Тот самый парень

Я смущена как минимум, но эй, она же типа этого и просила?!

Я встаю с колен Филиппа, и мы оба выходим из машины.

Я замечаю, что он словно глаз отвести от меня не может. В действительности он смотрит на меня так пристально, что я краснею.

Слава богу, подъезжают Даймонды в автофургоне. Миссис Мак становится сержантом-инструктором по строевой подготовке. Она понимает, что-то произошло, и хочет всех быстро отсюда выгнать. Они все загружают и уезжают.

Мы с Филиппом остаемся одни.

Наконец-то!

Я сижу на кухонной стойке, а он стоит между моих ног, обнимая меня.

– Ну, – по-деловому говорит Филипп, – что нам нужно подготовить для вечеринки?

Да вы издеваетесь?!

Я знаю, что Филипп практичен и ему всегда нужно все закончить и привести в порядок.

Но… разве он не этого хотел?

Ладно. Хорошо. Наверное, мне просто придется убедить его не быть таким педантом.

Поэтому я начинаю его целовать, но все идет не по плану, потому что хотя он и целует меня в ответ, между поцелуями он задает вопросы:

– Ты ходила в продуктовый?

Поцелуй.

– Нет.

– Ты купила пиво?

Долгий поцелуй.

– Нет.

– Ты составила список?

Более долгий поцелуй.

– Нет.

– Ты вообще что-нибудь сделала?

– Пока еще нет.

Потом я спрыгиваю со стойки, отвожу этого парня в его комнату и запираю дверь.

Пришло время сделать то, чем, по мнению всех остальных, мы уже занимались.





Глава 32

Джей-Джей Рейнольдс

Все еще пятница. 1 сентября




Несколько часов спустя он вспоминает о вечеринке.

– Знаешь, нам правда нужно выбраться из постели. Нужно кучу всего сделать.

– Вообще-то нам ничего не нужно делать. Твоя мама все приготовила. Мне кажется, она надеялась, что именно так мы и будем проводить время. Она действительно предложила соблазнить тебя. Возможно, это один из пунктов списка.

– Не могу поверить, что она так сказала. – Он наклоняет голову. – Знаешь, если подумать, у меня был подозрительно похожий разговор сегодня с Эшли. Но она была не так прямолинейна. Он сказала, что мне нужно поднять зад и что-то сделать. Наверное, они работали в тандеме.

– Так ты собирался? – спрашиваю я. Потому что мне правда нужно это знать.


– Собирался что?

– Делать что-то.

– Кажется, что уже сделал, – он смеется и проводит пальцем по моему подбородку.

Я улыбаюсь, вспоминая все, что он сделал, но я не это имела в виду.

– Я хочу сказать, если бы я не набросилась на тебя, что бы ты сделал?

– Ну, хоть ты и упрямая, я скорее всего перекинул бы тебя через плечо и отнес сюда, а ты бы брыкалась и протестовала.

Я сердито смотрю на него.

– Но потом, – говорит он и целует мое плечо, – я бы сделал что-нибудь подобное. И что-нибудь такое, – он целует мою шею. – И такое, – целует ухо. – И что-то такое…

Ладно. Я уже представила.

И мне так нравится то, что я вижу.





Еще несколько часов спустя мы оба почувствовали, что проголодались.

По-настоящему проголодались.

Уже почти десять часов, а мы так и не поужинали. Я бегу вниз, чтобы опустошить холодильник, и приношу поднос с сыром, хрустящий хлеб и бутылку красного вина.

– Разве это не для вечеринки?

– Там столько еды, что никто не заметит пропажи.

– Возможно, но я скучал, когда ты ушла, принцесса. Ты слишком долго находилась внизу.

– На это ушло всего две минуты. – Я качаю головой и закатываю глаза, потом ставлю поднос на прикроватную тумбочку.

– Две минуты – это слишком долго, – отвечает он, хватает меня, кидает на кровать и целует.

– Филипп, – говорю я, отрывая свои губы от его, – тебе понадобилось двадцать два года, чтобы затащить меня в постель. Две минуты не должны казаться тебе вечностью.

– Двадцать два года? Не льсти себе. От силы лет восемь. – Он хитро улыбается мне. – Но скажу одно: теперь, когда ты наконец здесь, я больше не потрачу ни секунды.

ДА!!

Мы кормим друг друга сыром, хлебом и пьем вино.

К несчастью, хлеб с корочкой был не лучшим вариантом, потому что теперь повсюду крошки, а мне казалось, что я была аккуратной и старалась не сорить. Учитывая, что его мама такой эксперт по соблазнению, удивляюсь, как это она упустила такую важную деталь. Рукой я смахиваю крошки на тарелку.

– Напомни мне поблагодарить маму за еду и за ваш разговор, каким бы он ни был.

– Филипп, я уже приняла решение до того, как приехала сюда, – я игриво улыбаюсь, – но я следую ее совету расслабиться и наслаждаться тобой.

Он смеется:

– Тебе это удалось?

– Сполна! – Я целую его в шею и шепчу в ухо: – И, кажется, я бы не прочь еще раз насладиться тобой. Прямо сейчас.





Я лежу, пристроившись рядом с Филиппом. Он спит, и его дыхание щекочет мою шею. Знаю, что мне тоже нужно поспать, но не могу.

Мой мозг решил включиться теперь, когда тело так устало.

Я не могу перестать думать о том, как я счастлива. Мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что все это происходит наяву. Я чувствую себя самой везучей девчонкой в мире. Какая-то часть меня хочет пнуть себя за то, что не сделала этого раньше, но нет. Я слишком счастлива. Я чувствую… ну, трудно описать, но я попробую.

Знаете, иногда вы идете за покупками и находите отличное платье. Вы примеряете его, оно вам подходит, да и смотрится отлично в магазине. Поэтому вы покупаете его и несете домой.

Но потом, когда вы надеваете его, готовясь куда-то пойти, вам кажется, что это не совсем то…