Правда или борода

Я поглядела на старшего брата. Вид у него был решительный – будто он твердо настроился помочь, и я замешкалась. В конце концов, он же парень. Может, что-нибудь и растолкует.
Решившись, я подобрала под себя ногу и повернулась к Джексону:
– Тогда ненадолго забудь, что я твоя сестра, что Тина – твоя кузина и что ты ненавидишь Дуэйна Уинстона.
Джексон приподнял бровь и сжал губы:
– Это вряд ли.
– Ну ладно, тогда забудь.
Я собиралась встать, но брат поймал меня за руку:
– Я сказал – вряд ли, а не «невозможно». Сейчас, подожди. Значит, ты не моя сестра, Тина мне не кузина, а Дуэйн Уинстон – самый лучший в мире человек.
Я набычилась на братца. Джексон невинно улыбнулся. Ладно, пляшем.
– Короче, у меня вопрос. – Я тяжело вздохнула, соображая, какой же вопрос я хочу задать. Когда я уже больше не могла не дышать, в голове что-то забрезжило. – Ты понимаешь, Тина очень секси. Можно сказать, обалденная. У нее божественное тело, ангельское лицо, и она стриптизерша, секс у нее в крови… Я не понимаю, с какой стати Дуэйну рвать с ней, если Тина – мужская фантазия. Как считаешь, почему он с ней расстался?
Джексон долго смотрел на меня, а потом, к моему удивлению, уточнил:
– Почему он с ней расстался или на самом деле тебя интересует, почему Дуэйн Уинстон предпочел тебя Тине Паттерсон?
Я сразу выпрямилась и начала горячо отрицать сказанное, но замолчала.
Джексон прав. Это и есть тот самый вопрос, который застрял в подсознании, как попкорн между зубов.
– Только не надо вот этого, что я красивая, – здесь же дело не в красоте… Но ты прав, я не понимаю, с какой стати Дуэйну бросать Тину и начинать встречаться с такой, как я.
Джексон долго смотрел на меня, сдерживая улыбку, наконец медленно выдохнул и покачал головой:
– Может, я необъективен, потому что ты моя сестра и очень противная, хотя и красивая, но как раз этот поступок Дуэйна кажется мне абсолютно разумным и оправданным.
Я сморщилась, ожидая многословных заверений в наличии у меня редких талантов. Вместо этого брат удивил меня:
– Сформулирую так: тебе случалось кого-нибудь увидеть и подумать: «Ох, какой красавец! Так бы и оттрахала его!» А потом заговариваешь с ним и видишь, что кто-то тебя опередил?
У меня вырвался изумленный смех, похожий на лай, и я зажала рот ладонью, качая головой и недоверчиво глядя на брата.
– Ничего себе ты пуританин! А кто неделю назад орал, что я не веду себя как леди?
Джексон слегка усмехнулся.
– Прости. Я устал, джентльменский фильтр отключился. Но ты поняла, о чем я? Как говорится, шкаф красавец, но антресолька пустая. Так вот, Тина никогда не… Я хочу сказать, ей не интересно развиваться. Ей интересно хорошо выглядеть, быть в центре внимания, устраивать бои мужиков. Я ее терплю – все-таки родственница, но она всегда была пустышкой.
Джексон подождал пару секунд, давая мне переварить услышанное, и продолжил.
– В том же «Розовом пони» не все такие, взять хоть Ханну Таунсен…
– Ханна Таунсен танцует у шеста?!
Новость оглушала – Ханна, на два класса младше меня, славилась на всю школу невероятной застенчивостью.
– Представь себе. За экзотические танцы хорошо платят, на эти деньги Ханна с матерью содержат свою ферму… Кстати, «Пони» – это не «Точка джи». Знаешь стриптиз-клуб рядом с «Драконом», где танцовщицы сплошь наркоманки? В «Розовом пони» не так. Хэнк – ты же помнишь Хэнка Уэллера, владельца «Розового пони»? – так вот, Хэнк хорошо обращается с девушками и держит в клубе крепких вышибал. Но Тина все равно умудряется спровоцировать драку. Хэнк уже устал от ее выкрутасов.
Я сочла за благо, что Джексон знает всю эту оригинальную информацию благодаря своей должности. Внутренняя политика местного стрип-клуба – штука, конечно, интересная, но меня больше заинтересовало, что Джексон сказал насчет моей кузины и Дуэйна.
Однако брат вновь разогнал мои только-только оформившиеся мысли:
– Ты, конечно, просишь не говорить, что красивая, но ведь это правда!
– Джексон…
Как и все, я, глядя в зеркало, вижу несовершенства, которые хотела бы (или твердо настроилась) изменить. Однако, рискуя показаться полной дурой, я искренне считала себя красивой. У меня милое лицо и вполне приличная фигура. Я четыре дня в неделю встаю на час раньше, чтобы поплавать в бассейне, потому что люблю плавать и чувствовать себя сильной. Я правильно питаюсь (если не считать слабости к пирогам Дейзи) и слежу за собой.
Отсутствие вредных привычек в сочетании с благосклонностью матери-природы привело к тому, что я не зря любовалась своим отражением в зеркале, поэтому не нуждалась в ободрениях брата. Да, я не урод, но и не воплощение мужских сексуальных фантазий!
– Помолчи и послушай меня хоть минуту, – настаивал Джексон. – Ты девушка красивая, а когда красивые девушки не сознают своей красоты, их может искренне удивлять внимание противоположного пола.
Я снова округлила глаза и фыркнула, но не перебила брата. Мне отчего-то стало любопытно, к чему он клонит.
Голос Джексона стал громче, в нем появились назидательные нотки:
– Дуэйн Уинстон, конечно, та еще зараза. Я его не люблю – гоняет на машинах почем зря и никого не уважает. Но он не дурак. Среди Уинстонов дураков вообще не водится. После нескольких лет с Тиной он наверняка устал от разговоров о лаке для ногтей и городских сплетен. Пусть даже Тина была бы копией Анджелины Джоли и – прости мою солдафонскую прямоту – любила делать минеты каждые десять минут, ни один мужик не сможет бесконечно терпеть такую скандальную и надоедливую бабу. Даже Дуэйн Уинстон.
    
Глава 12
Как далеко ни уезжай, от себя не убежишь.
Харуки Мураками, «После землетрясения»
~ Джессика ~
Наутро мы с Клэр не обсуждали мой ужин с Тиной главным образом потому, что я просто валилась с ног. К тому же Клэр всю неделю была свидетельницей моей хандры по Дуэйну после того, как мы вернулиMustang. К счастью, подруга не высказывалась по этому поводу, и я тоже крепилась: не хватало, чтобы Клэр сочла меня еще и нытиком. Однако я чувствовала, что ей все труднее сдерживать язык по поводу моего затянувшегося немногословия.
Когда мы подъехали к городскому клубу, Клэр выключила зажигание и повернулась ко мне:
– Ты несколько дней ходишь как в воду опущенная. По-моему, ты поэтому и вернула Дуэйну Уинстону его красивую тачку.
Я жалобно вздохнула и поглядела в окно на собиравшихся горожан:
– Ну, да…
Я чувствовала на себе взгляд Клэр.
– А ты знаешь, что он может быть здесь, в клубе?