад, что ты его отпустила. – Ковит встретился с ней взглядом. – Я уже достаточно много потерял сегодня.
– Он предал нас.
– Ну, это же Адэр, – пожал плечами Ковит. – Мы знали: все может именно так и обернуться. Мне не хочется винить его в оправдании наших ожиданий.
– То есть ты просто хотел, чтобы он ушел безнаказанным?
– Да. – Ковит убрал волосы с лица. – Хотел.
Нита долго молчала. Но в конце концов спросила:
– Почему ты мне не сказал, что так считаешь?
Ковит пожал плечами и отвернулся, непослушные волосы опять упали ему на глаза.
– Не знаю. Не думал, что это важно.
– Почему бы этому не быть важным?
Ковит фыркнул.
– Нита, когда ты хочешь что-то сделать, ты это делаешь. Ты никогда не слушаешь мои предостережения.
– Ты никогда и не говорил мне чего-то не делать, – возразила Нита.
– Я постоянно говорю тебе это, с самого момента нашей встречи. Я спрашивал, уверена ли ты, что хочешь заманить дельцов и убить их, или уверена ли ты в похищении Фабрисио…
– Ты спрашивал, уверена ли я, но не советовал не поступать так.