Не лги мне

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Хорошо, мистер Гилрой. Мы бы хотели, чтобы вы взглянули на несколько фотографий. Насколько нам известно, эти фотографии были сделаны в окрестностях Тихуаны, Мексика, ориентировочно 3 февраля. Они вам знакомы?

ГИЛРОЙ:

Конечно.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Вы знаете, кто сделал эти фотографии?

ГИЛРОЙ:

Я их сделал. Неплохо, а? Если у меня не срастется с продвижением талантов, я могу начать карьеру папарацци. [Смех.]

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Не могли бы вы пояснить? Как именно вы смогли сделать эти фотографии?

ГИЛРОЙ:

Ну, вы знаете, как бывает. С творческими людьми может быть тяжеловато. Иногда нужно применять метод кнута и пряника, если вы понимаете, о чем я.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

А это был кнут?

ГИЛРОЙ:

Эрик неплохо отдохнул, но ему нужно было возвращаться к работе. Я сделал несколько фотографий, чтобы удостовериться, что он это понял.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

То есть вы сфотографировали его без его ведома и использовали эти снимки как рычаг воздействия, чтобы заставить его вернуться к своей деятельности? Это ваше заявление?

ГИЛРОЙ:

Ну, это не очень хорошо выглядит, да ведь? [Смех.] Слушайте, это было ради его же блага. Парню нужно было вернуться в Штаты до того, как у него начнутся крупные неприятности.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Какие неприятности?

ГИЛРОЙ:

Вспомните Дориана Кромвеля. Шесть месяцев тюрьмы за уклонение от уплаты налогов. Вот что случается, когда рядом нет дяди Мори, который за тобой приберется. Если бы я не вмешался, дело приобрело бы очень плохой оборот.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Можете рассказать нам о женщине на этих фотографиях: о Тессе Харт.

ГИЛРОЙ:

А что с ней? Думаю, по фотографиям это понятно.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Для протокола: мистер Гилрой показывает на фотографию, на которой мистер Торн и мисс Харт, раздетые, целуются.

ГИЛРОЙ:

Не волнуйтесь. Я обозначил свое присутствие прежде чем все дошло до порно.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Вам было известно о романтическом характере их отношений до того, как были сделаны эти фотографии?

ГИЛРОЙ:

Конечно. Слушайте, я знаю о личной жизни Эрика Торна все. В большинстве случаев я узнаю об этом даже раньше него. Это моя работа. Я минимизирую ущерб еще до того, как он поймет, что возникла какая-то проблема.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:


Так вы поэтому отправились в Тихуану на поиски мистера Торна? Для минимизации ущерба?

ГИЛРОЙ:

Именно.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Позвольте спросить, как именно вы их обнаружили?

ГИЛРОЙ:

Нельзя достичь такого уровня, которого достиг я, если у тебя нет парочки друзей, которые кое-что вам должны, если вы понимаете, о чем я.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Нет, боюсь, не понимаю.

ГИЛРОЙ:

Скажем так, музыкальный бизнес – это сплоченное сообщество.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Вам помог кто-то в индустрии?

ГИЛРОЙ:

У меня есть знакомый, который работает с социальными сетями на DBA.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Лейбл Дориана Кромвеля? Вы утверждаете, что сотрудник DBA Records предоставил вам фрагменты личной беседы мистера Кромвеля и мистера Торна?

ГИЛРОЙ:

Личной? Поверьте, детектив, в этом бизнесе нет ничего личного. Ни «Твиттера». Ни «Снэпчата». Ничего.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Итак, для протокола, вы заявляете, что сделали несколько этих фотографий, чтобы воздействовать на мистера Торна с целью принудить его…

ГИЛРОЙ:

Не принудить. Убедить.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Прошу прощения. Чтобы убедить мистера Торна вернуться в Соединенные Штаты, вы скоординировали условия его возвращения с федеральными властями и его лейблом.

ГИЛРОЙ:

И все это за один день. Можете считать, что я команда зачистки. 90 % моей работы заключается в том, чтобы фанаты Эрика не пронюхали об этой выходке.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Получается, ваши возможности тоже не безграничны.

ГИЛРОЙ:

В самом деле? При всем уважении, позвольте с вами не согласиться. [Смех.] То есть парень фальсифицирует свою смерть, нарушает контракт, показывает лейблу средний палец и все равно выходит сухим из воды. Подписчиков в «Твиттере» у него стало в два раза больше. Продажи записей поднялись до уровня стратосферы. У нас при всем желании не получилось бы провернуть лучший пиар-трюк.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Это все очень хорошо, мистер Гилрой, но в настоящее время ваш клиент по уши погряз в уголовном расследовании.

ГИЛРОЙ:

Не. Федералы оштрафуют его, и все.

СЛЕДОВАТЕЛЬ:

Я говорю о расследовании, которое веду я. Эрику будет не очень приятно, если ему предъявят обвинения в убийстве.

ГИЛРОЙ: