Селфи с судьбой

– Я… нет, не в первый. А что такое? Какая разница, в первый или в какой? Я отдыхаю… мне нравится…

– Мне тоже нравится, – сказал Илья, внимательно рассматривая его от волос до мягких меховых мокасин. – Вы, должно быть, уже во всех окрестностях Сокольничьего побывали, да? Всё видели?

– Я?! Ничего я не видел! То есть да, да, видел. Музеи видел, церкви. Здесь хорошие церкви, – он вдруг улыбнулся, – душеспасительные. И люди есть хорошие, приятные.

– Люди приятные, а женщину задушили.

Матвей вздохнул, полез в карман, достал очки в тяжёлой оправе и нацепил на нос. И посмотрел на Илью.

– Ничего не вижу, – смущённо сказал он. – Ни вблизи, ни вдали.

Илье хотелось спросить, хорошо ли он слышит.

– Как вы думаете, зачем её убили?

– Кого? – испуганно спросил Матвей.

– Лилию Петровну. Вы её знали? Она ведь сюда часто приезжала! Наверняка вы с ней встречались.

– Встречались, – медленно сказал Матвей. – Конечно.

Вдруг раздался грохот, и дверь в «Народный промысел» с силой захлопнулась.

– Не успел, – вздохнул Илья. – Хотел зайти и купить изделия народных мастеров. Завтра придётся.

– Завтра можно, – сказал Матвей. – Зоя… Семёновна каждый день открывает, если у неё экскурсий нет. Бывает так, что с самого утра и до вечера люди.

– Лилия Петровна к ней тоже любила заходить?

– Я пойду? – спросил Матвей и на самом деле пошёл. Илья догнал его и пошёл рядом.

– Красиво здесь, – сказал Матвей, глядя под ноги.

Они обошли дом, остановились у заднего крыльца, и тут показалась Зоя Семёновна со своей кошёлкой и связкой ключей. Она мельком глянула на Илью и Матвея, налегла плечом и стала запирать замок.

– Вы зайти хотели? – спросила она у Ильи. – Давайте завтра!.. Вот Матвей Александрович каждый день заходит, спасибо ему. Какая тут у нас торговля! Особенно по осени, грех один.

– Кружева отличные, – сказал Матвей. – И вышивки.

Илья изумился – вот уж кто был не похож на ценителя вышивок и кружев, так это Матвей.

Зоя Семёновна спустилась с крыльца и зашагала по засыпанной листьями дорожке.

Ранние сумерки подступали к селу Сокольничьему, и совершенно непонятно, куда делся день, как будто и не было его вовсе. В холодном стоячем воздухе тянуло дымом, и Илья подумал, что хозяйки, должно быть, к вечеру затопили печи.

Почему-то и Матвей, и он сам неотступно следовали за Зоей Семёновной как привязанные.

– А какие у вас ещё интересные музеи? – спросил Илья, чтобы что-нибудь сказать.

– Русской предприимчивости, – хором ответили экскурсоводша и Матвей. – Потом ещё купеческого быта, – продолжала Зоя Семёновна. – Очень неплохой!.. Да и при заводе музей отличный. У нас здесь кирпичный завод неподалёку, до сих пор работает, и всё по старинным технологиям, как раньше.

– Лилия Петровна на музеи тоже деньги давала?

Зоя остановилась, Матвей налетел на неё и чуть не упал. Она поддержала его за рукав, как маленького.

– Мне Лилия Петровна никаких денег не давала, – сказала она с нажимом. – Что вы всё спрашиваете, какое ваше дело?

– Просто так, – ответил Илья. – Любопытствую.

– Вам любопытно, а мне хоть криком кричи!.. Ну, не виновата я, что её убили, понимаете?!

– Понимаю.

– А кто виноват, тот в тюрьме сидит! И пусть сидит, самое ему там место!..

– Зоя, он просто так, – пробормотал Матвей. – Он просто так спрашивает.

– А я не хочу, чтобы меня просто так спрашивали! Чтоб в жизнь мою лезли! Хотите в музей, приходите в музей! В магазин хотите, завтра открою!

Она нервно дёрнула головой и почти бегом бросилась по дорожке.

– Зоя! – вслед ей крикнул Матвей и напустился на Илью. – Зачем вы её обидели, а? Ну, что вам нужно? Представьте себе, человека убили почти на ваших глазах и убил ваш… родственник. Хотя какой он ей родственник!..

