Верь мне
Часть 8 из 74 Информация о книге
Эй, а я ведь могу сделать то же самое! Ох, подожди-ка. Вся проблема в том, что в настоящее время я играю поющую в хоре мышь в бродвейском мюзикле. Она изображает пьяный мышиный танец. Актриса 2 Мышка-мышь, мышка-мышь, добро пожаловать в мой Мышиный дом… С другого конца помещения на меня глядит бармен. Взглядом, который задерживается чуть дольше, чем нужно. Последний раз я замечала такой взгляд, когда Рик, этот подонок-адвокат, предложил мне сесть за его стол. Однако этот бармен – парень моего возраста, татуированный, крутой и худой. Несмотря на пронизывающий холодный ветер, который врывается внутрь, всякий раз когда открывается входная дверь, на нем только футболка, а кухонное полотенце, заткнутое за пояс джинсов, обвивается вокруг его задницы каждый раз, когда он поворачивается к ряду бутылок за стойкой. И вдруг я оказываюсь там же. В баре. Симпатичный бармен Эй! Он австралиец. Я люблю австралийцев. Я Привет! По какой-то неведомой причине я говорю это с вирджинским акцентом, тем, который я использовала раньше с Риком. Симпатичный бармен Что тебе принести? Я (перекрикивая шум) С удовольствием выпью мартини. Симпатичный бармен Сейчас будет. Он до краев наполняет стакан «Джеком Дэниелсом» и со стуком ставит его на стойку. Я Я же попросила мартини. Симпатичный бармен В этом баре мы делаем мартини так. Он ухмыляется, словно давая мне возможность пожаловаться. Милая улыбка. Я беру стакан и осушаю его. Я В таком случае, дай мне Пина коладу. Симпатичный бармен Пина колада… Он наливает в стакан порцию виски «Джек Дэниелс», добавляет еще порцию того же виски и заканчивает третьей мерой того же напитка. Я опрокидываю все одним долгим глотком. Люди, столпившиеся вокруг бара, громко кричат и аплодируют. Аплодисменты – звук, уже давно мною не слышанный. По крайней мере, адресованные мне. Я Лучше приготовь мне ледяной чай «Лонг-Айленд», раз уж на то пошло… …который действительно должен стать финалом того фильма, который всегда крутится в моей голове. Однако все происходит вовсе не так. Это монтажный прыжок, или последовательный монтаж, или еще какое-то техническое ухищрение, потому что потом все становится беспорядочным и сумбурным, пока я внезапно не оказываюсь в чужой квартире на чьем-то стонущем теле. Я Да, да, боже, да… Случайный человек Да… Ах да. Произошла смена актеров. Симпатичный бармен, которого звали Брайан, вышел только в три. Вместо этого я переспала с приятелем одной из подруг Джесс. К этому моменту я была слишком пьяна и слишком вдохновлена аплодисментами, чтобы довольствоваться собственной кроватью. Хотя, если честно, дело было не только в алкоголе. Или в благодарной публике. Ощущение теплого тела и кого-то, кого можно обнять… Это то, чего я жажду после заданий Генри. Ведь если женщина не может доверять мужчине, который сказал, что будет любить ее вечно, то кому тогда в этом мире вообще можно доверять? Понимание того, что именно я – мои навыки, реплики, мое выступление – помогли разрушить семью, всегда оставляет у меня странное ощущение. Я не горжусь тем, что делаю для Генри. Впрочем, иногда я горжусь тем, насколько хорошо я это делаю. 5 На следующее утро я возвращаюсь на метро к Джесс, все еще в ее куртке, причем на понимающие взгляды пассажиров внимания не обращаю. Одно из упражнений, которое Пол заставляет нас делать, – выходить на улицы Нью-Йорка и говорить с совершенно незнакомыми людьми. После того, как проделываешь это несколько раз, становишься в хорошем смысле «толстокожей».