Думер

— Если бы приравнивал, то даже не пытался бы наладить диалог. Но я почему — то рискнул предположить, что вам не нравится, когда в столице заправляют подобные элементы. Я ошибся?
Княгиня стрельнула в меня злым взглядом и набрала в грудь побольше воздуха, но её опередил супруг.
— Естественно, не нравится, — признал он. — Как и не нравится то, что их покрывают органы. Тем не менее, подставляться мы не будем.
— Опасаетесь притянуть к себе ненужное внимание, — понимающе сказал я.
Ну да — мало ли что пойдет не так, а Медведевы потом на них всех собак спустят. Даже если Лена сегодня — завтра организует крупную облаву, вероятность всяких — разных неприятностей велика. Пачкаться не хотят.
— В нынешние времена опасаться — не только нормально, но и максимально разумно, — сказала княгиня. — Поэтому мы поручим это вам. Заодно проверим, насколько ваши заявления соответствуют истине. А окажется, что не соответствуют…
— Иными словами, вы хотите, чтобы я достал для вас акрий медведевских.
— Доказали его нелегальность, — заметил Миронов. — И только тогда можно будет говорить о добыче. Возможно.
— Тогда взамен я потребую полный доступ к замороженным санитарам и всем сведениям о них.
— Не надейтесь на что — то сенсационное, — пожал плечами Миронов. — Так уж и быть, своё вы получите. Но точно не раньше, чем проясните что — либо по Медведевым. В случае, если вас поймают или вы обделаетесь как — то иначе, о нас даже не заикайтесь. Подчеркну, между нами нет никаких договоренностей.
— Мы всего лишь приветствуем, если вы подтвердите свои слова фактами, — добавила княгиня. — Вот тогда можно будет поговорить с вами серьезно. С глазу на глаз.
Супруги дали понять, что разговор окончен. Княгиня взмахом руки убрала защитные плетения с окон и дверей, и те приоткрылись. Мы с Отто тоже встали. Вернее, я планировал встать, но после долгого сидения раненая нога разболелась. Нужно что — то с ней делать, да только когда…
Перед уходом княгиня в последний раз посмотрела на нас… Нет, на меня. Этот взгляд я ловил на себе в течение всего нашего разговора, и вот опять. Она словно что — то пыталась вспомнить.
— Вам нравится ходить раненым? — с ухмылкой спросила она, остановившись.
— Я неприхотлив, ваше сияние, — ответил я и тут же поправился: — Сиятельство то есть. И умею испытывать удовольствие от многих вещей. Но нет, эта долбанная пуля, пойманная от одного из медведевских бандюков, мне удовольствия не приносит.
Сначала княгиня хмурилась и была готова уйти не дослушав, однако в итоге её что — то развеселило, и она не сумела сдержать легкую улыбку.
— Подойдите, — сказала она.
Вот ведь… Между нами, не считая стола, была всего пара — тройка метров. Могла бы и сама подойти, если что — то хочет. Я ей не крепостной и не швейцар, к тому же раненый. Но испытывать её гнев не стал, прохромал пару шагов. Тогда — то она и взмахнула рукой. Из пальцев к моей ране устремились полупрозрачные желто — зеленые нити. Я почувствовал… Нет, не так. Первым делом я перестал чувствовать боль, и только потом в месте ранения появились какие — то шевеления. Всё это время княгиня смотрела мне в глаза, что, впрочем, не помешало ей извлекать пулю на расстоянии, а рану… заживить? В ноге ещё оставалось фантомное покалывание, но через порванные джинсы можно было видеть, что раны больше нет.
— Думаю, вам это пригодится, — сказала она напоследок.
И пошла догонять мужа.
— Благодарю! — крикнул я на прощание, и через секунду в «Сайгон» хлынула толпа посетителей, уставших ждать на улице.
Среди них был и Григорий. Было видно, что его здесь знал каждый второй, а возможно и считал другом. Своя, рокерская тусовка.
— Ну как? — спросил он, встречая меня не выходе.
Отвечать я не стал. Во — первых, банально настроения не было — именно из — за недалекости Григория пришлось убивать время на то, чтобы доказать Мироновым, что я не верблюд. Но главное… главное сейчас было совсем другое.
— Ну ты чего, ёлки! — не унимался Григорий. — Всё пучком же. Пошли пивка откипитярим…
Хорошо, что Григорий не пошёл за мной, а остался стоять у входа. Иначе я бы точно ему «вкипитярил», да так, что тяжелый рок ещё долго бы звенел в его ушах.
Отто Виц на удивление чутко ловил мой настрой. Нас с ним не связывали никакие обязательства кроме просьбы Лены меня подвезти, однако некромант явно не без интереса слушал перепалку к Мироновым. И потому как — то даже не удивляло, когда он открыл передо мной дверь своего «Олдсмобиля» и спросил:
— Куда дальше?
— Ресторан «Роза ветров», — ответил я.
— Да вы, батенька, гурман, — присвистнул Отто.
Он не мог не знать, что ресторан этот считается одним из самых криминальных в городе. Или, если точнее, он считался главной точкой Тамбовских, а всё остальное произрастало уже из этого.
Некромант не спрашивал адреса — а значит, в «Розе ветров» уже бывал, и не раз.
Что ж, от Мироновых я получил немного, но достаточно. Теперь пора переходить к следующему этапу моего плана.
— К слову, я нечасто подрабатываю таксистом, — нарушил поток моих мыслей Отто. — Точнее сказать, вообще не подрабатываю.
— Отто, как вы уже поняли, у меня сегодня непростой день. Мне без вас сейчас будет очень несладко. Лена потом…
— Что насчет того самого акрия? — невзначай перебил меня некромант. — И вопрос не в цене поездки, дорогой Артем. Вопрос в рисках за информацию, которая от вас добралась, в числе прочего, до меня. Ферштейн?
— Ферштейн, ферштейн, — нехотя ответил я.
Разумеется, некромант искал свою выгоду. И, хитрюга такой, не просто искал — выждал момент. Если вдуматься, отпускать его теперь вообще нельзя. Насколько хорошо его знала Лена, можно ли ему доверять? Сейчас она явно не ответит.
— Четверть, — сказал Отто. — Четверть от всего, что вы найдете у медведевских. Столько я прошу.
— Вы в своем уме? — изумился я. — Это не наживы ради, это доказательная база, чтобы в конце концов Лена могла засадить медведевскую группировку!
— Но — но! Мироновым вы это решили не говорить, зато не переминали поторговаться.
— Я рассчитывал получить от них боевую поддержку.
— Найн, — покачал головой Отто. — Со мной это не прокатит. Вы рассчитывали их руками провернуть всё, что нужно, до того, как старший следователь Корнилова проведёт задержания своими руками.
— Она может не успеть. Точнее, гарантированно не успеет, потому что готовится к стрелке. Без стрелки у неё не будет оснований вламываться в медведевские точки.
— Вы поймите, — вздохнул некромант. — Передо мной можете не оправдываться. Будь я чуточку более честным гражданином, я бы привез вас, положим, прямиком в пятнадцатый отдел, где вас задержали бы за…