Поступь хаоса
Часть 59 из 93 Информация о книге
И он оторвался на секунду от Аарона, посмотреть на тех, кто его звал… И Аарон воспользовался шансом. – Нет! Он сграбастал Мэнчи за шкирку, оторвал от земли, буквально взмахнул им в воздухе. – Мэнчи! Я слышал плеск и смутно сознавал, што это Виола схватила весло и пытается не дать нам уплыть дальше, в реку, и мир весь пульсировал и мерцал, а… а мой пес был в руках у Аарона. – БЫСТРО НАЗАД! – проревел Аарон, держа пса на вытянутой руке. Тот был слишком тяжел, штобы таскать его за шкирку, и визжал от боли, но никак не мог извернуть шею и вцепиться Аарону в руку. – Пусти его! Аарон опустил голову… Кровь хлынула из дыры на месте бывшего носа, и, хотя прореха в щеке зажила, зубы все равно было еще видно, и вот весь этот кошмар повторился, почти спокойно на этот раз, булькая сквозь кровь и ужас: – Иди ко мне, Тодд Хьюитт. – Тодд? – пискнул Мэнчи. Виола яростно гребла, штобы не дать нам унестись по стремнине, но она была слаба от того, чем он там ее опоил, и нас относило все дальше… все дальше… – Нет, – я слышал, как она бормочет. – Нет. Нет. – Отпусти его! – завопил я из последних сил. – Девчонка или собака, Тодд, – воззвал Аарон, совершенно спокойно, только это было еще страшнее прежних криков. – Тебе выбирать. Я схватил нож, выставил его перед собой, но голова у меня так кружилась, што я потерял равновесие, упал и приложился зубами о скамейку. – Тодд? – Виола все еще гребла против течения, и лодку медленно вело и вращало. Я сел с полным ртом крови, и мир так закачался, што почти уложил меня обратно. – Я убью тебя, – выдавил я, но вышло так тихо, што с тем же успехом можно было разговаривать с самим собой. – Последний шанс, Тодд. – Голос Аарона звучал уже не так спокойно. – Тодд? – взвизгнул Мэнчи. – Тодд? И никакого… – Я убью тебя. – Но получился только шепот. И никто… И выбора на самом деле нет… И лодку уже выносило на середину… И я посмотрел на Виолу, а она все гребла, и слезы капали у нее с подбородка… И она посмотрела на меня… Но выбора все-таки не было… – Нет, – произнесла она и задохнулась. – Ох, нет, Тодд… И я протянул руку и положил ей на локоть, штобы она перестала грести. Ааронов Шум взметнулся валом багрового и черного. Течение взяло нас и понесло. – Прости! – крикнул я; каждое слово из меня будто выпиливало зубьями, а грудь стиснуло так, што воздуху в ней уже не осталось. – Прости меня, Мэнчи! – Тодд? – гавкнул он, растерянный, перепуганный, глядя, как я бросаю его одного. – Тодд? – Мэнчи! – заорал я, раздирая себе легкие в клочья. Аарон занес другую, свободную руку над моей собакой. – МЭНЧИ!!! – Тодд? Вторая рука к первой, резкий поворот, ТРЕСК, крик, оборванный взвизг, и сердце у меня разорвалось пополам на веки вечные. И больно слишком больно слишком больно слишком больно руки у меня на висках и я вжимаюсь назад рот открывается и из него несется бессловесный нескончаемый вой и в нем вся тьма какая только во мне есть. И я падаю в эту тьму и больше ничего не знаю и река несет нас прочь прочь прочь… Часть VI 32 Вниз по реке Журчит вода. Птицы щебечут. Где безопасно? поют они. Где безопасно? А на фоне всего этого – музыка. Клянусь, музыка, штоб мне с места не сойти. Слои музыки, флейта, странная такая, знакомая… Свет из тьмы, целые простыни света, белого, желтого… И тепло. И што-то мягкое по коже. И тишина рядом, толкающая, присутствующая сильно, весомо, как всегда. Я открыл глаза. Я в кровати, под одеялом, в небольшой прямоугольной комнате с белыми стенами. Cолнце льется внутрь через, по меньшей мере, два распахнутых окна. Снаружи течет река, и птицы порхают в деревьях (и музыка… это правда музыка?), и на целую минуту я не просто не знаю, где я, – и даже, кто я, не знаю, и што со мной случилось, и почему у меня болит… Я увидел свернувшуюся в кресле рядом с кроватью Виолу: рот открыт, дышит, ладони зажала между коленями. Я весь до сих пор слишком хмельной и мутный, штобы пошевелить ртом и произнести ее имя, но Шум, наверное, сам все сказал и достаточно громко, потому што ресницы ее взлетели, взгляд поймал мой, и она пулей вылетела из кресла и обвила меня руками и расплющила мне нос об свою ключицу. – Исусе, Тодд! – Она так меня прижала, што даже больно. Я положил руку к ней на спину, вдохнул ее запах. Цветы. – Я уж думала, ты никогда не вернешься, – сказала она и еще меня придавила. – Я думала, ты умер. – А я разве нет? – прокаркал я, пытаясь вспомнить хоть што-нибудь. – Ты болел. – Виола села у меня на кровати. – Очень круто болел. Доктор Сноу был не уверен, что ты вообще проснешься, а когда доктор допускает такое… – Што еще за доктор Сноу? – Я попробовал оглядеться. – Мы вообще где? В Убежище? И што это там за музыка? – Это поселение, называется Карбонел Даунс, – сказала она. – Мы приплыли сюда в лодке и…