Первокурсник

– Боже мой. – Она еле произносит эти два слова, и я прохожусь языком по всей поверхности, не оставляя ни одного нетронутого места. Мой нос упирается в ее клитор, когда проникаю языком внутрь.
Я втягиваю губами и облизываю каждую ее складочку. Я трахаю ее языком, а потом пальцем. Двумя пальцами. Я облизываю и посасываю ее губы, а согнутыми пальцами пытаюсь найти ту самую неуловимую точку G. За последние пару дней я обыскал, наверное, весь интернет и даже картинки посмотрел.
Хоть убейте – но хочу научиться доставлять удовольствие своей женщине.
Я обхватываю губами ее клитор, все ее тело содрогается, и я чувствую, как оно напрягается. Она вся как оголенный нерв.
– Не останавливайся! – вздыхает она, и я продолжаю, пытаясь не разрушить чары и стараясь сохранить прежний ровный темп. Я был бы так зол на себя, если бы разрушил для нее этот момент.
Всего несколько минут назад она довела меня до такого яркого оргазма, какого у меня в жизни никогда прежде не было. Я хочу отплатить тем же.
Хайден поднимает бедра, прижимая к себе мое лицо. Я засовываю язык глубже, и чувствую что она задрожала и затряслась. Она кончает, низкие стоны срываются с ее губ, бедра сжимаются, пальцы так сильно тянут мои волосы, что я даже пугаюсь, не выдернет ли она их. Ее оргазм очень интенсивный. Мой член твердеет только от этого осознания, а когда открываю глаза, чтобы посмотреть на нее, то возбуждаюсь еще сильнее.
Чтоб меня. Довести женщину до оргазма ртом – это круто.
– Боже мой. – Она тяжело опускается на матрас, закрывает глаза рукой, ее грудь быстро вздымается и опускается. Я несколько раз целую ее еще трепещущую плоть. Она вздрагивает, слегка отворачивается и улыбается:
– Ай, слишком чувствительная, – шепчет она.
Я отстраняюсь и ложусь рядом. Она прижимается ко мне спиной, я обхватываю ее за талию и прижимаю к себе. Она медленно успокаивается, ее дыхание становится ровным, а тело расслабляется, и она еще сильнее прижимается ко мне.
– Ну, как тебе мои приемы? – наконец спрашиваю я.
Она смеется. Покачивает попкой на моем члене.
Я вздрагиваю.
– Замечательные. Похоже, ты делал это раньше.
Странно, что мы говорим о прошлом опыте? Возможно. Но мне нравится, что мы открыты.
– Но не с тобой.
– Это точно. – Она наклоняет голову, и я пользуюсь этим, целуя ее в шею. – Ты точно знал, что делаешь.
– Я следовал твоим указаниям. Ты мне помогла.
– Вот именно, в этом и суть. Не понимаю, почему многие парни не могут этого понять. – Она на мгновение замолкает. – Прозвучало так, будто я говорю обо всех парнях, с кем была, но это не так. Просто мы с подругами часто это обсуждаем и сравниваем.
– Я тебя не осуждаю.
– Знаю. Просто хочу быть честной. – Она поворачивается лицом ко мне, и я изучаю ее. Ее щеки зарделись, а глаза блестят. Она великолепна. – Я за позитивное отношение к телу и сексу. Слишком многие считают секс чем-то постыдным и тайным, когда это естественная функция человеческого тела, понимаешь?
– Так по-медицински, – говорю я, убирая волосы с ее лба.
Она улыбается:
– Я согласна, что у этого всего более глубокий смысл, но мы не должны стыдиться желаний нашего тела.
Я осторожно прижимаюсь к ней, чтобы она почувствовала, что делает со мной:
– Мое тело все еще желает тебя, – говорю я серьезно.
Она хихикает и обнимает меня ногами:
– А мое тебя.
Я наклоняюсь и целую ее:
– Это разрушит нашу дружбу?
Она замолкает, а потом, наконец, шепчет:
– Думаю, мы и без того зашли слишком далеко.
– Для меня это с самого начала было больше, чем дружба.
На этот раз она молчит дольше. Я уже начинаю жалеть, что сказал это.
– Для меня тоже. Я просто… не хотела признаваться. Тебе. И самой себе.
Я касаюсь ее волос. Просовываю руку и трогаю ее между ног. Она еще такая мокрая и горячая.
– Я хочу тебя.
Хайден кивает:
– Я тебя тоже.
– Давай сделаем это. И я больше, чем просто твой друг, Хайден.
Я глажу ее, и она резко вздыхает:
– Хорошо.
Я перекатываюсь, оказываюсь сверху. Я не двигаюсь. Она открывает глаза и хмурится:
– Ты что делаешь?
– Любуюсь.
Я смакую этот момент. Изучаю каждую деталь, чтобы не забыть ночь, когда у меня впервые был секс с самой красивой женщиной в мире.
    
Глава 20
Хайден
 
ТОНИ ВЫТАСКИВАЕТ ПРЕЗЕРВАТИВ ИЗ НОВОЙ ПАЧКИ, надевает его, а я наблюдаю за ним с тихим восхищением. Мы целовались, ласкали друг друга, пока это не перешло в то, что я называю опасной зоной, и я не попросила его надеть презерватив. Знаете, когда парень трется членом, а потом вроде как случайно проскальзывает внутрь. Типа, ой, а как это произошло?
Это и есть опасная зона. Хотя я пью противозачаточные, не собираюсь заражаться ЗППП. Он утверждает, что девственник, я ему верю, но рисковать не собираюсь. Я за двойную защиту.
И никаких детей! Я видела сегодня малышку и других малышей – ее родителей. Нет уж, спасибо. Иногда я не уверена, захочу ли вообще становиться мамой.
Тони стал таким серьезным пару минут назад. Сказал, что мы больше, чем друзья. Я согласилась. Да это сразу было понятно. Это я отталкивала его и настаивала на дружбе и только. Сама себя обманывала. Пыталась убедить, что между нами не может быть ничего большего.
Но он лишь доказал, как я ошибалась. А теперь я лежу здесь, смотрю, как он надевает презерватив, и все мое тело покалывает в предвкушении, что он будет внутри меня. Я что, кончила всего пятнадцать минут назад? Мое тело снова готово.
Я настолько сильно его хочу.
Он целует меня, я словно тону в его вкусе. Он прижимается своим телом к моему, а я обхватываю его руками и прижимаю к себе. Он такой горячий и твердый. Везде. На его теле ни грамма жира, а я волнуюсь, что в некоторых местах слишком мягкая.
Но он не замечает. Или ему все равно. Вот что я еще поняла: женщины так беспокоятся о своем теле, когда впервые раздеваются перед мужчиной, а мужчинам на это наплевать. Они так жаждут секса, что не видят недостатков. Они замечают только хорошее.
А у Тони тоже много хорошего. Например, его толстый член, упирающийся в меня. Я раздвигаю ноги, он приподнимается, чтобы просунуть руку, взять в нее член и направить его внутрь. Он медленно входит в меня.
– О черт, – резко шепчет он, а я приподнимаю бедра, направляя его глубже. – Господи.