Малышка

Наверное.
Правда, я не ожидал, что она пропадёт после этого и наше общение прекратится вообще. Да, я думал, что ей будет обидно и она не захочет меня видеть, но со временем всё утрясется, и мы снова будем общаться, но… Нет. Мы не виделись больше двух лет из-за моих слов на той злосчастной свадьбе.
Мысли о том, что Арина давно знает о моем пребывании в Москве, не дают покоя. Потому что Тёма в курсе, неужели не сказал родной сестре, что старый друг теперь живёт рядом? Я помню, как она мечтала поступить в столице, и, видимо, мечта исполнена. Малышка умница, я горжусь ей.
Если она узнала от Тёмы, что я здесь, но не попыталась найти встречи, значит, видеть меня не желает до сих пор. Именно поэтому я не буду надоедать ей, просто отпущу, и всё. Прошло слишком много времени, чтобы я искал ее ради извинений за прошлое. Думаю, ей это уже давно не нужно. Как и я, собственно…
***
Я проспал целый день, разлепив глаза только к вечеру. Ненавижу засыпать на рассвете, но ночь была насыщенной на размышления. Любимый крепкий кофе, ещё одна сигарета, и я уже иду в магазин, чтобы забить холодильник продуктами: устал питаться черт-те чем.
По пути назад у меня настойчиво звонит телефон, но руки заняты пакетами и ответить я не могу. В конце концов, если это по работе, то пусть идут к черту, у меня законный выходной.
Но звонил мой знакомый, или уже даже можно сказать друг, которому скучно сидеть дома вечером субботы, а идти куда-нибудь одному ещё хуже. На самом деле настроение лежать тюленем и жевать чипсы перед телеком, но точно не трястись в клубе под какой-нибудь идиотский трек современных подростков. Отказывать Никите я не хочу, поэтому уже через пару часов впрыгиваю в любимые потёртые джинсы, натягиваю на футболку пиджак и выхожу из дома, заранее вызвав такси. За руль мне точно нельзя, потому что с Никитой всегда есть возможность напиться до синих соплей.
— Где носит твою старческую тушку? — смеётся Никита, встречая меня у входа в клуб. — Рисовал брови у зеркала, да?
— И как ты меня раскусил? — смеюсь в ответ и вхожу внутрь, сразу же попадая в плен какого-то иного мира, где всё окутано туманом. — Ты заказывал столик? — пытаюсь перекричать музыку, но благо Никита меня понимает, отрицательно качая головой. Ну ладно, значит будем атаковать барную стойку.
Шот разогревает горло, но накидаться быстро мне не хочется, поэтому я заказываю виски с колой и медленно потягиваю напиток, пока Ник пытается познакомиться с какой-то шатенкой. Вообще не понимаю, зачем он притащил меня в клуб.
Мир не плывет перед глазами, но по телу проходится мягкая волна расслабления. Я откидываюсь спиной на барную стойку и замечаю ведущего, который объявляет конкурс на лучший танец, победитель которого получит безлимит в випке в любой день. Толпа гудит со всех сторон, компании выпихивают на танцпол девчонок для участия, но мой взгляд упорно останавливается на одной русоволосой особе в непозволительно коротких для такой погоды шортах.
Она четко попадает в ритм музыки и движется так плавно, словно представительница семейства кошачьих. Она пленит своей сексуальностью, она бесподобная и невыносимо гибкая, она прекрасно танцует, и… И она Арина, чтоб меня.
Я не верю своим глазам, глупо потирая их пальцами, и даже встаю, чтобы сделать пару шагов ближе к импровизированной сцене.
Сомнений в том, что это она, не осталось, стоило мне вспомнить её танец, который удалось лицезреть сегодня ночью, пусть и на экране смартфона, а не вживую.
Она выигрывает конкурс, что неудивительно с её-то данными, и тут же её подхватывает на руки какой-то разрисованный олух, при всех зрителях сжимая ладонями задницу и влажно целуя накрашенные губы.
А это точно малышка? Потому что я уже не уверен…
Отчего-то напрягаюсь, когда Арина отпускает своего… того парня, а сама направляется к барной стойке, видимо, чтобы выпить воды.
По закону подлости она останавливается прямо рядом со мной и, перекинувшись через стойку, зовёт бармена и заказывает стакан воды с лимоном.
Молчать или всё-таки дать знать о своем присутствии? Мысли терзают изнутри, и я, кажется, впервые в жизни не знаю, как поступить и как будет правильно. С одной стороны, Арина сбежала от меня и явно не искала встреч всё это время, но с другой… Но с другой стороны, мы с самого детства дружили, неужели я не могу поздороваться с сестрой своих друзей?
Она подносит стакан к губам, делает глоток, второй, и я отчего-то не выдерживаю и тут же зову ее, заставляя от неожиданности немного поперхнуться водой.
— Малышка, ты ли это? — делаю вид, что заметил ее только сейчас, словно не пялился на её танец несколько минут назад.
Она прокашливается и поворачивает голову ко мне, округлив глаза. Сначала на её лице виднеется растерянность, но оно тут же сменяется лёгкой улыбкой и почти равнодушием. А малышка неплохо изменилась за всё это время…
— Я давно не малышка, — улыбается она, и, к моему удивлению, поднимается на носочках, и целует меня в щёку. Как была коротышкой, так и осталась, даже каблуки не спасают. — Какими судьбами здесь?
Интересно, ей и правда все равно на меня, или это такая потрясающая актёрская игра? Нет, я, конечно, не надеялся на прием с хлебом и солью, но тут сквозит таким равнодушием, что мне становится холодно. А хотя на что я надеялся? Что она любила и ждала меня больше двух лет? Бред какой-то.
— В клубе или в Москве? — приподнимаю бровь, а потом сгоняю с соседнего стула какого-то пьяного идиота, предлагая сесть Арине, после чего сажусь напротив, глядя в блестящие глазки.
— В Москве, — она улыбается, а меня мурашками кроет от этой улыбки. Чувствую себя так, словно теперь мне пятнадцать. Не понимаю, что происходит. — Надолго в столице?
— Да, в общем-то, насовсем, — пожимаю плечами и снова улавливаю крошечную растерянность на лице малышки. — Работаю теперь здесь, разве Тёма не говорил тебе?
— Нет, — её улыбка сходит с лица, а взгляд опускается к стакану с водой, который она все ещё держит в руках. — Нет, не говорил, он… Он вообще не говорит о тебе. Вы не поссорились?
Мы-то не поссорились, а вот я понимаю, что в разговорах с семьёй они старательно обходят тему меня. Ну, этого и стоило ожидать, я разбил ребенку сердце, и из-за меня ей пришлось перевернуть жизнь на сто восемьдесят градусов.
— Нет, все ещё общаемся. Правда, не так часто, как раньше, — разговор уходит в какую-то грусть, и я понимаю, что пора спасать ситуацию. — Может, встретимся где-нибудь на днях? Посидим, поболтаем?
Ты идиот, Максим? Нет, ты точно идиот. Почему бы не отшить малышку на вашей последней встрече, а теперь позвать её на чашечку кофе поболтать? Как был идиотом, так им и остался.
Малышка хмурится, видимо тоже думая, что это совершенно идиотская идея, но не успевает раскрыть и рта, как откуда-то появляется тот самый разрисованный придурок, который зажимал Арину у всех на виду. Он налетает на неё сзади и обнимает со спины, тут же влажно и до ужаса пошло целуя малышку в шею.