Янтарное сердце Амити
— Ого! — восторженно выдохнула Мэй. — Я только про вместимость знала, а про легкость — нет. И что, прямо, совсем-совсем не тяжело?
— Ни капли, — улыбнулась я. — Так что давай свой чемодан и поторопимся, а то только мешаемся…
Пусть тоннель в стене был достаточно широким — могли свободно пройти четыре человека, но мы все равно доставляли неудобства, и Мэй прекрасно это понимала. Она вновь недоверчиво покосилась на мой чемодан, а я специально покачала его на одном указательном пальце.
— Ну, раз так… — сдалась Мэй и протянула мне чемодан, который был поновее и надежнее того… с хлипкими застежками. — Спасибо за помощь, Лаветта.
— Лав, — улыбнулась я. — Зови меня просто Лав.
И только я взяла его в руку, как от неожиданности дернулась вниз, отчего Котя недовольно засопел и опять впил в меня когти.
— Ничего себе тяжелый! — невольно присвистнула. — Что ты в него положила?
Знаю, вопрос неприличный, но по ощущениям, будто Мэй упихнула туда тот самый пресловутый ящик камней.
— Книги, — смущенно ответила она, чем совсем меня обескуражила.
— Эм… Позволь уточнить: книги? — мои глаза округлились. — Ты взяла в Академию, где одна из самых крупнейших библиотек, книги?
— Да, — покраснела Мэй. — В письме говорилось, что нужно взять с собой все необходимое, вот я… Ну… Взяла все свои… книги, — закончила она уже шепотом, я не удержалась и прыснула:
— Ну, ты меня поразила, — и подмигнула, поймав на себе виноватый взгляд Мэй: — Своей тягой к знаниям. Одежду хоть не забыла прихватить?
Пусть в Академии выдают все нужное, например, учебную форму, какую-никакую одежду все равно стоило взять. И тут меня Мэй не разочаровала — кивнула на пузатую сумку позади себя и, вскинув чуть вздернутый на кончике нос, ответила:
— Конечно!
А я опять прыснула.
— Что? Что смешного? — насупилась Мэй.
— Да ничего, — вытерла я проступившую слезу о рукав, из-за чего Котя опять заворчал. — Просто ты такая забавная…
— Чудная, ты хотела сказать, — произнесла она с немного печальной улыбкой, отчего мою веселость как рукой сняло.
Но что-либо ответить я не успела — мы в тот же миг вышли из тоннеля на свет, и, помимо колокольчика, воздух прорезал жесткий и требовательный голос:
— Все первокурсники сюда! — кричала одетая во все зеленое сопровождающая.
Даже ее остроконечная шляпка, из-под которой виднелись пышные темные волосы в мелкую завитушку, тоже была ядовито-зеленого цвета.
— Подходим ко мне и не задерживаемся! Если опоздаете — никого ждать не планирую, будете сами разбираться кто, куда и где! Заблудитесь — ваши проблемы!
«Очень дружелюбно», — пронеслось у меня в мыслях.
— Все первокурсники сюда! Шевелитесь…
И пока старшие курсы наполняли широкую круглую площадь и стекались в огромные двустворчатые двери Академии, обитые проклепанными железными полосками, мы с Мэй быстро переглянулись и бросились к таким же «желторотикам», растерянно толпившимся возле гигантского магического фонтана, откуда постоянно показывались сотканные из воды спины китов, высовывались мордочки выдр, выпрыгивали пингвины или окатывали брызгами зазевавшихся первокурсников дельфины. А стоя на бордюре фонтана, над головами учеников возвышалась сопровождающая.
По меркам простака с виду ей не дашь больше сорока лет, а если учесть то, что она ведьма — ей вполне могло быть уже давно за шестьдесят. Зеленые глаза из-под низких бровей одаривали учеников цепким взглядом. Крупный крючковатый нос обещал легко разнюхать любую шалость, если кто-то решит ее сотворить. А тонкие губы подсказывали, что все произнесенные ими слова — чистейшая и суровая правда, а нрав у нашей сопровождающей тот еще и лучше с ней не связываться.
Уже на месте назначения мы с Мэй облегченно вздохнули. Я — мысленно радуясь, что я наконец-то оказалась в Академии и теперь все беды позади: меня никто не отчислит и не накажет за настырного Котю. А Мэй поставила на землю чемодан и, упершись ладонями в спину, потянулась, запрокинув к небу лицо. Как вдруг… поднялся гомон и откуда-то слева раздался крик:
— Поберегись!
Глава 7
Наученная горьким опытом в ботаническом саду тетушки Марты, где меня с завидной периодичностью пытался проглотить гигантский гибрид мухоловки и непентеса, и дома Котей, который в поиске мандрагоры часто лазил по шкафам и ронял на голову банки, я среагировала быстро и отпрыгнула. Только потом увидела скачущий по земле чемодан с раскрытой пастью — именно пастью, потому что серебристые застежки выглядели как клыки, а торчащий наружу красный рукав, как язык. И это… ожившее чудо неслось к зазевавшаяся Мэй, которая только-только перестала сладко потягиваться и с улыбкой произнесла:
— Ох-хох! Наконец-то мы добрались!
— Мэй! — крикнула я, а чемодан ровно в этот момент достиг свою незадачливую «жертву».
Клацнув застежками, подпрыгнул и со всего маху ударил Мэй в живот, повалив ее на землю. Та только и успела сдавленно пикнуть да ухватиться за его «челюсти», а чемодан выпустил щупальца… Бр-р-р… Штанины и, точно спрут, обвил ее.
— П-помогите! Помогите кто-нибудь! — с дрожью в голосе выдавила Мэй.
А у меня в голове промелькнуло: «Вот наглядный пример, почему чары могут быть опасными». И пока этот наглядный пример не откусил Мэй голову, под гогот и оханье других учеников я кинулась ей на помощь — больше никто не осмелился противостоять взбесившемуся чемодану.
— А ну… Отпусти ее! — прокряхтела я, пытаясь освободить некогда чистенькую, ухоженную и свежую, а теперь пыльную, мятую и взъерошенную Мэй от хотя бы одной пижамной полосатой штанины.
И о чудо! Она поддалась! Штанина, конечно… Вот только стоило ее выпустить, чтобы броситься ко второй, как она опять потянулась к Мэй. Грозно рыкнув от боли (Котя отчаянно в меня вцепился, чтобы не свалиться) и досады, я опять схватилась за сопротивляющуюся штанину и потянула за нее в надежде оттащить этот злосчастный чемодан, который уже щелкал застежками в опасной близости от лица Мэй. И вот! Наконец-то прибыла помощь…
Круглолицый парень с копной непослушных кучерявых волос ухватился за вторую штанину, и уже с ним вдвоем мы оттащили ополоумевший чемодан. А сверху на него навалился второй ученик: подтянутый, широкоплечий парень с черными волнистыми волосами, собранными в маленький хвостик на затылке — и, не жалея белой рубахи, обхватил злобно клацающего негодника, который отчаянно отказывался покоряться.
— Попался! — радостно воскликнул парень с хвостиком, подпрыгивая вместе с чемоданом. — Хост! Помоги, нужно разбить чары…
— Иду! — крикнул кучерявый и, отпустив штанину, бросился к другу.
Но на помощь не успел — чемодан не слабо так взбрыкнул и резко распахнулся.
— Ах ты… Зараза! — выкрикнул парень с хвостиком перед тем, как кувыркнуться и полететь кучерявого.