После войны
Часть 47 из 53 Информация о книге
Ози пожал плечами: – Не знаю. Не могу объяснить. – И в сотый раз отмахнулся от осаждавших их мух. – Говорю тебе, нас ждет тысячелетие мух. Эти твари захватили город. И им все сгодится. Муха может реквизировать кучку дерьма, пригласить туда всю свою семейку и родственников и назвать это домом. – Я уже скучаю по снегу, – сказал Эрнст. – По крайней мере, не так воняло. Они подошли к излучине руки, к тому месту, где Ози рассеял с мостков пепел матери. Хотел бы он знать, где она сейчас. Она может быть в Куксхафене. Гельголанде. Зильте. Кто скажет, куда, если дать ей волю, унесет тебя река. Если, конечно, не застряла у грязного берега Грюнендайха, где ее склюют на завтрак какие-нибудь паршивые жирные вороны. Был момент, когда ветер дунул пеплом ему на сапоги и в рот, и Ози подумал, что лучше бы разбросал ее над развалинами Хаммербрука или развеял над лужайками Иенишпарка. Но потом вспомнил, что она всегда говорила: «Я бы хотела жить у реки». Поэтому он дождался, когда ветер стихнет, зачерпнул из железной коробки из-под печенья и рассыпал пепел. В этот раз он осел, как снежные хлопья, на воды Эльбы и поплыл на запад, к морю. Когда дом был совсем близко, Эрнст занервничал: – Думаешь, стоит? Может, лучше не надо, а? Эдмунд наш друг. Он всегда давал нам сигареты. Может, нас полиция ищет. – Пройдем между деревьями, тихо и незаметно. Как Зверь. Они повернули от реки, пересекли парк, перебегая от дерева к дереву, пока не оказались напротив ворот дома. Там они залезли на дерево, чтобы лучше видеть через забор. Ози заранее снял с винтовки цейссовскую оптику и теперь вытащил трубу из кармана и наставил на дом. – Видишь его? – спросил Эрнст. Старая машина фюрера больше не стояла на подъездной дорожке. И флаг томми больше не развевался на флагштоке. Не было видно ни Эдмунда, ни полковника, ни полковничьей жены. Ни следа. – Не вижу никого из томми. – Может, уехали к себе домой, – предположил Эрнст. – Наверное, сидят где-нибудь у Белых скал Виндзора и отпускают шуточки про яйца Гитлера. От этой мысли Ози стало очень-очень грустно, и не только потому, что ему были нужны сигареты. Он продолжал изучать дом и двор, надеясь заприметить друга – или кого-нибудь из добрых томми. В окне на первом этаже что-то мелькнуло. Он подкрутил линзы и увидел ноги стоящего на стремянке мужчины. Отец девчонки Берти делал что-то на стене – похоже, вешал картину. Ози еще немного понаблюдал за ним, потом продолжил осмотр: окно – стена – окно – сад. В кресле, повернутом к реке, сидела женщина. Она трудилась над чем-то с иголкой и ниткой, но над чем, видно не было. – Ну, что там? – Там женщина. Но это не Mutti Эдмунда. На вид ничего, хоть и не Марлен Ди. – Кто-то идет через сад, – предупредил Эрнст. – Какая-то толстуха. – Девчонка Берти. – Ози вгляделся. – Зачем-то ей мяч под юбку засунули. – Чего? Ози опустил окуляр: – Девчонка Берти будет Mutti. Отдав окуляр Эрнсту, Ози продолжил наблюдать за сценой. Он думал о брате. Вот бы ему узнать. – Опять кто-то идет, – сообщил Эрнст. Ози увидел отца девчонки Берти, тот шел через сад, неся поднос с кофе и печеньем. Он поставил поднос на садовый столик и выдвинул стул рядом с женщиной. Сказал ей что-то и взял за руку. – Может, в другой раз придем? – спросил Эрнст. – Ози? Чего скажешь? – Давай подождем еще, – ответил Ози. – Хочу посмотреть, чего тут будет. * * * notes Примечания 1 Прозвище британских солдат. (Здесь и далее примеч. ред.) 2 Нет, герр комендант. Очень хорошо. Пожалуйста, герр полковник (нем. – Здесь и далее). 3 Паразиты! 4 С дороги! Быстро! 5 Убирайся! Давай! 6 Стоять! 7 Эй, подойдите!