Одесский пароход
Часть 123 из 129 Информация о книге
– Да. – Жизнь без нее потеряла смысл? – Нет. – Что делаешь? – Лежу. Думаю. – Маму жалко? – Очень. – Себя жалко? – Нет. – В общем, все кончено? – Да. – Идут повторы? – Да. – Пьешь? – Пью. – Мы тебя застали как раз… – Да. После этого. – Извини. – Можно попросить? – О маме? – Да. – Это заблуждение. Мы не для просьб. Нельзя менять судьбу, нельзя. – Одну… – Нельзя. В ней больше, чем во всем. Нельзя! Знать хочешь? – Нет. Совет какой-нибудь… – Новости, которые ты считаешь плохими – такие же! – Я буду счастлив? – Ты будешь доволен. Иногда. – Друзья? – Как тебе сказать?.. Ты слишком на них рассчитываешь. – Женщины? – Надежнее, но небескорыстно. – Рассчитывать на себя? – Нет. – На женщин? – Нет. Не показывай людям. – А вы? Поможете? – Пережить, перетерпеть. Пережить-перетерпеть. – Так мало? – Совсем не мало. – Бороться? – Нет. Не ври. Делай что хочешь. – Это просто. – Не ври, делай что хочешь! – Это же просто. – Не ври, делай что хочешь. – А хватит сил? – Вот когда тебе нужно соврать, ты чувствуешь? – Да. – Когда ты пишешь и не идет рука, ты чувствуешь? – Да. – Когда ты внезапно кладешь слово, которого ты не знаешь, ты чувствуешь? – Да. – И этот ритм? – Да. – И эту точку, которую кто-то ставит? – Да. – Это мы. – Да… да… да… – Вставай… – Да-да-да. Я встаю… Птичий полет Для Р. Карцева и В. Ильченко Бессонница – размышление от возбуждения и возбуждение от размышлений. Прохожий В этом уголке подобраны растения и животные, которые вместе неплохо смотрятся. А здесь собраны люди. Эти деятельны. Эти романтичны. Этих мы держим для контраста. А это влюбленные. Они ждут друг друга. Лучшие часы их жизни, когда они ждут. Кровь переливается, руки дрожат, ни на что не отвечают. Выигрывает тот, кого дольше ждут. Эти ребята заняты. Энергичны, сероваты, деловиты или деловито-сероваты. Стремительно идут куда-то, как дворняги, озабоченно бегущие вперед лица и так же внезапно – назад, что у них тоже вперед, создавая у зрителя ощущение, что их очень ждут впереди лица. И, отыграв озабоченность, войдя к себе и раздевшись, стремительно скучает. И трубку берет только на разговоре, то есть, беря трубку, что-то говорит сам себе, как будто у него непрерывно сидят люди: «Люди у меня, люди». Люди у тебя, люди. Они – наша энергия. Мы – их природная сообразительность. Они хотят от нас правды, снабжая нас ложью. Сами открыть ничего не могут, но другим могут помешать, отчего тоже приобретают известность.