– Холодно, – сказал Илья. – Пойдёмте в гостиницу.


Матвей покорно потащился за ним.

– А вы где были, когда Лилию Петровну задушили?

– Я не помню. Что вы смотрите? Правда! Я вообще всё… плохо помню. Говорят, особенность такая. Вижу плохо, помню тоже не очень, – сказал Матвей.

– Лилия Петровна часто заходила в Зоин магазин? Или этого вы тоже не помните?

Матвей улыбнулся. Улыбался он хорошо, приятно.

– Всё время заходила. И покупала много! Только ею магазин и держался, не знаю, как теперь будет. Она на самом деле любила сюда приезжать и меня приохотила. Я бы и не узнал никогда, что есть на свете такое село Сокольничье…

– Секундочку, – произнес Илья. – Вы дружили с Лилей Петровной?

– Да не то чтобы дружил, но… она меня опекала, да.

Илья стиснул и разжал кулаки.

…Ангел говорила, что ему наплевать на моральную сторону дела, и была абсолютно права. Ему наплевать. Решительно. Абсолютно.

– Вы нуждаетесь в опеке? – уточнил он.

– Иногда очень, – признался Матвей. – Нет, не подумайте ничего такого, но иногда… не справляюсь.

– Чёрт знает что, – пробормотал профессор Субботин. – Нонсенс.

– А?..

– В тот день Лилия Петровна с вами встречалась в лесу?

Матвей посмотрел на него сквозь очки, а потом поверх очков.

– В лесу? – переспросил он в явном затруднении. – Никогда мы в лесу не встречались. Я вообще в лес не хожу, не вижу ничего. Там деревья, кусты. Полумрак всегда. Нет, не хожу.

– Она приехала, чтобы повидаться с вами?

– Наверное. Ну, и со мной тоже. У неё с Олегом Павловичем были какие-то дела, я никогда их не понимал. И не спрашивал.

Илья едва остановил себя, чтобы не задать идиотский вопрос, который ему сегодня задавала Ангел, – вы кто?!

– Но мы так и не поговорили, – продолжал Матвей. – Лилия Петровна первым делом зашла к Зое, и случилось то, что случилось. Это трудно понять. И пережить тяжело.

– С её дочерью вы дружили?

Матвей опять вздохнул.

– Мы даже знакомы были шапочно. Лилечка всё время за границей жила. У неё свои представления о жизни, очень… современные и заграничные. Она хорошая девушка, но я о ней почти ничего не знаю.

– И не знаете, зачем Лилия Петровна вернула её в Москву?

– Лилия Петровна была не так современна, понимаете? В один прекрасный день она решила, что её дочери нужна семья, дети…

– Но ведь у Лилечки, кажется, есть жених, и с этим вопросом всё обстоит благополучно. Вы не знаете, он прибыл вместе с ней или был приобретён уже здесь, на родине?

Матвей покачал головой:

– Я не знаю. Нет, подождите! Знаю! Кажется, Лилия Петровна что-то рассказывала…

Илья молча подгонял его – соображай, соображай, – Матвей медлил.

– Вроде бы он приехал следом за ней, этот молодой человек, и Лилия Петровна была недовольна. А может, я ошибаюсь… Были какие-то разговоры о её приятеле, но я правда сейчас не могу вспомнить.

– Жаль. Чем занималась Лилия Петровна помимо опеки над вами? Или тоже не помните?

– Вы шутите? – уточнил Матвей. Илья кивнул. – У неё был большой бизнес, кажется, унаследованный от мужа. Гостиницы, строительство. Она была очень деловым человеком. И любила помогать!.. Вот Олегу Павловичу, директору, помогала не только деньгами, но и связями. Говорят, связи – это очень важно.

– Правду говорят, – подтвердил Илья. – Может быть, её убили конкуренты? За деньги и связи?

– Я не знаю, – протянул Матвей уныло. – Я бы вам сказал, если б знал.

…Повариха Клавдия отозвалась о нём – блаженный, негораздок. На первый взгляд так оно и есть, но в этом деле полно ряженых с картонными носами и волосами из пакли. Может быть, Матвей как раз из них?..

Они дошли до прямоугольников света, падавших на мостовую из низких окон купеческого особняка.