Зеркало любви

– Могу не приходить. – Малена ничего не теряла. Собеседница это поняла и отыграла назад:

– Хорошо. Я буду.

– Жду.

Мария-Элена щелкнула кнопкой телефона, отключаясь, и поглядела в зеркало. Джинсы, водолазка, ветровка сверху, кроссовки на ноги – и что еще надо? Все прекрасно смотрится. Спортивный стиль на то и спортивный.

– Может, подкраситься? – предложила Матильда.

– Не стоит, – махнула рукой Мария-Элена. Чуть-чуть краски было, тушь на ресницах, помада, а что еще надо? Раскрашивать себя в середине дня – тоже дурной тон.

И девушки поспешили к «Макдоналдсу».

Что там у нас в меню? О! Картошка фри и кока-кола. Мегакалорийно, зато вкусно и точно не отравишься.





* * *


Анжелика появилась через десять минут. И выглядела она…

Вот Малена смотрелась в «Макдоналдсе» своей. Мало ли кто там в джинсах бегает? А Анжелика – чужеродным элементом. Мини в стразах, шпильки высотой с Эйфелеву башню, дорогущая сумочка… и вот это великолепие подходит и распоряжается:

– Закажите мне воды. Минеральной, без газа, лучше французской, если у них есть.

Малена посмотрела с искренним удивлением. Вот ведь… дура?

– Здравствуйте, Анжелика.

– Добрый день.

– Я вас слушаю?

Ничего заказывать Малена точно не собиралась. Вот еще не хватало! Анжелика это поняла и сморщила нос с видом королевы в изгнании. Вышло смешно и нелепо. На поле роза – королева, в оранжерее – середнячок. Рядом с той же Юлией или Дианой Анжелика казалась эталоном, рядом с Маленой – нелепой неуклюжей девчонкой. Она-то играла, а герцогесса жила.

– Сколько вы хотите?

– За что? – не поняла Малена.

– Чтобы уехать. – Анжелика села за стол, нервным движением бросила перед собой сумочку, побарабанила по ней ногтями такой длины, что гоголевский Вий в гробу перевернулся от зависти. Куда ему, бедолаге, без маникюра.

– Уехать? – все еще не понимала Малена. Разъяснила Матильда.

«Она тебе бабло, а ты уезжаешь от Давида. Она его утешает и женится. То есть выходит замуж».

«Она дура?»

«А что, есть сомнения?»

Сомнений у Марии-Элены не осталось, и она с интересом поглядела на Анжелику:

– Ну и сколько вы мне готовы предложить?

– Двадцать тысяч. Долларов.

– Всего-то? – разочарованно протянула Матильда. Малена хмыкнула.

«Любовь нынче дешева».

«Это нас с тобой дорого не ценят».

– Вы меня так низко цените? – тут же проверила теорию подруги герцогесса.

– Хорошо. Пятьдесят тысяч. Долларов, конечно.

Малена хмыкнула.

– Что-то еще вы мне предложить хотите?

– И этого мало!


– Целого мира мало, – строчкой из песни ответила Малена. – За любовь – мало.

– Ты надо мной издеваешься?

– Нет. Это вы надо мной издеваетесь. – Малена смотрела на девушку и не могла понять – то ли она такая дура, то ли Малена чего-то не понимает… да что тут происходит?

«Это в порядке вещей. Девочка насмотрелась телесериалов», – шепнула Матильда.

Малена сериалы не смотрела, но смысл и суть поняла.

– Простите, я не продаюсь.

– Ты об этом еще пожалеешь, – прошипела Анжелика в лучших традициях тех же сериалов.

Малена поднялась из-за стола, сунула под поднос пятьсот рублей и мило улыбнулась.

– Рада была пообщаться. Всего хорошего.





* * *


Уже дома она искренне недоумевала.

– Я должна была взять деньги – и что?

– Уехать, – разъяснила Матильда. – И спрятаться в монастыре, к примеру. В мужском.

– Зачем там прятаться?

– Чтобы Давид тебя не нашел…

– Так все равно найдут ведь. Разве нет?

– Разве да. Это не Средние века, сейчас интернет есть даже в колхозе «Гадюкинка». А интернета не будет, так еще что отыщется, спутниковая связь, к примеру. Спрятаться сейчас можно, но не с нашими силами.

– А с чьими?

– Спецслужб, к примеру. Но это не наш вариант. Второй выход – это большие деньги. Очень большие деньги.

Малена фыркнула.

– Где логика? Мне платят деньги, чтобы я уехала на них от Давида и вновь осталась на бобах?

– Хм-м… а как же феминизм, яростный и неукрощенный? В неволе жить не буду, свобода на кону? Твердят «есть жизнь повсюду». Нет жизни в плену![22]

– При чем тут одно к другому?

– Ну… – Матильда и сама понимала плоховато, но попробовала объяснить. – У нас сейчас сложная эпоха. Полноценными считаются два типа отношений. Первый – это купи-продай. С меня секс, с тебя деньги.

– Это фу.

– Это свободный выбор каждого. Продаваться, не продаваться. Сама понимаешь, продажной тварью жить никому не хочется, вот и возвели это чуть ли не в добродетель. Продался удачно – честь тебе и хвала.

– Все равно фу.

– Вариант второй – вот как у нас с Ридом. Мы увидели друг друга, и тут же уши у нас похолодели, сердца загорелись, носы зачесались…

– Тильда, ладно тебе иронизировать!

– Короче – лямуррр в худшем варианте, когда крышу сносит до фундамента.

– А все остальное?

– А это для бездушных и черствых особ. Объявляется недостойным и приговаривается к всеобщему обфыркиванию. Вроде как неполноценные отношения.

– А что любовь может возникнуть в браке? Что брак может быть договорным? Что…

– Малечка, да вариантов масса, кто б спорил! Но у нас сейчас почему-то пошел перекос. А еще популярны романы, где он ее любит, она его не любит, и он за ней всю дорогу бегает.

– И что?