Метро 2035: Город семи ветров
Часть 37 из 51 Информация о книге
– Я подумал – сгодится. – Сгодится… Подумал он. Короче, она где? – Пока на баркасе. – Отправишь на Наргин. И никому ни слова. И этих предупреди, чтобы языки свои в жопу засунули. – Господин, и еще. – Что?! – Туранчокс. Он нас в порту нашел, мы уже отправляться хотели. Велел передать: на «Арменикенде» отправляют к огнепоклонникам мужа, жену и девочку. По всему, это наши потеряшки и есть. – Когда? – Что? – А, свободен! Стоять! Во сколько вы с Апшерона вышли? – Да мы это… Короче, движок у баркаса совсем плохой. Мы на обратном пути опять его чинили. – Идиоты! Вон отсюда! Информация, конечно, так… Вилами на воде. Но все сходится вроде бы. И получается, Алибаба переправился к огнепоклонникам или вчера вечером, или отправится туда сегодня. Уже не перехватишь. Но можно попробовать вытащить его оттуда? * * * – Господин, разреши войти. – Да вошел уже, что спрашиваешь? Не иначе как с новостями? Глаза у Амира были словно две ледышки, но Максуду под этим взглядом стало жарко. – С новостями. От Туранчокса. – И что наш друг вынюхал? – Али и его семья у огнепоклонников. – Это точно? Информация, спрашиваю, точная? – Не знаю. Туранчокс имен не называет. – Что дословно сказал, повтори! – «На “Арменикенде” отправляют к огнепоклонникам мужа, жену и девочку». Как-то так. – Похоже, что наши. А если это отвлекающий маневр? А? – Не знаю, господин. – Да что ты вообще знаешь? Надо было тут же перехватить их! А вы опять прошляпили! – Информация пришла поздно, они уже ушли, господин. – Тогда убирайся, чего стоишь? * * * Максуд ушел, и Амир вздохнул с облегчением: ему удалось сдержаться. Кьяра в чем-то права, надо следить за собой. Мало того, что гнев – плохой помощник, так еще, чего доброго, сочтут параноиком, сумасшедшим. Этого ему сейчас только и не хватало. – Что будем делать? Женщина отодвинула штору, зашла в ту часть их жилища, которая использовалась Амиром как кабинет. – Слышала? – Конечно. – А ты бы что посоветовала? – Мой совет тебе не понравится. Я бы плюнула на все. Просто я устала от этого. – Ты ошибаешься, мудрая моя жена, – Амир прижал Кьяру к себе, зарылся лицом в складки халата, – твой совет мне нравится. Но я не приму его. Предавший единожды предаст и еще. Что, жить на пороховой бочке лучше? Женщина освободилась из его объятий, села напротив. – Ты прав. Решил, что будешь делать? – Пока нет. Мысль одна есть… У всякого есть «мягкое место», за которое пощекотать можно. Главное – отыскать его, верно? Кьяра понимающе улыбнулась. – Кажется, я понимаю, что ты задумал. – Тогда нечего титьки мять, садись, пиши! У тебя почерк хороший. * * * Караван уже готовился отбыть в сторону Сураханов, когда к его начальнику подбежал мальчишка из тех, что вечно отираются на базарах и в других людных местах, что-то подворовывают, где-то подрабатывают. – Дядя, тебе письмо, держи. Сунул в руку лист бумаги и растворился, словно и не было. – Вот паршивец! – начальник невольно улыбнулся. Через четыре часа листок лег на стол учителя Фахретддина. * * * Вот уже почти неделя, как Али с семейством обосновался в Атешгяхе. Мехри, да и сам Али очень скоро обнаружили, что в Баку совсем ничего не знают про жителей общины. Говорили, что они нелюдимые, замкнутые, оказалось – все это враки. Тогда Али и Эл проговорили почти до рассвета, вспоминали, рассуждали, делились своими историями. – Знаешь… Помнишь, про Саида рассказывал. – «Стреляли»? Не успел еще забыть, забавно вышло, да. А что? – Понимаешь, чудная с ним история. Он тебе передать велел кое-что. – А сразу почему не сказал? – Да странно как-то, все думал, надо ли? – Раз велел – надо. – «Передай учителю Фахретддину, я не убивал отца и брата». Вот. – Я услышал тебя. – Не хочешь рассказать, что это значит? – Не хочу. Они помолчали. – Солнце встает…