Между нами лёд. Книга первая

Второй.
Третий Татьяна не докрутила…
Евгений нахмурился, видя, как она падает на лёд. Быстро поднявшись, Татьяна раздраженно поправила выбившиеся из хвоста пряди волос и собралась выполнить ещё один заход.
Необходимо было реабилитироваться в глазах партнера.
– Такими темпами ты не пойдешь болеть за юниоров, – громко произнес Громов, и Татьяна, набиравшая скорость для захода на прыжок, резко сменила траекторию. Теперь она двигалась по направлению к Евгению. Доехав до него, резко притормозила ребром конька. Сопровождаемая громким скрежетом льда, Таня остановилась в нескольких сантиметрах от Громова, почти уткнувшись ему в грудь носом.
– Почему? – как можно более самоуверенно поинтересовалась она, запрокинув голову. Громов с трудом сдержал улыбку. Каждый раз, когда Алексеева пыталась выглядеть самоуверенной и серьезной, это казалось по-детски наигранным. И это же ему почему-то нравилось.
– Зачем смотреть на молодежь, которая прыгает лучше тебя? – вопросительно изогнул бровь он.
– Хам, – констатировала Татьяна.
– Вижу, вы уже подружились, – громко обратилась к фигуристам тренер, подойдя к борту катка.
Евгений и Татьяна поспешили к ней. Алексеева была знакома с Ольгой Андреевной, но не работала с ней. За несколько минут разговора тренеру удалось очаровать Татьяну. Она была опытным и строгим профессионалом, но в общении смогла произвести впечатление приятного и заботливого человека. Когда Ольга Андреевна отправила Евгения выполнять определенные элементы, у них появилась возможность поговорить наедине.
– Как тебе новый партнер? – улыбнулась она, желая расслабить Татьяну, и наклонилась ближе.
Таня сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями и оглядываясь на Громова, который в этот момент с необычайной легкостью выполнял тройной риттбергер. И вновь пришлось признать, что Евгений не зря считается одним из самых красивых фигуристов планеты. Высокий и подтянутый, он невольно притягивал взгляды к своей отнюдь не скромной персоне. Густые пшеничные волосы, светлая кожа и серо-голубые глаза выдавали в нем человека типично славянского происхождения, но была в нем какая-то немного хищная, холодная красота, выражавшаяся в резких, уверенных движениях и немного заостренных чертах лица. Вздохнув, Татьяна обернулась к Ольге Андреевне. С одной стороны, перед ней стоял тренер, который много лет работал с Громовым и, наверное, относился к нему как к близкому человеку, поэтому Алексеевой стоило быть аккуратной в выражении своих эмоций. Но, с другой стороны, Ольга Андреевна выглядела как человек, которому можно было доверять.
– Слишком закрытый, – честно ответила Татьяна, одергивая вниз черную водолазку. – Он всегда напряжен. Ощущение, что не только физически, но и морально.
– Это его обычное состояние, – с толикой грусти призналась она. – Закрытым он был всегда, но эта черта только усугубилась после случая с Волченковой. А теперь ещё и Алиса…
Оставшуюся часть тренировки фигуристы, под руководством тренера, выполняли парные элементы, пытаясь лучше почувствовать друг друга, подстроиться под внешние параметры, скорость и характер скольжения. Когда они, наконец, синхронно прыгнули двойной тулуп и сделали чистый выезд из него, Ольга Андреевна поощрительно похлопала в ладони, довольно улыбнувшись.
– Закончим на успешной ноте, – предложила она.
Евгений первым поспешил выйти с катка, торопливо надевая чехлы на лезвия коньков, а затем подошел к тренеру. Ольга Андреевна непонимающе посмотрела на него снизу вверх. Громов опасливо оглянулся на Татьяну и, убедившись, что та стоит достаточно далеко, снова повернулся к Ольге Андреевне.
– Ей не стоит знать, что это мой последний сезон, – безапелляционным тоном произнес он.
Татьяна стянула резинку с волос, распуская хвост, от которого начинала болеть голова и украдкой посмотрела на Евгения, который говорил с Ольгой Андреевной. Решив, что не стоит лезть в их разговор, Алексеева направилась в раздевалку.
– Спасибо за тренировку! До завтра!
– До завтра, Танечка! – ласково ответила Ольга Андреевна, выглядывая из-за Евгения, который так и стоял к своей партнерше спиной.
Как только фигуристка ушла, тренер с недовольством посмотрела на Громова.
– Что значит «последний сезон»?
– Хочу уйти на пике, – кивнул Евгений, опустившись на скамейку, и устало выпрямил ноги в коленях. – Даже для этого придется приложить огромные усилия и мне, и Тане. Впрочем, неизвестно, станет ли этот сезон тем самым «пиком», учитывая то, как она катается.
– Откуда такой пессимизм? – удивилась Ольга Андреевна, смотря на Громова так, будто не узнавала вовсе. – Ты всегда был уверен в себе. Если бы ты остался с Алисой? Это всё равно был бы последний сезон? – Ольга Андреевна работала с ним последние десять лет и была его первым тренером, поставившим на коньки в глубоком детстве, но редко видела Громова растерянным. – Я не вправе заставлять тебя оставаться на следующий сезон, – продолжала Ольга Андреевна и перевела взгляд на лёд. – Сейчас нам нужно думать над нынешним. Но я могу сказать, что Таня – хорошая девочка, не лишенная таланта. С ней вы могли бы быть лидерами не один год. Проблема лишь в том, что ей недостает твоей уверенности в себе.
– Могу отсыпать, – ухмыльнулся Громов.
– Тебе бы кто отсыпал дружелюбия. Ты ведь сам понимаешь, как важны доверительные отношения между партнерами, как сильно они влияют на качество совместной работы.
– Я постараюсь улучшить наши отношения вне льда в том числе, – поспешил заверить тренера Евгений.
– Вот только если ты действительно решишь, что это твой последний сезон, – вздохнула Ольга Андреевна, поднявшись со скамейки, и направилась к дверям, – то должен рассказать Тане об этом. Иначе ты поступишь с ней так же, как поступила с тобой Лена.
Татьяна вернулась в гостевой дом около восьми часов. Открыла дверь, оставила сумку и медленно прошла в номер. Усталость, физическая и моральная, навалилась слишком резко. Тот уровень, на котором она каталась раньше, действительно отличался от того, на котором так резко оказалась, встав в пару с Громовым.
Горячий душ помог прийти в себя, но, услышав стук в дверь, пришлось быстрее выйти из ванной. Торопливо затягивая пояс белого халата, Таня подошла к двери и поинтересовалась, кто так сильно, судя по стуку, желает её видеть.
– Свои! – за дверью раздался голос Ксении, и Татьяна поспешила открыть. – Если бы это была не я, а Громов, то ты наверняка открыла бы намного быстрее, – проворчала та, садясь на небольшое кресло в номере Тани. – Судя по внешнему виду, ты ждала именно его.
Татьяна схватила лежащую на постели подушку и кинула в подругу. Та успела увернуться от орудия мести, а затем нагнулась за подушкой и обхватила руками, прижав к себе.
– Рассказывай о своей первой тренировке с Великим и Ужасным Громовым!
– Что случилось между ним и Волченковой? – резко сменила тему Таня, вспомнив слова тренера, и увидела, как округлились глаза Ксении. Такого вопроса одиночница явно не ожидала.