Возраст сомнений

В тот день, когда Ланнек приехал в Вигату, «Ванессы» в порту еще не было.

Может быть, Ланнек встречался с кем-то с «Бубнового туза»? И с помощью бинокля, поскольку телефоны могут прослушиваться, получил указания о времени и месте встречи?

Едва дождавшись половины седьмого, он нашел в телефонном справочнике номер отеля «Беллависта» и позвонил.

– Это синьор Шиме?

– Да. Кто спрашивает?

– Монтальбано.

– Доброе утро, комиссар, чем могу быть полезен?

– Простите за беспокойство, в прошлый раз я забыл кое о чем вас спросить.

– Спрашивайте!

– Ланнек, заселяясь, ни о чем вас не просил?

Портье замешкался.

– Вы не помните или…

– Знаете, трудно сказать… о, вспомнил! Он попросил номер с видом на море.

– Именно так и попросил?

– Дайте-ка подумать… Он попросил номер с видом на порт.

Бинго!



Подытожим. Нам известно, что Ланнек, приехав в Вигату, поселился в отеле «Беллависта» и попросил номер с видом на порт. У Ланнека с собой мощный бинокль. На «Бубновом тузе», зная время прибытия француза, выставляют наблюдателя с биноклем или чем там еще.

Как только Ланнек появляется на балконе, «Бубновый туз» выходит на связь.

Как? С таким биноклем француз мог прочитать инструкции, написанные на доске, прямо на палубе!

Они назначают ему встречу у ресторана «Золотая рыбка». Ланнек кружит на такси, чтобы запутать следы, и приезжает к назначенному месту. Откуда уходит, свернув направо.

Восстанавливая события, комиссар был уверен, что за углом Ланнека ждала машина, которая и отвезла его к катеру.

Почему на машине, а не пешком, там всего два шага?

Вероятно, потому, что пешком придется пройти мимо охраны на северном входе. В машине труднее заметить человека, особенно если он наклонился, спит или читает газету…

Француз поднимается на борт. Они говорят о делах и, скорее всего, не могут договориться. Тогда его решают убрать.

А может, судьба Ланнека была решена уже до того, как он сюда приехал, и это путешествие – лишь способ передать его в руки палача. Пригласили на обед и отравили.

Но почему они использовали крысиный яд?

Стрелять, конечно, было глупо. Выстрел мог привлечь внимание рыбаков или гуляющих по набережной.

Не лучше ли было зарезать?

Нет, нож оставил бы повсюду пятна крови, и эти пятна, даже тщательно замытые, в случае расследования непременно найдут.

Задушить? Великан, которого Монтальбано видел на борту «Бубнового туза», мог бы сделать это одной левой.

Что-то странное было в этой истории с ядом. Нужно над этим подумать.

В любом случае, как только он умер, его раздели догола, разбили ему лицо и где-то держали труп. То утро, когда разыгрался шторм, представилось удачным моментом, чтобы от трупа избавиться.

Завели мотор, сделали круг в районе порта, по ходу дела надули новехонькую лодку, положили в нее тело и, подъехав к маяку у восточного мола, спустили на воду, уверенные, что течением лодку вынесет в открытое море.

Однако «Ванесса», шедшая в порт, встретила лодку с трупом на своем пути.



Монтальбано был доволен реконструкцией событий.

А главное – обрадовался, что целый час смог не думать о Лауре, о Лауре, которая улыбалась лежащему подле нее Мими…






Десять




Монтальбано решил поехать в полицейское управление Монтелузы, не заходя в комиссариат.

К счастью, кабинет, куда он направлялся, был далеко от «господ начальников», вряд ли он столкнется с этим чертовым Латексом.

Но рано или поздно они встретятся, и ему придется во всем признаться. Монтальбано пообещал Ливии, что расскажет правду про жену и детей, то есть расскажет, что он холост, у него есть подруга, но детей, к несчастью, нет. Вообще-то он уже говорил об этом по крайней мере пять раз, и каждый раз выяснялось, что Латтес его не услышал. При каждой следующей встрече тот спрашивал, как семья и дети. Убедить Латтеса в том, что он бездетен и холост, совершенно невозможно.

В голове у комиссара созрело решение: нужно заявиться к Латтесу небритым, в трауре, и, безутешно рыдая, сказать, что жена и дети разбились в автокатастрофе. Это, пожалуй, вариант.

А Ливия? Если она узнает, то как минимум обвинит его в убийстве целого семейства! Нет, надо поискать другое решение.

С такими мыслями он приехал в полицейское управление, поднялся на второй этаж, заглянул к секретарю.

– Скажите, синьор Джеремикка у себя?

– Да, в кабинете. Проходите.

Аттилио Джеремикка, сухопарый человек лет пятидесяти, курильщик таких вонючих сигарет, что Монтальбано не сомневался – табак в них специально смешивают с куриным дерьмом, – разглядывал в стоявший на столе большой микроскоп купюру в пятьдесят евро. Джеремикка поднял голову и, увидев Монтальбано, вышел ему навстречу с распростертыми объятиями.

Они обнялись как старые друзья.

Немного поболтали, и наконец Джеремикка спросил, нужна ли помощь. Монтальбано протянул ему паспорт Ланнека и кратко изложил обстоятельства.

– Что от меня требуется?

– Выяснить, не фальшивый ли документ.

Джеремикка рассматривал паспорт, закурив свою очередную вонючую сигарету.

Монтальбано старался не дышать, но тут требовалась тренировка подводника, поэтому он сделал вид, что чихнул, поднес платок к носу и больше уже не отнимал.

– Трудно сразу дать ответ, – наконец сказал Джеремикка. – Если это подделка, то однозначно работал мастер. Видишь, сколько границ пересек его владелец, не вызвав подозрений?

– Значит, ты думаешь, он не фальшивый?

– Я этого не говорил. Фальшивый паспорт – не редкость. Многие годами ездят с поддельными документами. А этот Ланнек…

– Кстати об имени: я хотел тебе кое-что сказать…

– Говори!

– Персонаж по имени Эмиль Ланнек, уроженец города Руана, есть в романе Сименона. Как видишь, то же имя и место рождения. Вдруг пригодится?

– Не знаю. Слушай, могу я оставить его у себя?

– Ненадолго. Недели хватит?

– Да.

– Что ты собираешься делать?

– Хочу посоветоваться с французским коллегой, большим специалистом в таких делах.

– Отправишь его во Францию?

– Нет необходимости.

– Но как твой коллега поймет, бумага там, штемпели…

– Паспорт – это не банкнота, Сальво! – Джеремикка улыбнулся. – Как правило, мошенники используют украденные документы или чистые бланки, незаконно похищенные в соответствующих организациях. Вот почему я сказал, что это, на мой взгляд, работа настоящего профессионала. А если моему французскому коллеге понадобится информация, мы воспользуемся интернетом. Не беспокойся, недели мне хватит.



Вернувшись в комиссариат, Монтальбано первым делом пригласил к себе Фацио.

– Карабинеры вернули нам Шайкри?