Ура, Хрустальная Корона!
Накануне, идя к Тусону, Джаллон не обнаружил слежки, и, опасаясь, что ее не было на самом деле, просил командора навестить его лавку, чтобы подтвердить их доброе знакомство. Приход Виня был очень кстати, пусть видит и пусть докладывает. Чтобы усилить впечатление от прихода Тусона, меняла приказал Шарифу опустить обе таблички: "Размена нет" и "Закрыто".
Оставшимся в лавке клиентам, среди которых отирался Винь, Джаллон сказал:
- Прошу прощения, господа, для нужд священных отрядов я должен временно прекратить вас обслуживать. С командором Тусоном у меня встреча была обусловлена заранее. Прошу обождать на улице, я долго вас не задержу.
Недовольные люди потянулись к выходу. Винь выскочил в двери первым, и ждать не остался: побежал докладывать. Значит, вчера слежки не было.
Джаллон вспомнил о своём предупреждении: "Следующий, кто пойдёт за мной - умрёт".
Приняли всерьёз, и не дразнят. Ах, как хорошо, что приехал Тусон. Одно жаль - не удастся узнать, с каким предложением приходил Винь, но, может, это и к лучшему: одним отказом будет меньше.
- Шариф, погуляй пока, посторожи дверь с улицы, но так, чтобы все поняли, чем ты занят.
- Да, я видел его, босс. Думаете, он был не один?
- Уверен, - Джаллон подождал, пока Шариф вышел, и задвинул на двери ржавый засов. На скрежет оглянулись все, стоящие у лавки.
- Что происходит, Джаллон?
- На ваш приезд обратили внимание, так что всё в порядке.
- Что дальше?
- Посидим, вина попьём.
- А потом?
- Потом разойдёмся. Вам больше не надо сюда приезжать, лучше присылать кого-нибудь. Вы - фигура, ваш приезд был вызван чрезвычайными обстоятельствами, а дальше мы снова скрываем наши отношения.
- И что же это за обстоятельства?
- Вчерашнее нападение на министра Велеса. Чем не причина для получения новых инструкций?
- Тогда наливайте, Джаллон, или, как говорит Шариф, босс.
Через десять минут к вышедшему на улицу Тусону пристал нищий попрошайка, и долго стоял с протянутой рукой, пока командор рылся во всех карманах в поисках медяка, и, не найдя, в сердцах бросил в протянутую ладонь серебряную монету.
"Ай, да артист! Вышел из меняльной лавки, ничего не наменяв. Лучше подчеркнуть цель своего визита ко мне Тусон не мог. Молодчина, командор", - Джаллон убрал таблички и крикнул в открытую дверь:
- Заходите, господа, продолжим. Я же обещал, что задержу вас недолго.
5.Паджеро снова съездил к обрыву: гранитная отливка моста, висящая между синими линиями поля достигла уже середины, и снизу, с острова, к ней тянулся квадратный палец опоры, пока ещё невысокий, но подрастающий с каждыми опрокинутыми санями с песком или щебнем.
"Похоже, сегодня закончат", - подумал капитан, разыскивая Бальсара.
Маг сидел в шатре, вытянув длинные ноги в стоптанных сапогах и ярко-желтого цвета штанах в сторону казанка с раскалёнными угольями - грелся после долгого осмотра сделанной части моста.
- Вы бы лучше выпили горячего вина, уважаемый маг. Изнутри - греться намного быстрее, да и приятнее.
- А, это вы, неутомимый капитан! Проходите, садитесь. Горячее вино, конечно, здорово, но у нас все запасы за ночь вышли, а нового ещё не подвезли.
- Я распоряжусь, а пока - вот, у меня во фляге кое-что булькает. Не откажите в любезности, отпейте.
- Лихо вы изъясняетесь по придворному, словно говорит со мной не солдат, а тот хлыщ в кружевах и лентах.
- Вы о министре Двора Мороне? Заверяю вас, маг, что он достойный человек, хотя и министр. Могу я вас спросить, где вы достали штаны столь редкой окраски?
- К нам заезжал летом один прощелыга-коробейник. Вот где язык подвешен: "Здравствуйте, вам страшно повезло… Дешевле, чем везде… Остались последние, и только для вас… Последняя раттанарская мода - яркие цвета в самом сочном сочетании…". Ну и всё такое прочее. Уговорил меня, да и не только меня: мы понабирали всякого хлама - складывать некуда. Вот и ношу - к счастью, под мантией не видно. У меня ещё красные есть. А вас сильно раздражает цвет моих штанов?
