Одесский пароход
Часть 99 из 129 Информация о книге
– Нет. – Не бойся. Здесь можно сидеть. Нас не выгонят. – Здесь какой-то забор. – Это обычный забор. Сюда свободный вход. – Ты здесь бывал уже? – Нет. Я так думаю. Он не похож на забор, куда не пускают. Это хороший забор. Зато нас здесь никто не видит. – Видят. Видят. Всюду видят. Они так ставят скамейки, чтоб было видно. Наверное, здесь нельзя. – Можно. Я уверен, что можно. – А музыку включить можно? – Вот это, наверное, нельзя. А ты как думаешь? – Я думаю, нельзя. – А жаль, правда? – Очень. А кому мы мешаем? – Наверное, кому-то. Я еще не знаю, но, если включить, он сразу появится. А если мы передвинем скамейку? – Ты думаешь, это можно? – Я уверен, что можно. А? Мы ничего такого не сделаем. А? – Может, и сделаем, я же не знаю. – Ну что, ну что мы сделаем? – Я не знаю. Нарушим что-то. – Ну что, ну что нарушим? Ну очень же неудобно сидеть лицом к свету. Правда? – Правда. – Передвинем? – Передвинем… Вот видишь! Ну что с тобой такое. Зачем ты это затеял. Что, плохо было сидеть? – Ну откуда я знал. А я тебя спрашивал. Ты сама говорила, мы ничего такого не сделаем. – Нет, я сказала, сделаем. – Когда ты сказала? – Сказала. – Значит, не надо было передвигать. – А я и не хотела. – Хотела. – Это ты хотел. – И ты хотела. – Тише. А здесь, ты думаешь, можно сидеть? – Можно. Здесь можно. Здесь, я думаю, можно. – Ты же думаешь, что здесь грабят. – А здесь можно грабить? – Я думаю, нельзя. – А я думаю, можно. Это же совсем другое, чем сидеть. – А это можно? – Можно. Я думаю, можно. А кто запретил? – Я не знаю. Я слышала, что нельзя. – А я не слышал, что нельзя. Значит, можно. – Нет. Если хоть один человек слышал, что нельзя, значит, нельзя. Это точно. – А если я слышал, что можно? – Нет. Если один человек слышал, что можно, а другой, что нельзя, все равно нельзя. Мама говорит: лучше думай, что нельзя? – всегда будешь права. – Да… А поцеловать тебя можно? – Наверное, можно. – А по-моему, здесь нельзя. – Почему нельзя? Я думаю, можно. – А я думаю, что нельзя. Шелест листьев: «Можно-можно, нельзя-нельзя, можно-можно, нельзя-нельзя». Цикады, лягушки, ручеек: «Можно-можно, конечно, можно, можно все…» Чудо мое Какое прекрасное столкновение! Какое пересечение! Какая одуряющая разница и женственность!!! – Что бы ты ни сделал, ты не навредишь мне. Володя смотрит со стены. – Мишка, из Парижа меня тянуло в Москву, из Москвы – в Париж. Мишка, как ты думаешь, почему? Курящий маленький рот. Как удобна в руке. Как хороша на груди, на коленях. Где бы ни поселилась. – Позвони маме. Моя репутация страдает. Звони. Иначе мне не повезет. Звоню, Володя, звоню. Ради маминого здоровья и маленькой очаровательной репутации. Скрипит калитка. Открываю… Кто-то: «Нет ли закурить?!» Однако цел. – Который час? – Два часа, мама. – Я думаю, три. – Тсс-с… Конечно? три, но какие три!.. – Володя, я потушу свет, и ты перестанешь смотреть на меня… Но сначала телефон… 22–13–47. Для конспирации – на «Ч» – «Чудо мое». Наш человек лучше всех Наш человек лучше всех других еще и тем, что в любую секунду готов ответить на самый каверзный вопрос: почему днем дома?