Вражья дочь

– Счастливого пути.

– Бывай, купец. Даст Бог, свидимся, да и на Москве еще погуляем. Влас! – крикнул князь расстроенному ратнику. – Уходим!

– Эх, Дмитрий Владимирович, не дал ты мне поквитаться с хорунжим.

– Не ты один хочешь прибить его.

– А кто еще?

– Есть такие доброжелатели. Много бед он людям принес.





Глава 7




Когда Коваль, князь и ратник уехали, Дравес выждал некоторое время, потом накинул на себя шубу и вышел за ворота. На улице он огляделся и подошел к карете, стоявшей поодаль. Из-за нее выбрался человек, приглядывавший за подворьем купца.

– Слушаю тебя, Стефан, – сказал он.

– Все прошло как надо.

– Хорошо. Это тебе. – Он сунул мешочек с деньгами, сел в карету. – Бывай, Стефан.

– Извини, пан, могу я узнать, когда вы выпустите нас из Замка?

– Ты и сам знаешь, кому надо задавать этот вопрос. Вот этого человека ты и спроси. Все, поехал я. Замерз тут, в этом проулке.

Возница развернул лошадь и направил ее к строящемуся костелу.

Дравес оценил вес мешочка, тяжело вздохнул и направился к себе.

Карета миновала Великий Посад, въехала в Верхний Замок. У воеводского дворца возница остановил лошадь. Человек покинул карету и прошел в здание.

В жарко натопленной комнате его ждал ротмистр Голубицкий.

Он кивнул на стул и заявил:

– Садись, говори.

Помощник Голубицкого хорунжий Герек Качек рассказал обо всем, что видел у подворья купца Дравеса, упомянул, конечно же, и о сообщении, переданном ему купцом.

Голубицкий чуть подумал и произнес:

– Значит ли это, что русские клюнули на приманку?

– Должны. Слишком уж она хитрая.

Ротмистр усмехнулся и добавил:

– Да, в виде очаровательной, еще совсем молодой, но уже весьма расчетливой панночки. Это лиса еще та.

– Но и Тадеуш сделал все правильно, как и было надо.

– Не только Тадеуш. Ладно. Больше за домом Дравеса не смотри, займись ратниками.

– Слушаюсь!

Как только Герек вышел из комнаты, в ней появился хорунжий Витейский.

Ротмистр глянул на него и спросил:

– Слышал наш разговор?

– Да.

– Твое мнение?

– Русские обязательно сами придут ко мне во двор. Их воевода уже наверняка проверил правильность чертежа и убедился в том, что с Посада хода к складам нет. Значит, все они начинаются в Замке. Один мы ему показали через Анну. Они появятся, ротмистр. Русские народ упертый, что задумали, то сделают. Вот только и мы не простаки.


– Что по починку?

– Наблюдатели, которых я стал вновь выставлять в лесу, докладывают, что вся дружина там, на хуторе. Русские ратники ждут команды своего воеводы, а тот пока спрятался у купца Коваля.

– За подворьем этого Коваля тоже смотрят?

– Да. Сосед его.

– Ну что ж. Вроде все идет по нашему плану.

– Да, так и есть. А что слышно от Радзивилла?

– От гетмана пока известий нет, но и рано еще. Гонец только сегодня должен приехать к нему.

– Гонец передаст гетману, где именно ему следует прорывать осаду русских?

Голубицкий посмотрел на Витейского и осведомился:

– Ты, хорунжий, давно получил право допрашивать старшего по чину?

– Извини, Егор, но от этого зависит, когда нам надо будет подводить роты к тому месту.

– Это решится без тебя. Твоя забота, Тадеуш, это особая царская дружина. Захватишь ее, считай, спасешь свою шкуру. И смотри, до развязки всей кампании вина не пей! Потом наверстаешь.

– Мог бы и не напоминать.

– Я тебя не задерживаю!

Витейский вышел из комнаты.

Ротмистр остался один, развернул карту крепости и стал изучать ее так внимательно, будто видел впервые. Это объяснялось тем, что воевода Довойна, с согласия военного совета, поручил ему руководство обороной города.



Савельева и Бессонова-младшего на въезде в лес остановил дозор.

– Это ты, князь, – проговорил Кузьма Новик.

– Кого ты еще ожидал увидеть?

– Да есть и другие люди, знающие о дороге, ведущей в наш стан.

Дмитрий встревожился и спросил:

– Кто еще?

– Ты езжай в свой шалаш, там и узнаешь, а мое дело – смотреть за тропой.

В лагере Савельев передал поводья своего коня Бессонову-младшему и прошел по снегу к большому шалашу. Оказавшись в нем, он тут же застыл в полном изумлении. Возле небольшой ямы, вырытой в середине шалаша, в которой тлели угли, на мешке, набитом чем-то мягким, сидел князь Крылов.

– Юрий Петрович?

Нежданный гость улыбнулся и спросил:

– Что, Дмитрий Владимирович, не ожидал?

– Да как можно ожидать-то, коли ты в свите Государевой должен быть!

– Так и было, покуда Иван Васильевич не отправил меня к тебе. Да ты раздевайся, садись рядом, будь как дома. Кстати, дыма от костра в шалаше снаружи не видно?

– Нет. Да и запаха я тоже не почуял, потому как ветер сейчас западный.

– Ну и хорошо.

Савельев скинул тулуп, сел на другой такой же мешок и сказал:

– Холодно на улице. Морозец ничуть не слабее нашего, московского.

– Вот и славно. Речка Полота уже покрылась льдом. Еще дней пять таких морозов, встанет и Двина, а это самое выгодное направление главного удара.

– Ты откуда приехал-то, Юрий Петрович? Где сейчас наше войско?

– Головные заставы пока встали на Соляном ручье.

– Так это же в пяти верстах от Полоцка! Совсем близко.