Прошлой ночью с герцогом

Что за безумие на нее нашло? Что, во имя всего святого, она вытворяет – неужели собирается поцеловать герцога?

Глубоко вздохнув, она подошла к письменному столу и положила на него книгу мисс Фортескью.

– Мисс Пенниуэйт не способна хорошо выполнять свои обязанности, но у меня есть опытная гувернантка, которая ищет работу, так что все прекрасно обошлось.

Возможно, всему виной больная совесть, но, глядя ему в глаза, Эсмеральда могла бы поклясться, что он точно знает, о чем она думала, прежде чем отложить книгу.

– По крайней мере, вы дали ей второй шанс добиться успеха, – заметил герцог.

– Да. Она будет хорошо работать. Я просила присылать мне еженедельные отчеты, а если возникнет срочная необходимость, то и посещать меня в вашем доме. Это приемлемо?

– Конечно.

– Спасибо. Итак, вам что-то нужно или вы просто хотели убедиться, что я сдержу слово и стану опекать ваших сестер?

– И то и другое. Основная причина моего появления здесь – тетушка, леди Эвелин.

Эсмеральда знала о леди Эвелин все, что можно было почерпнуть из светской хроники или услышать от служащих агентства. Каждый месяц они приходили заплатить проценты и почти все приносили сплетни о своих хозяевах или их знакомых.

Леди Эвелин приходилась сестрой отцу Гриффина. Ее выдали за пожилого джентльмена, и через несколько лет после свадьбы он сделал ее вдовой. Замуж больше она так и не вышла, детей у нее не было, а поскольку мать Бенедикта умерла вскоре после рождения его сестер, леди Эвелин переехала в их дом и взяла заботы по воспитанию детей на себя.

– Тетушка порой слишком серьезно относится к своим обязанностям по воспитанию девочек, – продолжил Гриффин. – Она просто всполошилась, когда я сказал, что нанял вас, ни с кем не посоветовавшись и не расспросив подробно о вашей семье.

Эсмеральда задохнулась от негодования.


– Вот как?

– Она хотела знать, не родственница ли вы дербиширских Свифтов, и в особенности сэра Тимоти Свифта. Пришлось признаться, что я не спрашивал.

Эсмеральда вся кипела от возмущения, хоть и старалась это скрыть. Ее не должно волновать то обстоятельство, что леди Эвелин хочет убедиться в ее респектабельном происхождении, обязательном для компаньонки сестер герцога: в конце концов, ничего необычного в этом нет, – но все же слова эти больно ее ранили. Пусть это и несправедливо, но после того как ее дядя, виконт Мейфорт, изгнал родную сестру, она невзлюбила аристократов, потому что от них зависело благоденствие других людей. Мать жила очень бедно, а все могло быть иначе, если бы виконт посылал ей хоть какие-то деньги.

– То есть леди Эвелин желает убедиться, что я воспитывалась не на улицах.

Синие глаза герцога потемнели, уголок губ слегка дернулся.

– Нет, мисс Свифт. Она имела в виду не это.

Эсмеральда хотела было что-то сказать, но передумала и с сомнением взглянула на герцога.

– Поверьте, ей это и в голову бы не пришло. Она знает, что вы учились и работали у мисс Фортескью, а та никогда не приняла бы в агентство женщину сомнительного происхождения и без образования.

Возможно, Эсмеральда чересчур обидчива, а ей надо бы благодарить счастливую звезду за то, что леди Эвелин интересуется только семьей ее отца, потому что о семье матери говорить было бы сложнее. Пока что ей удавалось хранить в тайне, что виконт Мейфорт ее двоюродный брат. Пусть так и остается. У нее нет ни малейшего желания предавать огласке свою связь с этой семейкой. А если брат похож на своего отца, то тоже вряд ли захочет, чтобы кто-то об этом знал.

– А если я в родстве с сэром Тимоти, это хорошо или плохо?

– Вы постоянно бросаете мне вызов, мисс Свифт, – покачал головой герцог. – Какова бы ни была тема нашей беседы, вы ухитряетесь найти способ поспорить со мной.

Вы прочитали книгу в ознакомительном фрагменте. 
Купить недорого с доставкой можно здесь.