Дом, который построил Джек

— Да, но мы с ним никогда не сможем быть вместе.
— Почему же? Думаю, ваша тетя с уважением отнесется к вашему выбору.
Ну или вправим мозги влюбленной дурочке.
— Вы не понимаете. Мы как лед и пламя, солнце и луна. Можем быть рядом, но никогда не можем быть вместе. Единственное, что нам остается, это лишь редкие тайные встречи. Прогулки. Робкие касания без надежды на большее. О, если бы я смогла помочь ему! Но тут даже мое состояние бессильно. А выйти замуж за другого, родить ему детей, которые не будут являться плодом искренней и беззаветной любви… Это разобьет ему сердце. Я же не вынесу такого позора.
Интересно, какой нынче роман в моде? Наверное, хорошо написан, раз так впечатляет романтичных особ.
И как бы спросить, к кому она ночью ходит. Так спросить, чтобы ответила.
— Не понимаю, — вырвалось у заскучавшей Миранды. — Зачем вообще замуж выходить. Одной тоже весьма неплохо!
По пальцам юной леди пробежали магические искорки, выдавая крайнюю степень возбуждения. Странно, подумала Кристабель, в палитре магии за некромантию отвечает именно фиолетовый цвет, но с сиреневым и в самом деле красиво смотрится.
— О! — глаза леди Шарлотты округлились. — Вы и в самом деле некромат?
— Угу. Злая и ужасная. Бу! — насупилась девочка.
— Ох, как интересно, — Лотта побледнела и начала заваливаться на бок. В том, что обморок настоящий, свидетельствовал неоспоримый факт — поблизости не было ни одного джентльмена, готового подхватить даму на руки. Кристе пришлось самой: и подхватывать, и подводить к скамеечке, и веером обмахивать.
Миранда схватила бледную девушку за руки и начала что-то бормотать. Основы магического исцеления были известны магам всех цветов. Не все, правда, могли им эффективно пользоваться, но хоть какая-то помощь лучше, чем бездействие.
— Ничего не понимаю, — некромантка сдула непослушную прядку, выбившуюся из прически приклеившуюся к носу. — Да мои покойники более живы, чем она! В ней почти не чувствуется жизненных сил! Не человек, а без пяти минут ходячий труп.
Но хоронить Шарлотту было рано. Она застонала и начала приходить в себя.
— Надо сбегать за помощью.
— А ты не боишься заблудиться? — Миранда отряхнула с рук фиолетовые искорки магии. — Я вчера пару раз не туда свернула, еле до своих комнат добралась…
Пару раз? Криста вот вообще без помощи гувернантки до утра бы бродила по коридорам и безлюдным комнатам.
Но сама Джейн Брукс была легка на помине. Молодая девушка шла по тропинке за руку со своей воспитанницей. За ними следовал щуплый лакей с двумя огромными мольбертами и сумкой с красками. Увидев на скамейке леди Шарлотту и склонившихся над ней гостей, она тут же бросилась на помощь.
Вытащила из сумочки нюхательную соль и флягу с водой. Развила бурную деятельность, но Шарлотта только бормотала что-то невнятное. Через какое-то время Лотта все-таки пришла в себя и опираясь на лакея в компании Кристабель пошла в дом.
— Не волнуйтесь, со слугами ходить абсолютно безопасно. А днем можно по дому и в одиночестве бродить. Все будет тихо.
— А что не так с домом? — не поняла Кристабель. Слова гувернантки не успокоили, а лишь наоборот напустили тумана. Пояснение же было еще более непонятным:
— Лидс-менор очень старое поместье. Дже… лорд Лэнгфорд много времени и сил уделяет на реконструкцию и восстановление здания, парка, да и прилежащие территории требуют внимания. Там раньше водились дикие звери. Фермеры даже поговаривают, что и магических тварей часто видели. Но еще столько предстоит сделать! Береженого Небо бережет. А милая леди побудет со мной.
Миранде же ничего не оставалось делать, как остаться и «общаться со сверстницей», порисовать старые статуи или вот заросший пруд.
— Знаешь, девочка, — мисс Брукс говорила спокойным и тихим голосом, странным образом подавлявшим волю. Уверенная и сильная личность, которой против воли хочется восхищаться. — Тут очень живописные места, просто просятся на лист. Тем более, что сейчас опять в моде акварели. Элена неплохо рисует, если захочет.
— А всяких монстров мы встретим? — девочка оставалась верна себе.
— Их уже давно здесь нет. Никто их не встречал уже очень долгое время.
Перед тем как уйти на пленер, некроманта незаметно передала подруге что-то завязанное в носовой платок.
— Т-сс, это улика! У нас теперь появился подозреваемый!
Оскар до зубовного скрежета терпеть не мог рыться в старых записях, книгах и бумагах. Умел, все-таки дела разные попадались, но вот не любил. Может, от этого глаза начинали слезиться, хотелось чихать, наплевать на приличия и выбить к демонам эту запертую дверь. Вместе с половиной несущей стены.
Н-да, маг не был уверен, что такие разрушения придут по нраву его приятелю. Хоть тот и разрешил применять в его доме магию, лишь бы найти виновного в покушениях на леди Элизабет.
И вместо допросов, то есть милых бесед, когда из недомолвок, оговорок, случайных слов, открывается тайное, сиди и пыль глотай!
А все из-за Миранды! Демонова девчонка! Обратить против него же собственное заклинание. Когда успела освоить «зеркало справедливости»-то? И как оно ей в руки попало? Ведь теперь не выйдешь из этой библиотеки, пока не найдешь что-нибудь интересное, что заклинание примет как полезное для расследования. Ну или дверь вышибать…
И Кристабель такая же! А ведь произвела впечатление настоящей леди: скучной, чопорной и скучной, как эти самые библиотечные фолианты!
На губах помимо воли скользнула легкая улыбка. Он что? Рад ошибиться в ней? Что она на похожа на тех, для кого домоводство — это религия, а муж — центральная и единственная значимая фигура в жизни.
Оскар перевернул очередную страницу и захлопнул книгу. Пусто.
Дневник старой девы, которая очень мало говорила о том, что происходит в семье, но слишком увлекалась в описании своих фантазий и домыслов. Издай сейчас такое и … к репутации семейства Лэнгфорд возникнут некоторые вопросы.
Геральдическая книга вывалила на барона даты, события и искусно затертые пометки. Специальных заклинаний, помогающих видеть сквозь исправленное, он не знал. Все-таки он боевой маг, а не архивариус!
В тишине огромной библиотеки раздался противный скрип, повеяло сквозняком и кто-то робко закашлял.
— Извините, — профессор Фергус Браун подслеповато щурился и прижимал к груди стопку книг, как самое большое сокровище. — Я не знал, что тут кто-то есть. Думал поработать в тишине. Не то, чтобы тут никого не бывает, но так редко. Простите ради Неба. Так неожиданно, так неловко. Право слово, простите.
И он бочком, бочком начал пробираться обратно, куда-то за стеллажи.
Оскар бросил взгляд на массивную дверь, которая была все еще закрыта, потом на сконфуженного и растерянного ученого.