- Нет, ни в малейшей мере, просто любопытство, и ничего более. Что доложить Его Величеству?
- Скажите, что сегодня закончим, если выдержат лошади.
- Почему лошади?
- Возят-то они, и всё бегом, всё бегом. Им бы отдых дать, часов на шесть. Загоним - жалко.
За разговором не заметили, как опустошили флягу. Перевернув ее горлышком вниз, и убедившись, что она бесповоротно пуста, Бальсар вернул её капитану с горестным вздохом:
- Так вы не забудьте, капитан, пришлите жаждущим строителям чего-нибудь жидкого, но ни в коем случае не сухого. А мы уж тут постараемся.
6.Илорин прошёл в комнату к Велесу.
Министр, бледный, лежал с открытыми глазами, глядя куда-то в пустоту. На вошедшего Илорина он едва посмотрел и снова отвёл глаза.
- Как вы себя чувствуете, министр? Её Величество тревожится за ваше здоровье.
Велес шевельнул губами, пытаясь что-то сказать: не получилось. Тогда он сделал лейтенанту знак склониться ниже и в подставленное им ухо совершенно нормальным шепотом, без срывов и стонов, произнёс:
- Будьте осторожны с баронессой - слишком нездоровое любопытство. Не сболтните лишнего.
Илорин отодвинулся - поглядеть, не бредит ли. Прямо мания какая-то. Везде ему мерещатся заговорщики и мятежники.
Одно мгновение на Илорина смотрели внимательные цепкие глаза Велеса, затем взгляд снова стал пустым и бессмысленным. Двинулся что ли министр после ранения? Надо ему прислать лекаря получше…
Так и не получив ответа на свой вопрос о здоровье, лейтенант попрощался и вышел.
В коридоре ждал лакей, который повёл его к баронессе.
- Ах, лейтенант, я так рада, что вы не отказали в любезности одинокой женщине. Вы настоящий солдат - явились по первому же зову…
- В этом нет моей заслуги, госпожа баронесса - у меня поручение к вам от Её Величества. Вот, возьмите…
- Что это?
- Приглашение во дворец, я думаю.
- Да, действительно, королева зовёт и меня, и мою дочь. Вы не знаете, зачем мы могли понадобиться Её Величеству?
- Я могу только догадываться, но это не значит, что мои догадки верны.
- Не угодно ли вам выпить вина, господин лейтенант?
- Благодарю вас, госпожа баронесса.
- Не будет ли с вашей стороны должностным преступлением, если вы поделитесь со мной своими догадками?
- Я знаю, что свободно место фрейлины в свите Её Величества. Других догадок у меня нет. Если вы соберётесь достаточно быстро, я готов вас сопровождать: на улицах небезопасно.
Некоторое время баронесса помолчала, не зная которому из своих желаний отдать предпочтение: ей хотелось и отказаться, унизив тем бывшую прачку, и очень хотелось попасть во дворец, и, затем, отдав Сулу во фрейлины, бывать там, на правах матери, в любое время. Наконец, приняв решение, она позвала:
- Сула, доченька, где ты?
- Я здесь, мама. Рада видеть вас, господин лейтенант.
- Собирайся, дорогая, мы едем во дворец.
- Я хотела бы остаться дома, если ты не против, мама.
- На этот раз против: от приглашений Её Величества не принято отказываться. Не оскорбляй королеву, душенька. Господин лейтенант любезно согласился нас сопровождать. Иди, собирайся, и не возись - нас ждут. А вы, наш славный герой, пока мы ждём мою дочь, поведайте мне про свои вчерашние подвиги против мятежников и врагов Короны. Да вы не смущайтесь, герой. Рассказывайте, как вы выследили заговорщиков и попытались их задержать. Ещё вина?
- Вы слишком много внимания уделяете трём незадачливым уличным грабителям, госпожа баронесса. Или у вас есть основания считать иначе?
Что ни говори, а умел лейтенант Илорин задавать неудобные вопросы не хуже дамы Лендоры, и баронесса, смешавшись, завела безопасный разговор о погоде, не касаясь больше вчерашних событий.
А Илорин, поддерживая светскую беседу, размышлял, что Велес, похоже, прав. И что во дворце за Лендорой нужен глаз да глаз, чтобы не дать её любопытству узнать слишком много. И что Джаллону следует взять баронессу под наблюдение - вреда от этого не будет. И что Велеса из дома Инувика надо забирать, и чем скорее, тем лучше: дальше оставаться ему тут опасно.