Немного ненависти

Огарок заморгал. В его глазах блестели слезы.

– Но ведь она…

– Выкинь ее из головы. Считай, что ее уже повесили. Мур мертв, и Сибальт…

У нее внезапно перехватило горло.

– Что Сибальт?

– Тоже мертв.

– Ты говоришь так, словно гордишься этим.

– Не горжусь. Но и не стыжусь. Они сделали свой выбор, ты сам слышал, как я их спрашивала. Так же, как спрашивала тебя.

Огарок мгновение помедлил, облизывая губы. Он не дурак, этот парень.

– Можно считать, что Гриз повесили… но не меня?

– Ты быстро схватываешь. Для тебя дверь пока что открыта. Для тебя… и для твоей сестры.

Огарок снова моргнул. Чертов бедолага, из него вышел бы худший карточный игрок во всем Союзе. Казалось, все его чувства написаны на его осунувшемся лице.

– Я сказала его преосвященству, что, возможно, тебя еще можно спасти. Что ты, возможно, еще сможешь послужить королю.

– Каким образом послужить?

– Любым, какой я выберу.

Он опустил взгляд к столу.

– Предать моих братьев.

– Да, скорее всего.

– Какие у меня есть варианты?

– Только этот. И тебе еще чертовски повезло, что он у тебя есть.

Мальчик поднял глаза, и в его взгляде читалась неожиданная жесткость.

– Тогда зачем спрашивать?

– Чтобы ты понимал, что ты у меня в долгу.

Она встала, вытащила ключ и отомкнула его наручники. Потом кинула мальчику его одежду.

– Одевайся. Поспи немного. Утром мы отправляемся в Вальбек. Необходимо узнать, откуда у этих олухов взялись три бочонка гуркского огня.

Огарок продолжал сидеть, не вынимая тощих запястий из открытых наручников.

– Хоть что-нибудь из этого было правдой?

– Из чего?

– Того, что ты нам рассказывала.

Вик поглядела на него, сузив глаза:

– Хороший лжец старается лгать как можно меньше.

– То есть… ты действительно выросла в лагерях?

– Двенадцать лет. Сперва девчонкой, потом женщиной. Мои родители и сестры умерли там. – Она сглотнула. – И брат тоже.

Огарок поглядел на нее так, словно чего-то не понимал:

– Значит, ты потеряла не меньше, чем другие?

– Больше, чем большинство других.

– Тогда как же ты можешь…


– Потому что, если я чему-то и научилась в лагерях, так это одному… – она придвинулась к нему, оскалив зубы, так что мальчик отпрянул и прижался к спинке стула. – Всегда держаться с победителями.





Государственный механизм




– Лорд-маршал Бринт, – произнес Орсо. – Благодарю, что смогли увидеться со мной без предварительной договоренности. Я знаю, что вы очень занятой человек.

– Не стоит благодарности, ваше высочество! – У лорд-маршала была одна рука и вовсе не было воображения. Все в нем, от блестящих начищенных кавалерийских сапог до блестящих навощенных торчащих усов, было жестким, отутюженным и соответствующим уставу. – Ваш отец мой давний друг.

– Помимо того, что он Высокий король Союза.

Улыбка маршала едва заметно дрогнула.

– Да, помимо этого. Чем я могу вам помочь?

– Я бы хотел поговорить с вами касательно нашей реакции на вторжение Скейла Железнорукого и его северян.

Бринт раздраженно фыркнул.

– Если бы она была, эта реакция! Жулики и скупердяи, что заседают у нас в Закрытом совете, отказываются выделять средства! Вы можете себе такое представить?

– Не могу. Но мне удалось убедить отца передать мне командование экспедиционными войсками.

– Правда?

– Ну, точнее…

– Но это же превосходная новость!

Лорд-маршал вскочил и прошел к своим картам, миновав тщательно отполированные доспехи, в которых, возможно, сражался в молодости, если вообще их надевал – у них-то обе руки были на месте.

– Уж теперь мы покажем этим северным мерзавцам, можете не сомневаться!

Орсо боялся, что старый кадровый военный может быть недоволен тем, что ему назначили принца в командиры, но Бринт, очевидно, был в полнейшем восторге.

– Должен сознаться, лорд-маршал, что у меня нет никакого военного опыта, помимо возни с игрушечными солдатиками, когда я был ребенком.

«Конечно, потом я еще трахал шлюх, одетых в военную форму, но это тоже вряд ли идет в счет», – добавил он про себя.

– Именно для этого под вашим командованием будут находиться офицеры, ваше высочество. – Бринт уже погрузился в размышления над картой, отмеряя расстояния растопыренной пядью. – В качестве вашего заместителя я бы предложил полковника Фореста. Он пришел в армию рядовым, задолго до меня, и с тех пор участвовал во всех крупных сражениях. Я не знаю человека с более богатым опытом или с более трезвой головой.

– Буду весьма благодарен за любые советы, как ему, так и вам, – улыбнулся Орсо.

– Леди-губернаторша Финри сдерживает натиск врага с величайшей отвагой. Черт возьми, что за женщина! Мы с ней старые друзья, между прочим. Если она и дальше будет продолжать в том же духе, мы сможем высадиться здесь! – Он хлопнул по карте с такой силой, что Орсо испугался, как бы он не повредил свою единственную оставшуюся руку. – Прямо возле Уфриса! Выйдем мерзавцам во фланг!

– Превосходно! Во фланг. Мерзавцам. Чудесно!

Ему бы очень не помешало выяснить, что значит «фланг» и как в него выходят, но если не считать этого, пока что все складывалось как надо. Через открытое окно доносились суровые выкрики сержанта, муштрующего солдат во дворе, придавая беседе подходящую к случаю военную окраску. Орсо практически жалел, что не надел по такому случаю свою военную форму – хотя сейчас она, скорее всего, будет уже тесновата в животе. Надо будет позаботиться о приобретении новой для предстоящего похода.

– Все, что мне теперь нужно – это люди.

Бринт обернулся.

– Прошу прощения?

– Отец обещал мне батальон королевской гвардии, а также начальника королевской стражи, Бремера дан Горста, который, как я понимаю, один стоит целого полка… – он позволил себе смешок, на который Бринт, впрочем, не ответил. – Но мне понадобится еще, я не знаю, где-нибудь в районе… пяти тысяч человек?

Молчание затягивалось.

– У вас нет людей? – наконец прошипел Бринт, брызгая слюной.

– Э-э… да, поэтому-то я и пришел к вам, лорд-маршал. То есть, я хочу сказать… вы ведь лорд-маршал… – Орсо скривился. – Не так ли?

Сделав глубокий вдох, Бринт взял себя в руки.

– Это так, ваше высочество, и я приношу свои извинения. К сожалению, мне сложно сохранять трезвый взгляд на вещи, когда дело касается северян. – Нахмурившись, он бросил взгляд на кольцо на своем мизинце, потеребил его кончиком большого пальца. Судя по виду, кольцо было скорее дамское, с желтым камнем. – Эти дикари стоили мне жены, а также двух близких друзей. Не говоря уже о чертовой руке!

– Нет нужды в извинениях, лорд-маршал. Я прекрасно вас понимаю.