Одесский пароход
Часть 43 из 129 Информация о книге
– Подшипник упорный ДТ-54. – Ставь птицу. Найдем. – Диски спецления «ГАЗ-51». – Еще раз произнеси, недопонял я. – Диски спецления. Для спецления между собой. Педаль специальная. – Нету. – Так… ребята… – Нету! Достает стаканы, бутыль, наливает. – Ой! – А-а! – Ой! – А-а!.. Буряковый… Сами гоните… Хорошо. А то на соседнем заводе спирт для меня из тормозной жидкости выделяют. У них там лаборатория – культурно, но у меня судороги по ночам и крушения поездов каждую ночь. – Диски спесления? – Бери, сколько увезешь. – Пейсу? – Рисуй. – Уплотнения фетровывыстыеся восьмой номер. – Недопонял. – Фетровыстывыяся уплотнения восьмой номер. – Ах, фетровывыя? – Да, фетровывыстывыяся, но восьмой праа-шу. – Все равно нету. Механик наливает кладовщику. – Себе! – Я не могу. Меня послали, я должен продержаться. – Один не буду. – Не могу – еще список большой. – Езжай назад. – Назад дороги нет! (Наливает себе. Выпивают.) – Уплотнения фетровые. – Где-то была парочка. – Псису? – Рисуй. – Пятсренки… шестеренки… вологодские. – Как ты сказал? – Сейчас. – Срочно уходит. Возвращается. Не попадает на стул. – Целься, целься. – Пятеренки… шестеренки. Четвереньки вологодские. – А-а-а, вологодские. Нету. – Псису? – Наливает кладовщику. – Себе. – Не могу. – Езжай назад. – Назад дороги нет! Пьют. – Пятеренки, шестеренки? – Пошукаем. – Псису? – Рисуй. – Пошукаем псису? (Неожиданно.) «Здравствуй, аист, здравствуй, псиса… Та-ак и должно бы-ыла-а слушисса-а. Спасибо, псиса, спасибо, аист…» – Давай сначала до конца списка дойдем. – Дойдем, дойдем. Я уже почти дошел… Три салата… – Чего-чего? – Трисаторные штуки, четыре псисы и бризоль… (Собрал все силы.) Экскаваторные шланги, четыре штуки, и брызент… – Брезента нет. Пожарники разобрали. – Может, водочки? – Нету брезента. – А коньячку? – Нету брезента. – Сосисочный фарш. – Нету брезента. – Банкет для семьи с экскурсией… – Нету брезента, и не наливай. – Верю тебе, Гриша, если нет, ты не пьешь, ты честный человек. Если бы я был женщиной Если бы я был женщиной, я бы вел себя совершенно иначе. Я был бы умный, обаятельный, юный, веселый и счастливый. У меня была бы куча поклонников, но при встрече со мной я бы растерялся и умолк. С этим не шутят. Я бы влюбился в меня и стал моей женой. Ужас, как я успеваю проснуться умытой и причесанной? И почему в любое время суток на мне платье, юбка, жакет и белые зубы? Где я научилась ремонтировать квартиру? А как я терпелива с ним, то есть со мной. Я от него безумею и теряю дар речи. Это ж надо, чтоб так повезло. Какой он у меня, боже. Я живу ради него, я помогаю ему во всем и работаю специально, чтобы не сидеть дома. Но когда нужно, я рядом. Днем, вечером, утром. Всегда, когда нужно. И всегда, когда не нужно, меня нет. Где я, я не знаю сама, но рядом меня нет. Как я перерабатываю эти дурацкие сосиски и вокзальные шницели в такую стройную фигурку, не знаю сама. Я еще печатаю на машинке и танцую в одном шикарном ансамбле. Поэтому я большей частью в Париже и Мадриде. Звоню из Мадрида и прошу вовремя поливать цветы. Там умолкает музыка и кто-то отвечает: «Ладно». А через два месяца втаскиваю чемодан. «Включи, милый, это какое-то новое видео, ты же знаешь, я в этом плохо разбираюсь. Да, чуть не забыла – вот ключи, это новое «Пежо» для тебя и новое пальто для твоей мамы». Потом я снова иду на репетицию, чтобы присутствовать и отсутствовать одновременно. Да, еще шью и правлю текст. Я – его запоминающее, отвечающее и стирающее устройство. Да, чуть не забыла, я же счастлива с ним. Тьфу ты, господи, как же я могла забыть! Он же мне не простит. Опять будет скандал. О боже, как я забыла… Теперь на неделю хватит. Он же не отстанет, пока я со слезами всеми святыми не поклянусь, что я счастлива. Нет, ну он действительно очень хорош. Ну, во‐первых, умен. Во-вторых, аккуратен, в‐третьих, остроумен, справедлив к окружающим и, в общем, ко мне. – Ты уже вернулся?.. – Сегодня у нас в редакции небольшое совещание ведущих друг друга редакторов. Мы договорились без жен. У одного она заболела, остальные не хотят его подводить. Срочный номер – требуют газету за 1 мая к 10 апреля. Новый почин, и мы все наперебой согласились, и может так случиться, и это совершенно точно, что я приду ночевать к утру. Ты уж не сердись.