Воображаемый друг

* * *


сЛавнЫй чЕловек улыбнулся, когда на поляне разгорелась бойня не на жизнь, а на смерть за домик на дереве. оН увидел, как пуля попала майку в плечо. оН увидел, как майк упал. а миссис хендерсон подоспела с иголкой и ниткой. оН шепнул мэтту, что его брата еще можно спасти. оН видел, как мэтт спустил потайную веревочную лестницу и начал спускаться в туман. оН видел, какое у мэтта было лицо, когда тот увидел брата, который превратился в почтаря и теперь бежал к нему с иголкой и ниткой. Минутой позже он уже смотрел, как тормоз эд прислушивается к отдаленному крику.

эдди.

– Мэтт? Это ты?

я. спускай лестницу.

– Назови пароль.

шоколадное молоко.

оН смотрел, как тормоз эд спускает лестницу. как натягиваются веревки. как из темноты появляются руки. какое у тормоза эда было лицо, когда тот увидел, что это вовсе не мэтт.

а брэйди коллинз.

сЛавнЫй чЕловек улыбался, видя как две собаки зарычали по невидимому свистку, способному заставить их гоняться друг за дружкой по лесу. как в ход пошло оружие. это просто двое маленьких мальчиков играли в войнушку. как легко заставить людей убивать друг друга из-за территории, над которой, на самом-то деле, властно только время. как легко заставить их всех думать, что они – хорошие парни.

между тем домик на дереве опустел и остался без охраны. чего оН и добивался. оН не мог прийти на землю. посколькУ шептунья еще жива. но портал уже открыТ.

теперь еМу нужен был только кристофер.

и ключ, лежащий у того в кармане.

просто сперва еМу требовалось разобраться с некоторыми другими людьми.





Глава 109




– Господь наш Иисус Христос, помоги мне.

Стоя на коленях, Мэри Кэтрин смотрела вверх, на единственное окошко ее обитой войлоком палаты. Белая ночная сорочка не закрывала озябшие ноги. Мэри Кэтрин находилась в больнице.

Нет, ты в психушке.

Она стряхнула с себя этот голос, который липнул к ней, как вирус, с той минуты, когда врачи с родительского согласия поместили ее в психиатрическое отделение. Ей дали снотворное, и проснулась она уже в этой войлочной палате. Три на три метра. С одним окошком. И белыми стенами. Ее мучил голод.

Это потому, что ты беременна. Родители тебе не поверили.

Они же и упекли тебя сюда, Мэри Кэтрин.

Мэри Кэтрин звала хоть кого-нибудь, кто мог бы ее накормить и напоить. Младенец у нее во чреве слабел от голода. Толкался в стенки живота. Но на ее зов никто не откликнулся. Ни медсестра. Ни врач. Ни родители. Она была одна.

– Господь наш Иисус Христос, умоляю, помоги мне.

Мэри Кэтрин смотрела на голубую луну, которая светила в окно. Потом встала и, поднявшись на цыпочки, окинула глазами город. На горизонте полыхали пожары. Горели здания.

Происходило что-то страшное.

Да, родители сдали тебя в приют, и ты отсюда уже не выйдешь.

При помощи ровного дыхания Мэри Кэтрин пыталась погасить панику. Напомнила себе, что слово «приют» означает кое-что еще. Оно обозначает безопасное место. Если взять Деву Марию – та две тысячи лет назад жила в хлеву, правда ведь? А здесь условия намного лучше. За одно это надо быть благодарной, правда же? Иисус ей помог, правда же? Он ее любит, правда же? Успокойся, Мэри Кэтрин. Успокойся. Ты в безопасном месте.

Ты сама-то чувствуешь, что здесь безопасно?

Мэри Кэтрин услышала шаги по коридору.

– Эй, кто тут есть? – спросила она.

И стала ждать ответа. Ответа не было. А шаги стучали все ближе.

– Эй! Кто там? – вскричала она.

Человек остановился прямо за войлочной дверью. Мэри Кэтрин смотрела на дверную ручку. Вот, поворачивается. Наверное, это доктор. Или сестра со шприцем. Ей с трудом удалось сдержать крик. Дверь отворилась.


На пороге стояла ее мать.

Мэри Кэтрин заплакала. Бросилась к матери, обняла. В уме приготовила безупречную фразу.

– Мне нужно поесть, мама. Ребенок голодает. Но я клянусь: у меня никогда не было секса. Не знаю, как я забеременела. Спасибо, что ты за мной пришла. Спасибо за помощь. Спасибо, что ты меня спасаешь. Спасибо, что все еще меня любишь.

Но из-за рыданий и хлюпанья носом это прозвучало совершенно нечленораздельно. Очевидно, для матери это был просто поток безумия, потому что она держала Мэри Кэтрин, как холодную сторону подушки.

– Нам пора, Мэри Кэтрин, – грустно сказала она.

Отдышавшись, Мэри Кэтрин в конце концов заговорила более отчетливо.

– Куда, мама? – спросила она.

– В церковь. Пора.





Глава 110




Джерри выступил вперед, на свет. В одной руке бутылка. В другой пистолет.

– Ты почему от меня сбежала? – спросил он.

Кейт попятилась. Джерри влил в себя оставшийся виски и осторожно поставил бутылку на письменный стол.

– Не пугайся, – сказал Джерри. – Я завязал. Прости, что так получилось. А где, кстати, Кристофер? Хочу покидать с ним мячик.

У нее заметались мысли. Ей нужно было уходить. Спешить в больницу к сыну. Джерри вытащил четыре пачки банкнот, стянутые, каждая по отдельности, белым бандерольным кольцом.

– Вижу, ты мне не веришь, но обещаю… Я больше не лузер. Могу позаботиться о вас обоих. Я сорвал куш – сорок одну штуку баксов. И почти ничего не промотал. Вот, только ствол себе прикупил.

Тук. Тук. Тук.

Динь-динь.

– Кейт, ты дома?! – прокричали с крыльца.

Пришла мать Тормоза Эда.

– Бетти! Я здесь! – крикнула она в ответ.

Джерри подошел на шаг ближе.

– Не открывай, Кейт, – забормотал он. – Не убегай от меня. Прости. Я себя не помнил. Торчу здесь не один час. Приехал с кучей задумок в голове. Воздушные шары привели меня в школу. В директорском кабинете полный бардак, но я все же откопал твой адрес.

Тук. Тук. Тук.

Динь-динь.

– Открой! В городе творится какая-то жуть! – выкрикнула Бетти.

Джерри вытянул вперед руки с пачками денег.

– Умоляю, Кейт. С этого дня ты меня не узнаешь. У тебя классный сын. Я заменю ему отца. И многому смогу его научить. И даже если не будет слушаться, я не стану поступать с ним так, как поступал мой отец.

Джерри поспорил на сто баксов. Но у нее был один козырь. Той женщины, которую Джерри знал в Мичигане, больше не существовало.

Смирись или борись.

Она сунула руки в карманы. Где перцовый баллончик? Да он же в сумке. А сумка где? В машине. Зато ключи тут. Ключи от машины.

Брелок. С тревожной кнопкой.

Джерри сделал еще один шаг. Прямо в кармане Кейт нажала тревожную кнопку. Взвыла сигнализация. Джерри обернулся, чтобы посмотреть в окно. Проскочив мимо него, Кейт рванула на себя входную дверь.

Но цепочку заело.

Это западня! Через щель шириной с ладонь Кейт видела мать Тормоза Эда. У нее за спиной стояли другие. Отец Тормоза Эда. Матери Майка и Мэтта.