Авиаторы Его Величества

Офицер лишь раздраженно дернул щекой.
Оставив прикованного к креслу пленника наедине с трупом, они выскользнули в коридор.
Никто не бежал к кабинету Алеманда. Нигде не было ни движения.
На месте Флейца Алеманд тоже заперся бы на мостике, начни ситуация выходить из-под контроля.
Спускаясь по грузовому ходу на нижние палубы, он с черной иронией подумал: сегодня ему не помешала бы капитан Лем Декс со своей отчаянной командой. Вот кому не требовались дополнительное безрассудство и уроки борьбы с численно превосходящим противником! Алеманда до сих пор возмущало, что она полезла в бандитское логово, рискуя собой и отданными под ее командование пехотинцами. Но капитан справилась отлично.
Когда Алеманд оказался на третьей палубе, пожарная сигнализация уже смолкла. Это дало надежду, что крушение фрегату пока не грозит. В сгустившейся тишине вязло эхо голосов.
Выждав, офицер открыл дверь в коридор и отшатнулся – впереди возникла мощная фигура. Бертрев едва не выстрелил, но, к счастью, только взвел курок.
Неясно, кто кого узнал первым: Алеманд Павла или тот – командира. Великан опустил винтовку и отшагнул:
– Сэр.
Алеманд с трудом сохранил бесстрастное выражение лица. Он внимательно читал личное дело Павла Атлида: не человек – машина для убийств. Сейчас великан, скорее всего, с трудом держал себя в руках.
Каких усилий ему это стоило, Алеманд осознал, когда увидел состояние «сов». По спине скользнул холодок. Минуту назад он действительно стоял в шаге от смерти.
– Лейтенант Диров, доклад, – распорядился Алеманд.
Слушая подчиненного, он рассматривал пехотинцев. Большинство целы, кто-то даже вооружился. Они глядели в ответ с вполне понятными облегчением, ожиданием и огромной надеждой.
Взгляд Алеманда задержался на Левицком – старлей сверкнул широкой улыбкой – и угрюмом Даремине. Офицера порадовало, что в критических обстоятельствах два заклятых врага примирились и работают вместе. Улаживать свары подчиненных во время мятежа было выше его сил.
– Песий сын что-то знает про их связь, – Даремин сжал воротник плененного Дельты.
Тот криво улыбнулся:
– Только не скажет.
Диров показал бездействовавшую рацию «сов». Алеманд наклонился к Дельте, глядя в глаза:
– Выбор у вас неве…


Дельта взвился с места, мазнув связанными руками ему по лицу. Офицер увернулся и лишь через долю секунды сообразил, что на самом деле «сова» целился в Дирова. Точнее – в рацию.
Она полетела в стену. Детали шрапнелью брызнули в стороны.
В следующий миг Дельта вскрикнул и осел на пол. Из-под левой лопатки торчала рукоять ножа.
– Атлид! – рявкнул Алеманд.
Великан насупился.
Диров коснулся шеи Дельты и покачал головой. Павел бил насмерть.
– Жаль, – Алеманд яростно сжал кулаки. – Он был нужен. Лейтенант Диров, а этот, – офицер указал на дозорного, – жив? Приведите в чувство. Нужно понимать, сколько человек в рубке, арсенале и машинном отделении. Я беру отряд мистера Кройца и иду на мостик. Фолакрис, разденьте «сов». Нам потребуется их форма. Где нашивки?
Павел нехотя достал из кармана содранные нашивки.
– Крепи обратно, – буркнул Диров.
– Майор Даремин, возьмите лейтенанта Левицкого и одну группу. Должно хватить. Перекройте взлетно-посадочную палубу, пока не подошло подкрепление. Один сигнал – пехота взяла машинное отделение. Два сигнала – арсенал. Три – от вас за ВПП. Четыре – мостик наш.
Алеманд перевел дыхание.
– Слушайте внимательно. У нас мало времени и шансов вернуть «Вентас Аэрис». Связи нет, так что…
Леовен Алеманд. 
Капитан на мостике. 25.07.2015
Кадетская подготовка начинается с четырнадцати лет.
В королевстве десять армейских корпусов и восемь вневойсковых. В последние объединены молодые люди, изучающие военное дело на добровольных началах в гражданских школах.
Вневойсковые корпуса являются нововведением Эдгара I Маркавина. Он создал их, чтобы восстановить силы королевства после Кровавого мятежа. В отличие от сформированных по родам войск армейских корпусов, они делятся территориально и закреплены за крупными графствами.
Кадеты учатся от двух до четырех лет. В первый год внимание уделяется войсковой и строевой подготовке, далее – специализациям. Каждый воспитанник может остаться еще на два года. Вначале – инструктором, после – офицером-инструктором. Офицеры-инструкторы покидают корпуса в звании капрала ВВКК или младшего сержанта ВВПК.
Мария Гейц

По словам дозорного, интендант Флейц взял с собой на мостик две группы «сов» из четырех человек и мог вызвать подмогу после тревоги на третьей палубе. Пять бойцов стерегли арсенал, столько же – машинное отделение. К счастью, обычные военные, а не Крылатая пехота. Еще примерно две с половиной дюжины интендант рассредоточил по фрегату и направил охранять запертый в каютах экипаж. На взлетно-посадочной палубе остались лишь снабженцы и авиатехники.
Павел Атлид сказал, что «сова» не врет. Леовен Алеманд не знал, отчего великан убежден в этом, но доверился его мнению.
Посовещавшись, Алеманд с лейтенантом Юстасом Дировым и майором Анатолием Дареминым разделили оружие. Алеманду достались «шестицветик», винтовка и нож вдобавок к захваченному во время побега из кабинета. Даремину и старшему лейтенанту Себастьяну Левицкому – дополнительный револьвер, который майор забрал себе. Остатки, а также несколько светошумовых гранат, дымовых шашек и три перевязочных пакета отошли Дирову. Его ждало самое сложное, практически невыполнимое: отбить арсенал чуть ли не голыми руками.
В других обстоятельствах Алеманд сначала вооружился бы и только потом штурмовал квартердек. Однако он торопился, не желая оказаться в ловушке между входом в рубку и прибывшим с Венетры подкреплением.
Алеманд приказал Руфину Бертреву следить за пленником и взял с собой Никласа Кейтида: разблокировать дверь на мостик. Он не сомневался, что Флейц заперся. Шести человек должно было хватить. Больше – мешали бы друг другу в коридоре перед квартердеком, особенно под градом «шестицветика».
Кейтид перерыл всю баррикаду, но нашел свой пояс с инструментами.
Отряды разошлись.
Грузовой ход пустовал. Путь к квартердеку занял десять минут. Алеманд бросал взгляды в иллюминаторы. За покрытыми изморозью стеклами переливалась звездами ночь, баюкая грозу в фиолетовых тучах. Флейц предусмотрительно поднял «Вентас Аэрис» над бурей, и она вспыхивала внизу хищными зигзагами бело-голубых молний.