Срединная Англия

— Хочешь еще, да? Хочешь еще и еще.

— О боже, — выдавил из себя Бенджамин. — О боже!

— Нравится?

— Бля! Бля!

— Хорошо-о, а?

— Нет! Стой!

— Никаких «стой», пока не доделаю, парняга.

— Нет, стой! Свело! Жутко свело! У меня адская боль!

Боль у него в голенях сравнялась с полным отсутствием любых ощущений во всем остальном теле. Бенджамин схватился за дверцу, открыл ее рывком, они оба вывалились из шкафа и приземлились на ковер в бесцеремонной путанице рук и ног. Бенджамин все еще стискивал рукой голень и страдальчески орал, Дженнифер же села, поглядела на предмет, который держала в руке, и взорвалась хохотом.

— Что такое? — спросил Бенджамин, пыхтя от боли.

Дженнифер едва могла говорить.

— Ты посмотри!

Прищурившись в полумраке, Бенджамин произнес:

— Это вообще что?

— Это ароматизированная свечка, которую мне на Рождество подарила тетя Джули. Я все думала, куда эту свечку подевала. Не один месяц искала ее.

Судороги боли все еще раздирали Бенджамину ноги, но он смог выговорить:

— Это… Это ты и наглаживала?

По лицу у Дженнифер потекли слезы смеха.

— Да.

— Немудрено, что я ничего не чувствовал.

На это Дженнифер уже не хватило. Она упала на спину и лежала на ковре, голая и беспомощная от смеха, в руке — желтая свечка в термоусадочной пленке. Со всем доступным ему достоинством Бенджамин встал и забрался на кровать, натянул на себя одеяло и принялся тереть болезненные, судорожно дергавшие голени. Дженнифер скользнула в постель рядом с ним, продолжая смеяться. Кажется, унять ее никак нельзя было — пока она не положила голову на плечо Бенджамину и они не уснули в объятиях друг у дружки.





26





Ноябрь 2015-го


«Эй».

Одно слово; один слог; всего две буквы. Но не успели они возникнуть на экране, как сердце у Софи заколотилось.

Она откинулась в кресле и вытянула шею — глянуть, чем занимается в кухне Иэн. Он увлеченно пытался вытащить пробку из винной бутылки.

Софи вновь посмотрела на экран.

«Эй».

Как ответить? С тех пор как они познакомились с Эдамом в Марселе, прошло три года. Три года она не слышала от него ни слова. Три года с того несуразного поцелуя в коридоре у ее номера. С тех пор она писала ему не раз — и все время с легким налетом стыда и неловкости. В последнем сообщении она отправила ему контактные данные своего скайпа. И вот Эдам пишет ей. Что отвечать? Что она вообще могла бы ему сказать, чтобы выразить смесь сложных, неоднозначных чувств?

Подумав чуть-чуть, Софи напечатала:

«Эй».

Сзади приближался Иэн с полным бокалом красного вина. Софи быстро щелкнула мышкой по иконке на панели задач внизу экрана. Окошко скайпа исчезло, возник файл «ПауэрПойнта», который она готовила для загрузки в «Мудл»[102].

Иэн поставил бокал на стол рядом с ней.


— Эй, — сказала она.

— Эй, — отозвался он.

Она отхлебнула вина.

— Спасибо, — проговорила Софи и поцеловала Иэна.

— Начну готовить ужин, — сказал он.

— Ты письмо уже прочел? — спросила она. — Я его распечатала.

— Нет. Думал, это не к спеху. Ты говорила, что оно, вероятно, не важное.

— Вероятно, так и есть.

— Хорошо, — сказал он и собрался уйти.

— Но это раздражает, — сказала она.

Он замер; обернулся.

— Ладно, сейчас прочту.

— Не к спеху, — сказала она. — Оно, вероятно, не важное.

— Прочту сейчас, — сказал Иэн и вернулся в кухню.

Как только он ушел, она вновь щелкнула по иконке скайпа. Там было новое сообщение.

«Просто хотел сказать спасибо за то, что ты написала и сообщила о конференции».

Недавно она нашла повод написать ему: привлечь его внимание к грядущей лондонской конференции по музыке в кино, на следующий год. Совершенно не уверенная в том, зачем это делает, и отчасти в надежде, что он ответит отрицательно, Софи написала:

«Приедешь?»

«Увы, нет».

Разочарование было острым — и мгновенным. Да, было в нем и облегчение, но разочарование главенствовало.

«Есть чем заняться?»

«В некотором роде. Я вообще-то ухожу с работы. Хватит с меня академии».

Вернулся Иэн, принес плошку чипсов, поставил к ней на стол, рядом с ее бокалом вина. Софи вовремя успела щелкнуть по иконке «ПауэрПойнта».

— Чем занимаешься? — спросил Иэн, глядя на экран.

— Админкой всякой.

Он поцеловал ее в макушку.

— Нескончаемо, да?

— Иногда прямо так и кажется.

— Вот сейчас суну рыбу в духовку — и сразу прочту письмо.

— Ладно.

Иэн удалился. Софи написала:

«Уходишь? Как так?»

Подождала ответа. Прошло несколько минут.

— Может, стоит сначала рис поставить! — крикнула она в кухню.

— Ладно.

«Причин всегда много разных — работа раздражает, внутренняя политика бесит, сама знаешь, думаю, — но в конце концов все упирается в деньги. Не могу я дальше преподавать по контракту без перспективы постоянной ставки, при этом у меня <$20 000 в год. К счастью, подвернулось кое-что».

«Кое-что?..»

— С ума сойти, — сказал Иэн из кухни.