Волки на воле и взаперти

— И что делаем? — спросил Осипенко. — В этой ситуации выход у нас один — уничтожить взвод преследователей.

— Правильно понял. Как встанем, Ткача с гранатометом и Коваленко с «Мухой» ко мне. Остальных собери в группу — и за нами. Тодоевой остаться с генералами. Окончательное решение — при выходе на плато.

— Понял. А успеем?

— Должны успеть.

— «Духи» знают о нас?

— Больше того — они имеют приказ на наше уничтожение. И знают, по какой дороге мы идем.

— А они по какой?

— Смотри карту. Слева есть дорога, видишь?

— Да. Черт, она и сократила расстояние. От тюрьмы ни хрена бы догнали.

— Передай бойцам: всем — к бою!

— Передаю.

Роза взглянула на мужа:

— Я пойду с вами!

— Нет, Тодоева, вы будете охранять генералов и полковника. И никаких возражений.

— Но вас будет в три раза меньше боевиков.

— По-твоему, я разучился считать? Выполнять приказ!

— Да, командир.

— Другое дело. И поддерживай связь с Барговским. Возможно, выйдет на связь Гасид. Информацию по обычной станции — мне. Это понятно, госпожа Тодоева?

— Понятно, господин Власов.

Генерал-лейтенант Вельяминов со второго сиденья спросил:

— Что случилось?

— Ничего. Вам — находиться на месте. И ни при каких обстоятельствах не покидать внедорожник. С вами будет женщина. И прошу: больше никаких вопросов, товарищ генерал.

— Похоже, нас ждет засада.

Власов промолчал. Он сменил магазин в «АКС-74», передернул затворную раму, загнав патрон в патронник, поправил кобуру. Сейчас он думал только о предстоящей схватке с трехкратно превышающим их по численности противником, имеющим к тому же крупнокалиберные пулеметы.





Глава десятая




Подбежав к кустам, обрамлявшим границы плато, Максим увидел выезжающие с западной дороги пикапы. Окна кабины открыты, оттуда торчат автоматы, стволы штурмовых винтовок, в кузове, у крупнокалиберного пулемета, закрепленного на турели, — стрелок, рядом на корточках — помощник пулеметчика — подносчик патронов.

Власов упал в траву, рядом бухнулся мешок с выстрелами и Ткачев с «РПГ-7».

— Заряжай! — крикнул Власов.

Ткачев за пятнадцать секунд зарядил гранатомет, снял с предохранителя, доложил:

— Готов.

— Первый выстрел по правой машине, тут же перезаряжание и второй выстрел по левой. Огонь!

Ткачев прицелился и нажал на спусковой крючок. Кумулятивный выстрел попал прямо в кабину правого пикапа. Взрывом ее разнесло, выбросило из кузова пулеметчика вместе с помощником.

Вторым выстрелом Дмитрий подорвал левый пикап. Из кустов рядом раздались автоматные очереди: это Осипенко с бойцами расстреливал оставшихся боевиков.

Третий пикап, вышедший было на плато, резко остановился и, когда по команде Власова Ткачев произвел третий выстрел, рывком сдал назад — заряд прошел над кабиной. Пикап скрылся из поля зрения.


Власов крикнул:

— Осип, Волк, Коваль! На плато, укрыться за горящими машинами. Выйдет третий пикап, уничтожить выстрелом «Мухи», добить боевиков. Я выведу машины.

— Не рано ли? — спросил Осипенко, — подождал бы, Макс, пока не разделаемся с «духами», а то врежут из «браунинга» по внедорожнику и нашпигуют наших генералов свинцом.

— «Духи» ошарашены, им только что удалось уйти от верной смерти. Офицер наверняка находился в головной машине. Чтобы «духам» прийти в себя, потребуется время, и далеко не факт, что они сунутся на плато, а не рванут обратно.

— Не рванут, Макс, за это их расстреляют. Мы уничтожили два отделения, но остается третье, с пикапом и пулеметом. Боевики должны продолжить бой. Их столько же, сколько и нас.

— Но только один выход на плато. Не спорить, Осип, уводи людей!

— Есть, командир.

Группа вышла на плато, рассредоточилась среди горящих пикапов. Ветра не было, поэтому дым поднимался вертикально вверх, не создавая проблем обороняющимся.

Власов подозвал Голубева:

— Давай, Миша, к технике. Подводи внедорожник. Сразу с этого плато уходи в ущелье, оттуда на плато Черного леса. Там должен быть вертолет.

— А если экипаж увел его?

— Черт! Они не могли улететь.

— Не факт.

Власов выдернул радиостанцию:

— Стриж! Влас!

Командир экипажа ответил:

— На связи!

— Вы на плато?

— Да, южная часть у подковообразного перевала.

— К вам пойдет внедорожник, примите на борт генералов, турецкого полковника и одного бойца группы, позже подойдем мы, остальные. «Вертушку» держать в готовности к немедленному вылету.

— Принял, ждем!

— У вас там все спокойно?

— Уже да, а вот у вас, по ходу, напряги, вижу два столба черного дыма.

— Это горят два пикапа. Третий сумел уйти вниз. Готовим встречу.

— Уверен, что выйдет?

— Да!

— Ну тогда удачи, раз два сожгли, то и с третьим справитесь. Только, ребята, поторопитесь. Мы сможем без проблем пройти в Иран только до 17.00.

— Я тебя понял. Ожидай!

Власов отключил станцию.

И тут с подъема на плато вылетел пикап. Пройдя метров десять, резко встал. Пулеметчик открыл огонь.

Власов успел схватить Голубева за руку, дернул его на землю и сам упал в кусты. Крупнокалиберные пули подняли фонтаны грунта у горящих машин, ударили по валунам, сбили верхушки кустов, за которыми находились бойцы группы.

— Выскочил, — проговорил Власов, — но почему пехоты не видно? В отделении семь человек.

К пикапу метнулся дымовой шлейф. Раздался взрыв. Это Коваленко подорвал машину «Мухой». Дым накрыл внедорожник, кабина начала разгораться. Прогремел еще один взрыв — это рванул топливный бак.

— Так, технику уничтожили, где пехота? — Власов оставил подчиненных, заметил Голубева.

— Ты еще здесь? Бегом к машинам! Уводи внедорожник! Розе — подогнать сюда грузовик. Вперед!

Голубев побежал по дороге.

Командир вызвал по связи Осипенко: