Правда или борода

От усталости мне было не до загадок.
– Клетус, ты можешь выражаться проще? Что ты конкретно сделал и как нам теперь быть? Нам стоит волноваться из-за «Железных призраков»?
– Я отвечу на твои вопросы, но не по порядку. Во-первых, вам не стоит волноваться из-за «Железных призраков». У них нет ничего ни на тебя, ни на Джетро, ни на меня, ни на Бо. Фактически мы сами можем их шантажировать, если захотим.
– Слава богу! – Бо вздохнул с облегчением.
– Во-вторых, о том, как нам, – Клетус изобразил пальцами кавычки, – теперь быть. Мы должны вчетвером ехать в байкерский бар «Дракон» и встретиться с Репо или даже с самим Бритвой. Один из нас объяснит создавшееся положение, а именно, что Уинстоны застрахованы от их угроз, поэтому байкеры могут прекращать вскидываться и валить играть на своей стороне школьного двора.
– Ты хочешь вести переговоры с Бритвой? – переспросил Джетро, глядя на Клетуса как на невменяемого.
Бритвой звали президента клуба «Железных призраков», отмороженного на всю голову и реально опасного типа.
– Нет, я сказал «один из нас». – Клетус снова изобразил кавычки и уставился на меня.
– Чего? – протянул я. – Ты меня имеешь в виду, что ли?
Братья втроем закивали.
– А что, это мысль, – оживился Бо.
Я остался холоден.
– Еще какая, – поддержал его Джетро. – Меня Бритва ненавидит из-за… короче, из-за прошлого. Бо он не знает, но вруна учует за милю.
– Ты меня вруном назвал? – нахмурился Бо.
– Ага, – невинно подтвердил Джетро.
– Клетус, ты не обижайся, но твой стиль Бритва тоже не переварит.
– Согласен, – кивнул Клетус, откусывая от моих остывших блинов, и добавил с набитым ртом: – Говорить должен Дуэйн. Он резкий, раздражительный и не боится этих парней. Идеальная кандидатура.
Пришла моя очередь сопеть и качать головой, но спорить я не стал (пока). Время еще есть, обсудим позже. Сейчас меня больше интересовали ответы.
– А как ты это провернул, Клетус? Уведомил полицию, но так, что они ничего не знают?
– Вы же знаете, что я обслуживаю автоматы для сортировки почты в отделениях полиции и в главном управлении? Я такие сортировщики в трех округах подключил – помогаю по мере сил жителям штата Теннесси…
– Знаем, знаем, – ответил за всех Джетро.
– Так вот, автоматы капризные, письма в них часто застревают. Когда автомат ломается, я при ремонте иногда нахожу письма, провалявшиеся в нем несколько лет.
Мы с Бо переглянулись.
– Ты хочешь сказать, что подложил письмо в сортировщик в отделении полиции? – спросил брат.
Клетус покачал головой.
– Конечно нет! Но во время починки я нашел стопку старой почты, сунул туда свое письмо и отнес в архив. Я даже знаю номер коробки и полки. Кажется, у меня в комнате до сих пор где-то лежит квитанция на заказное письмо.
Мы с Бо онемели, да и Джетро с нами за компанию. Мы втроем сидели открыв рты, глядя, как Клетус жует блины с таким видом, будто больше его ничего не интересует.
Джетро очнулся первым.
– Значит, Дуэйн просто объяснит Бритве, что в полиции лежит заказное письмо, повествующее о существовании этих тайников?
– Правильно, – согласился Клетус. – Я приложил фотографии автомобилей, их номеров и тайников и описал последовательность открывания секретных ниш. Копия у меня в комнате… где-то валяется.
Бо покачал головой и коротко засмеялся:
– Не может быть, Клетус!
– Ты уж мне поверь, Бо. Но остается еще кое-что. – Клетус посмотрел на меня в упор. – Ты так и не ответил на мой вопрос.
– Ну я же сказал, мы от тебя скрыли, потому что не хотели втягивать…
– Я не об этом, – нетерпеливо махнул рукой Клетус. – Как тебе удаются такие воздушные блины? Это поразительно!
Я только головой потряс от эксцентричности старшего брата и ответил честно, потому что притворяться уже не хватало сил:
– Яичные белки.
– Что?
Я встал, чтобы собрать тарелки.
– Яичные белки, говорю. Я их отделяю от желтков, взбиваю до плотной пены и добавляю в самом конце. От этого блины получаются воздушными.
– Ага, – Клетус тоже поднялся и кивнул с видом глубокой задумчивости, но тут же спросил: – А почему у тебя такой вид, Дуэйн?
– Какой у меня вид, Клетус?
– Будто у тебя сердце не на месте. Уверяю тебя, мы в полной безопасности, волноваться не о чем. Твоя яично-белковая тайна умрет со мной.
– Знаю, – кивнул я, но объяснять ничего не стал, потому что сказать мне было нечего. Я не собирался ныть из-за Джессики. Я возьму себя в руки и буду жить дальше… лет эдак через тридцать.
К сожалению, Бо у нас большой охотник до сплетен.
– Он ходит расстроенный, потому что Джессика Джеймс только что унаследовала гору денег от тети и теперь уезжает.
Бо смотрел жалостливо, что лишь разозлило меня. Вот только жалеть меня не надо!
– Мисс Джеймс уезжает? Посреди учебного года? – не на шутку встревожился Клетус. – Но мы же только начали изучать интегралы!
Я пожал плечами:
– Я точно не знаю.
– Что значит – не знаешь? Зараза Джек ошарашил нас этой новостью еще неделю назад! – настаивал Бо.
Джетро, приподняв бровь, смотрел то на меня, то на него.
– Джессика Джеймс… – задумчиво протянул он. – Это не она официанткой работала в «Ореховом домике Дейзи»? Ты был к ней неравнодушен с самого детства!
– Спасибо, что напомнил, Джетро, – отрезал я и поставил тарелки на стол прямо перед ним.
Проблема с «Призраками»-шантажистами вот-вот должна была закончиться, но мой старший братец по-прежнему оставался для меня загадкой. Почти во всем.
– Так она уезжает или не уезжает? У нас контрольная на следующей неделе, и я хорошо подготовился, – не отставал Клетус.
Я сунул руки в карманы и покачал головой:
– Не знаю. Она сказала, что не планирует срываться немедленно, но причин оставаться у нее тоже нет.
Клетус и Бо сильно нахмурились.
– Как это нет причин оставаться? Что за дичь? А как же ты? Вот бессердечная дрянь!
Я фыркнул, оскорбленный таким заявлением, потому что если мне не изменяет память, «дрянь» означает примерно то же самое, что и «шлюха». Потеряв терпение, я решил закончить этот разговор.
– Слушайте, она хочет, чтобы я поехал с ней, ясно? Она не бессердечная, она следует за своей мечтой, и я не могу ее за это винить. И удерживать не стану, поэтому я разорвал отношения.