Авиаторы Его Величества
Павел отбросил щит и на ходу пальнул в одного из «сов». Упал на пол, перекатился к артиллерийскому пульту. Его противник согнулся за ограждением поста и кивнул напарнику – выстрелили одновременно. Первая пуля прошила навылет рукав великана; вторая вспорола штанину, глубоко оцарапав бедро.
Павел скрылся за пультом; на щеках набухли желваки. Новый выстрел вышиб звон из корпуса. Следующий – пробил металл и окатил великана фейерверком искр, вынудив отползти дальше за пульт.
Укрывшись за распахнутой дверью, Марк крутанул ладонью барабан и разрядил «таган» в напарника «совы». Несколько пуль пролетели мимо, срикошетили от стен. Часть впечаталась в пластины на ногах и боевой нагрудник. Последняя – расколола челюсть. Враг упал навзничь.
Даниил втиснулся в щель между трубой пневмопочты и стеной. Он оценил обстановку и теперь выжидал момент снять «сову». Целился, целился… Даниил никогда не отличался молниеносными рефлексами и меткостью Павла: пуля скользнула по шлему и вошла в спинку капитанского кресла.
Флейц, воспользовавшись его промахом, выстрелил. Даниил сдавленно охнул и сполз по стене, выпустив винтовку. Лицо исказила гримаса боли. Тяжело дыша, он обхватил себя руками под ребрами.
Это отвлекло «сову». Позади него тотчас возник Ольг. Пока свои и чужие палили друг в друга, он обогнул пост и забрался наверх незамеченным. Винтовка в его руках щелкнула – пехотинец упал.
Интендант крутанулся на грохот, но не успел нажать на спусковой крючок. Всхлипнув, он выронил револьвер и уставился на обнажившуюся в прорехе на локте кость. Рука безвольно повисла.
Алеманд убрал «таган» в кобуру, хладнокровно отметив, что сустав не соберут даже просветленные-целители. Ему хотелось убить Флейца, но интендант был нужен живым. Не собирался офицер его и калечить – просто стрелял в руку. Резко повернувшись, Флейц сам подставил локоть.
Выдохнув, Алеманд оглядел подчиненных.
Ольг освобождал связистов. Кейтид скрутил Флейца остатками их веревок. Павел привалился к пульту, перетягивая бедро обрывком рукава; на открывшемся плече чернела татуировка в виде пикирующей совы. Марк осмотрел Даниила. Тот отнял руки, показав рану, и капрал сердито фыркнул в усы. Он нашел в разгрузке ближайшего из «сов» перевязочный пакет и вернулся к раненому.
Связисты разобрали оружие и перетащили мертвых в угол, где недавно сидели сами. Флейца примотали к креслу дежурного. Кейтид забрал у него такую же рацию, как разбил Дельта, и отдал Алеманду.
Офицер встал перед интендантом. В груди по-прежнему клокотала ярость, однако он считал ниже своего достоинства бить пусть и ненавистного, но покалеченного, связанного и безоружного противника.
По кораблю пронесся протяжный гудок системы оповещения.
Алеманд с едва заметным облегчением в глазах окинул взглядом обзорный купол мостика. Флейц измученно откинулся в кресле; на побледневшем лице – ни намека на горечь поражения.
– Не радуйтесь… Подкрепление в пути, а вам нечем отбиваться. Арсенал вы не получите.
Алеманд сразу осознал суть его слов.
«Вот почему здесь было пусто…» – он достал револьвер, нацелил интенданту в лоб и с пугающим спокойствием взвел курок:
– Каков ваш план?
– Ох, коммандер… – Флейц хрипло рассмеялся. – Мундир не отстираете. Их тупо возьмут в тиски.
Губы Алеманда сжались в тонкую линию.
Он поднялся на пост, положил револьвер на капитанский пульт, оперся на ограждение ладонями. Выдохнул, собираясь с мыслями и унимая бешено колотившееся сердце. Никто не должен заметить, чего ему стоило выглядеть эталоном уверенности, спокойствия и рассудительности.
«Никаких эмоций, Леовен. Ни-ка-ких».
– Лейтенант Карсов, – голос прозвучал собранно, сухо, – дайте четыре сигнала по кораблю, затем возьмите двух человек в помощь – и жду отчет по системам. Кейтид, приведите в порядок дверь. Мистер Кройц?
– Весь внимание, сэр.
– Берите всех, кто на ногах, и вытащите лейтенанта Дирова во что бы то ни стало.
Крылатая пехота.
Арсенал. 25.07.2015
Четыре года обучения в кадетском корпусе засчитываются вместо обязательной военной службы. Три года обучения в академии – в том числе представителям аристократии, но, как уже замечалось, среди них осуждается подобное, формальное, исполнение долга.
Таким образом, Альконт всегда располагает армией и резервами для ее пополнения: число подготовленных людей в запасе многократно превышает количество военных на действительной службе.
Сама служба является почетной и высокооплачиваемой. Не последнюю роль в ее притягательности играет и младший титул, даруемый простолюдину, ставшему старшим офицером.
Мария Гейц
Машинное отделение стерегли трое авиатехников. Они сдались без боя, стоило Крылатой пехоте вскрыть дверь. На вопрос, где охрана, один признался, что с четверть часа назад на связь выходил интендант Флейц. Он переговорил с командиром группы, и «совы» ушли, приказав заблокировать отсек.
Мятежников разоружили, заперли в подсобке. Как сумели, проверили приборы. Несмотря на безрассудную выходку майора Анатолия Даремина и старшего лейтенанта Себастьяна Левицкого, показания были в норме. Однако лейтенант Юстас Диров пожалел, что у него нет времени вызволить нескольких авиатехников «Вентас Аэрис» и осмотреть все тщательнее.
Лейтенант дал сигнал о взятии машинного отделения и оставил охранять отсек группу из пяти человек.
Диров помнил схему фрегата наизусть и собирался подойти к арсеналу с двух сторон. Он повел взвод по технической палубе к трапам и грузовым ходам, располагавшимся у бортов ближе к носу, а там разделил людей. Два больших отряда поднялись наверх, каждый пролет выглядывая в коридоры и обмениваясь условными сигналами.
Арсенал находился уровнем ниже взлетно-посадочной палубы в квадратном отсеке, окруженном с носа и бортов батареями артиллерии. С четвертой стороны – выход. От него к корме спускался пандус, соединяясь с коридором буквой «Т». Концы коридора упирались в двери к трапам.
Диров надеялся хоть немного выиграть по позициям, предполагая, что «совы» укрепились перед арсеналом. Сейчас лейтенант искренне завидовал выдержке Леовена Алеманда; сам же – нервничал. Дурное предчувствие клевалось внутри: слишком просто им досталось машинное отделение. Несло западней.
Да, его подчиненные работали слаженно, четко, но шли на арсенал с голыми руками. Несколько ножей, стволов, пара гранат, дубины из ножек мебели – не в счет. Без потерь не пробиться. «Совы» знали, что экипаж разоружен, – с их стороны глупо не воспользоваться ситуацией.
«Скольких людей я лишусь?.. Трети?.. Половины?.. Тень!..» – Диров понимал, что пройдет по трупам.
Лейтенант замер у начала пандуса и жестом приказал своему отряду остановиться. Слабая надежда, что «совы» забыли в коридоре погрузочные платформы, развеялась. Те не играли в поддавки.