Стань моим первым

— Не надоело еще?
— О чем ты, пап?
— В самостоятельность, говорю, заигралась. Я тебя сегодня домой жду. К восьми чтобы приехала. К нам Багровы в гости придут, я сказал, ты вернулась, они тебя увидеть хотят.
Острое давление в груди сковывает все тело. На мгновение мне кажется, что это инсульт и я умираю. Но затем начинают дрожать руки. Я едва не роняю телефон на пол, когда слышу голос отца в трубке:
— Ты меня слышишь?
— Да.
— Жду в восемь!
Папа отключается, а я мечусь по комнате. Мне никак нельзя ехать. Кирилл, конечно, может и не прийти, но вот его родители… Да я в глаза им смотреть не смогу, если пойду. Они же меня маленькой помнят, тетя Снежана наверняка подарков накупила. Она же моя крестная, ни один мой приезд не пропускала. А в этот раз так совпало, что когда я приехала, они улетали на отдых, а потом папе, видимо, не до того было. И вот…
Нет, я не могу поехать!
Не знаю даже, сколько проходит времени. Я совсем теряю ему счет, пока хожу туда-сюда по кухне и пытаюсь найти выход. Причину, по которой не смогу приехать на встречу. Забываю обо всем, переключая все ресурсы мозга на обработку одной проблемы, поэтому когда слышу резкий звук — не сразу понимаю, что это смс-сообщение.
Экран светится входящим с незнакомого номера. Я снимаю блокировку, жму прочитать. сглатываю и перечитываю несколько раз написанные строчки:
“Заеду за тобой в восемь. Скажи подругам, что снова не ночуешь дома”
Сердце, что и без того стучало, как бешеное, разгоняется еще сильнее. Жар приливает к щекам и мне приходится приложить к ним тыльные стороны ладоней. Эти бесконтрольные эмоции… голова кружится и мысли плывут. Сосредоточиться совсем не получается. Мне и до его сообщения думалось с трудом, а уж после…
— Ты что тут?!
Я подпрыгиваю на месте, когда в кухню заходит Нина. Подруга смотрит на меня удивленно, я же совсем не знаю, откуда такая реакция. Наверное, я боюсь, что отец пришлет за мной машину, а тут еще Кирилл должен приехать.
— Нинка! — восклицаю. — Ты-то мне и нужна… я совершенно не знаю, что делать.
Выслушав мои проблемы, подруга пожимает плечами, словно в том, что я ей рассказала, нет ничего ужасного, и изрекает:
— Звони отцу, говори, что у тебя температура и приехать никак не можешь. А Кириллу своему пиши, что будешь его ждать.
— Думаешь?
— Можешь наоборот, если есть желание провести несколько часов в компании ваших родителей.
Я морщусь и набираю номер отца. Он отвечает не сразу, но резко, так что я на мгновение теряюсь и молчу.
— Кира!
— Пап… я не смогу приехать.
— Что за глупости? Ну, поиграла в самостоятельную, домой пора. Давай, собирай шмотки, я Толю за тобой пришлю.
— У меня температура, пап… я приболела немного.
— Тогда тем более собирайся! Подруг этих своих непутевых попроси, чтобы они тебе помогли и спускайся. Нечего в этом рассаднике заразы находиться.
— Я не приеду, — говорю строго. — Не проси даже. Я все еще планирую работать и быть самостоятельной.
— Кира…
— Это не обсуждается, папа.
— К нам друзья придут, тебе не стыдно?
— Я все равно не смогу присутствовать. У тети Снежаны иммунитет плохой, а я болею, так что… в другой раз.
Я быстро отключаюсь и кладу телефон на стол. Отодвигаю подальше, словно папа может подсматривать.
— Ну вот… не трудно ведь! Иди собирайся, уже шесть.
    
Глава 22
Кирилл
— Что с заменой кранов? — спрашиваю у заместителя по снабжению.
Мое утро началось со звонка Бориса, с которым мы вчера договорились об инвестициях. Он ткнул мне носом в остановку строительства и сказал, что ему нужно подумать, прежде чем вкладывать деньги в сомнительную компанию.
Сомнительную, мать вашу…
Мы ни разу не срывали сроков сдачи. Более того, всегда выкатывали проекты заранее. У нас сотни успешных проектов, миллионы довольных людей и десятки крупных инвесторов, в том числе из-за рубежа. Все они довольны сотрудничеством с нами. И вот… ему надо подумать!
Обычно я не встречаюсь с инвесторами, чтобы рассказать им о преимуществах вложения денег в мою компанию. Часто они приходят с суммой, которую готовы потратить и парой вопросов, которые мы утрясаем за пару часов. Отдел маркетинга в этом плане работает, как надежные швейцарские часы.
С Борисом иначе. Он человек сложный, но это было понятно на этапе выбора ресторана и его внешнего вида. Там невооруженным взглядом видно, что человек или с жиру бесится или действительно экономный, на этом и сколотил свое состояние. Я пока склоняюсь к третьему варианту — у него не все в порядке с головой.
Однако, он меня отчитал. С утра. Сказал, что все перепроверил и у него остались сомнения. После трехчасового изучения документов и отчетности у меня появились вопросы и я созвал заместителей всех отделов. Настроение, честно говоря, ни к черту…
— Застопорились. Тормозят поставку. Мы пытаемся сделать все возможное, чтобы ускорить процесс.
— И как результаты?
Я постукиваю карандашом по идеальной поверхности стола и жду ответа. Собрание стало неожиданным, поэтому к нему, естественно, не подготовились. И никто не думал, что придется отвечать на неудобные вопросы. Обычно я даю своим заместителям время подготовиться, сделать отчеты, но не сегодня.
У меня контракт на миллиарды срывается из-за того, что строительство элитного объекта стоит. У сотрудников нет работы, но они, при этом, получают зарплату. Так продолжается уже больше недели. Еще столько же и мы выйдем в минус. Удивительно, что меня никто не поставил в известность. Никто из, мать его, присутствующих. Шесть человек смотрит на меня испуганными глазами и меня это раздражает.
— Мы должны были получить оборудование на прошлой неделе, но его задержали.
— Где же?
— В порту. Проводят проверку, обыски, это занимает время.
— Пробовали решить проблему деньгами? — я перевожу взгляд на финансового директора.
— Не получилось, — говорит он. — Там в другом проблема.
— В чем же?
— Проверку навели свыше.
— Мы узнали кто, — встревает в разговор начальник отдела по безопасности.
Я прекрасно знаю имя того, кто вставляет палки мне в колеса и совсем не удивляюсь, когда слышу имя Ивана Арбатова. До недавнего времени наша компания почти на восемьдесят процентов зависела от оборудования, которое он поставляет, но после ряда несчастных случаев, связанных с выходом техники из строя, пришлось пересмотреть наши договоренности. Ему это, понятное дело, не понравилось.