Мальчик и пёс

— Там был один «матерый волк», который собирал пацанов вроде меня и заставлял воровать. Опекал нас таким образом.
Из груди Харми вырвался вздох.
— Сёгун был для тебя и сестры буквально ангелом-хранителем.
— Угу. Если бы не он, нас бы уже давно на свете не было.
Мигель положил в рот пластинку жвачки. Если хочется курить, надо жевать резинку. Так дело пойдет — глядишь, он вообще курить бросит.
— У тебя была другая собака после Сёгуна? — поинтересовался Харми. История Мигеля захватила его целиком.
— Хотел завести, но что бы я с ней делал? Воры ведь все время в бегах — из города в город, из страны в страну. Я уж сколько лет Анжелу не видел.
Пережевывая жвачку, Мигель покачал головой. Почему он все рассказал о себе Харми? Как так получилось? Он толком не помнил. Начал говорить и пошло-поехало.
По крайней мере, Харми оказался хорошим слушателем.
— То есть ты вроде как решил завязать? — спросил Харми.
— С чего ты так решил?
— Из-за твоего пса. Если ты хочешь бросить это дело, значит, осядешь где-нибудь и будешь жить с ним вместе. Так ведь?
— Мы несколько месяцев крысятничали в Фукусиме и Мияги. Это все равно что мертвых обирать. С меня хватит.
— Аллах тебя благословит.
— Я христианин.
— Не важно. Ты решил покончить с криминалом. Я рад за тебя.
— Мы ж с тобой едва знакомы.
— Это тоже не имеет значения. Мы с тобой уже братья.
Мигель завернул в обертку изжеванную жвачку. Хосе и Рикки тоже были ему почти как братья, но теперь они мертвы. И до них были люди, которые с Мигелем считались братьями, но их тоже уже нет на свете.
Все умирают, и только Мигель живет.
Кое-кто за глаза называл его «чумой» или «богом смерти».
Матерые воры предупреждали молодых не связываться с Мигелем, если им дорога жизнь, и на его предложение пойти с ним на дело многие отвечали отказом.
«Может, Сёгун умер из-за меня. Потому что я — чума. Поэтому мне и нужен мамори-гами», — размышлял Мигель.
Он почувствовал на себе взгляд Тамона. Пес улавливал оттенки его эмоций.
— Хороший ты парень.
Мигель погладил Тамона по голове.
— В Японию больше не вернешься? — спросил Харми.
— Нет. Я еду домой. Буду жить с Анжелой. У нее дочь.
— Как ее зовут?
— Мария.
— Дай бог ей счастья, — нараспев проговорил Харми.
— Грустно, что скоро придется расставаться. Ведь только побратались.
— Такова жизнь, — отвечал Мигель. — Но даже если мы будем далеко друг от друга, связь между нами никуда не денется.
— Точно. Мы братья навек.
Харми протянул левую руку. Секунду поколебавшись, Мигель пожал ее. Харми не вор и не преступник, он не должен умереть из-за того, что побратался с Мигелем.
— Ты не знаешь кого-нибудь, кто может продать мне пользованную тачку без возни с документами? — спросил Мигель.
 
* * *
Выбравшись из грузовика, Мигель взял в правую руку чемоданчик, в левую — поводок Тамона.
— Если подождешь до ночи, подброшу вас до Ниигаты. Чего зря деньги тратить.
Харми опустился на колени и обнял Тамона.
— Это уж будет перебор.
С торговцем подержанными авто договорились на десять. Мигелю надо было где-то позавтракать, прогулять Тамона. Так время и пройдет.
Харми поднялся.
— Ну, будь здоров.
— Если тебя занесет в мои края, обязательно сообщи.
Мигель обнял Харми. Перед тем как вылезти из кабины, они обменялись контактами.
— Ходахафиз, — сказал Харми.
— Что это значит?
— До свидания, на фарси.
Мигель кивнул, понаблюдал, как Харми садится в грузовик.
— Adiós, amigo! [33]
Мигель попрощался с Харми, который высунулся из окна и помахал ему рукой.
— Будь здоров, брат! — сказал Харми на японском и рассмеялся.
Грузовик тронулся. Харми высадил Мигеля и Тамона у мини-маркета на окраине Уонума.
— Ну что, Тамон? Сначала надо перекусить.
Мигель дал собаке воды, насыпал корма. Сам с аппетитом умял онигири, купленные для него Харми.
Тамон быстро проглотил еду и, нюхая воздух, тут же повернул морду к югу.
— Ты так переживаешь за своих друзей? — спросил Мигель. — Я не смогу стать твоим братом, да?
Тамон даже не посмотрел на него. Сузив глаза и принюхиваясь, он смотрел на юг.
— Хорошо. Значит, ты не умрешь.
Мигель отстегнул поводок от ошейника.
— Иди!
И хлопнул Тамона по заду.
— Иди к тем, кого ты должен защищать.
Тамон поднял морду.
— Порядок. Иди. Ты свободен.
Тамон сделал несколько шагов. Пройдя метров десять, остановился и обернулся.
— Иди, пока я не передумал.
Мигель махнул на него рукой. Тамон пустился бегом. Он бежал изо всех сил, удаляясь все дальше и дальше.
— Adiós, amigo! — прошептал Мигель и отбросил в сторону поводок, который все еще держал в руке.
    
7
Нажав кнопку на пульте, Харми прибавил громкость телевизора. Семья собралась после ужина вместе. Харми с женой пили кофе, дочка Эми играла с Кэнта. Так звали их сиба-ину.
«Сегодня вечером на северном пирсе порта Ниигата был обнаружен труп неизвестного мужчины-иностранца с многочисленными ножевыми ранениями. Полиция префектуры Ниигата ведет расследование, полагая, что убитый был членом преступной группировки, на счету которой серия преступлений в префектурах Фукусима и Мияги».
Тела убитого не показали, имени не назвали.
Однако Харми знал, что это Мигель.
Мигель мертв.
— Что случилось? — спросила жена.
Харми покачал головой и выключил телевизор.
— Ничего особенного. Что-то устал я сегодня. Сейчас приму душ и лягу спать.
— Конечно. Завтра тоже рано вставать. Труженик ты мой.
Харми поцеловал жену в щеку и пошел в ванную. Ему вдруг показалось, что с Эми дурачится не Кэнта, а Тамон.
Мигель умер. Что же станет с Тамоном?
— Должно быть, Мигель отправил его на юг, — пробормотал Харми на фарси. И добавил по-испански: