Лед твоих объятий

– Что ты задумала? Бекки, нельзя противиться судьбе. Она может отомстить! – В голосе отца послышалось напряжение. – Обещай, что не будешь делать глупостей.
Папенька поднялся из-за стола и подошел ко мне.
– Па, ты что, какие глупости? Я просто хочу быть свободной. И буду, вот увидишь.
Я улыбнулась, стараясь не обращать внимания на скребущую душу тоску. Все. Пора заканчивать разговор. Здесь мне больше делать нечего.
– Ребекка, ты не должна…
– Я тоже люблю тебя, пап!
Я быстро чмокнула отца в щеку и шагнула в сверкающее марево. Не так давно Гарри подарил мне портативный телепортатор на пять зарядов. Четыре из них я уже использовала, остался последний. Как раз пригодился! Вообще, подобные устройства – вещь недешевая, мне они не по карману. Хорошо, когда есть верные друзья, не ограниченные в средствах.
– Ребекка!
Поздно. Портал схлопнулся, отрезая от меня встревоженный крик.
 
Глава 5
Прием был в разгаре. Кимли, в честь которого и устроили эту показуху, смотрелся в Овальном зале удивительно к месту. Нет, я вовсе не разглядывала найденыша, но взгляд нет-нет да и останавливался на красивом, холодном лице «муженька». Надо же, стоит, общается с послами Авереи, как будто и не проспал четыреста лет в своем склепе! Невозмутимый, утонченный, невозможно аристократичный. А эта шлюха Бренда так и вьется вокруг. Еще бы! Узнала, что «герцог Эшерский возвратился из дальнего, многолетнего путешествия» и Ричард вернул ему сохраняемые короной земли и имущество, и сразу же сделала стойку.
– Бекки, а он красавчик! – шепнула Тэй.
– Кто?
– Кимли. А как ему идет костюм! Намного больше, чем то старомодное тряпье, в которое он был одет раньше.
Да, Тэй права. Кимли выглядел… кревно. Как бы ни хотелось мне придраться, но ему правда очень шли и светло-серый костюм, и черная рубашка, и легкая небрежность распущенных светлых волос. И крупное кольцо, появившееся на среднем пальце левой руки.
– Бекки, а ты выяснила, как он попал в ваш замок? – Тэй смотрела на меня с любопытством.
– Случайно. Использовал какой-то устаревший портал.
Ненавижу лгать. Проклятый Кимли! Из-за него мне приходится врать Тэй.
– Странно как-то, – задумчиво заметила Тэй. – Мне показалось… О, привет, Гарри, – отвлеклась она на подошедшего Рэнскома.
– Что, красавицы, тоже отбываете эту глупую повинность?
Веселый возглас приятеля спас меня от лишних вопросов Тэй.
– Гарри! – Я повернулась к другу и радостно улыбнулась.
– Что, малышка? – усмехнулся тот.
– Ты что здесь делаешь?
– То же, что и все, – скривился Рэнском. – Знакомлюсь с герцогом Эшерским, дорг его побери.
Недовольство Гарри было мне понятно. Если бы не этот прием, Рэнском участвовал бы сейчас в главных гонках сезона, на которых считался одним из фаворитов.
– Неужели не мог не прийти? – спросила Тэй.
– Отец уперся. Сказал, что этот тип очень влиятельный и я просто обязан ему представиться.
– И что? Представился? – Я усмехнулась.
– Да ну его! Глыба льда, а не человек, – отмахнулся Гарри. – Он на меня даже внимания не обратил. Посмотрел, будто я пустое место, и продолжил трепаться с аверейцами.
– Пустое место, говоришь?
Я задумчиво покосилась на Кимли, потом перевела взгляд на друга, и у меня появилась идея.
Остаток вчерашней ночи я провела за чтением старинных книг, пытаясь найти способ избавиться от кровного обряда, но ничего не нашла. Видно, прав был Ричард, когда говорил о неразрывности таких союзов. Выход был один – выставить себя в настолько плохом свете, чтобы Кимли сам не торопился афишировать наш брак.
«Папа, прости», – про себя шепнула я и, схватив Рэнскома за руку, направилась в центр залы.
– Бекки, ты что задумала? – напрягся друг.
– Хочешь повеселиться? – Я посмотрела Гарри в глаза.
– О, узнаю этот взгляд! – рассмеялся Рэнском. – Что на сей раз придумала?
– Да так. Мелкую диверсию. Потанцевать хочешь?
– И нарушить протокол приема? А что? – взбодрился Рэнском. – Не откажусь! Давай, детка, расшевелим это благопристойное болото.
Он усмехнулся, и на лице его застыло хорошо знакомое мне выражение. Именно с ним он всегда шел на самый крутой вираж.
– Ваше величество, а танцы сегодня будут? – громко спросила я, останавливаясь неподалеку от Ричарда. Император разговаривал с леди Кран-Вишем, матерью покойной императрицы, и взглянул на меня с плохо скрытым недовольством. Еще бы! Прервать беседу монарха, как невежливо!
– Леди Ребекка, вы хотите что-то предложить?
Надо же, дядюшка Дик решил не заострять внимания на моем неприличном поведении.
– Да, ваше величество, – улыбнулась я. – Мне кажется, гости немного заскучали и небольшая пауза никому не помешает.
Я почувствовала на себе сразу несколько ледяных взглядов. Отец, император и… Кимли. А муженьку-то что не понравилось? Чего это он меня глазами прожигает?
Я плотнее прильнула к Гарри и невинно посмотрела на найденыша.
Аверейские послы зашевелились.
– Если позволите, ваше величество, нам было бы интересно посмотреть, как танцуют северяне, – тщательно выговаривая раскатистое «р», произнес глава дипмиссии. – Мой отец был очень впечатлен одним танцем. Не помню, как он называется, но отец говорил, что исполняют его только в Сартане. Кажется, что-то старинное.
– Наверное, крэстибон? – невинно уточнила я.
А что? Страстный и бесстыдный крэст, по сути, всего лишь реплика своего старинного собрата, крэстона.
Услышав мой вопрос, папенька побагровел, император закашлялся, а Кимли окинул нас с Гарри странно задумчивым взглядом.
– Да-да! – радостно закивал посол. – Кажется, так он и назывался! Точно!
– О, мы с радостью покажем вам крэст!
Я улыбнулась аверейцу и повернулась к Гарри:
– Правда же, лорд Рэнском?
– Почту за честь!
Только близкие друзья смогли бы расслышать в голосе Гарри иронию.
– Леди Ребекка, вы уверены, что хорошо знаете фигуры этого сложного танца? – с намеком спросил император.
– Не сомневайтесь, ваше величество. Все, кто видел крэст в моем исполнении, оставались довольны.
Шарг! Кураж бродил в крови, помогая беззаботно улыбаться и не поддаваться подступающему отчаянию, а в голове набатом звучало одно – все что угодно, только не замуж! Не хочу. Не хочу становиться унылой тенью мужа, сидеть дома и рожать детей! Не для меня это!