Мертвая бухта

– Мне-то какое дело до ваших семейных проблем? – пожал я плечами. – Вы тут сами разбирайтесь.

– Ты все-таки хочешь уехать?

– Он оставил тебе оружие?

Если у Сальникова здесь хранилась снайперская винтовка, то мог находиться и целый арсенал оружия. Мне он ничего не говорил, но мог поделиться с Мартой. И не только информацией.

– Нет. Но я знаю, где у него пистолет… – мотнула она головой и, немного подумав, добавила: – Если только он его не забрал.

– А ты глянь.

– Ну, хорошо…

Марта зашла в дом и вернулась с пистолетом в руке. Все та же «беретта» – убийственно красивые формы, смертельная гармония в совокупности деталей. И полный магазин патронов. Вряд ли это был тот самый ствол, из которого Сальников расстрелял киллеров. Он, может, и не был подарком для своей жены, но зла ей не желал. Хотя кто его знает…

– Откуда у Семена все это? – спросил я. – А откуда этот дом? Ты не знаешь?

– А-а! – Марта махнула рукой, давая понять, что от правды ей легче не станет. Она любила мужа и готова была принимать его таким, каким он был.

– Стрелять умеешь?

– Да как-то не очень.

– Семен не брал тебя на охоту?

– Нет… – Марта смутилась и поторопилась сменить тему: – Что там у нас на обед?

Я понял причину ее смущения. Сальников никуда не брал ее с собой, сам ездил и на охоту, и в баню – с мужиками, но к бабам. И все потому, что не мог простить ей несуществующую измену. Или у Марты все-таки что-то было с Катышевым? Не зря же она не побоялась встретиться с ним. И он вышел к ней с радостью поклонника. Может, потому Сальников так смело и нажал на спусковой крючок. Приревновал жену и подставил ее под выстрелы.

На обед и вообще у нас оставался батон несвежего хлеба, пачка печенья, банка тушенки, немного масла и колбасы. Пакет риса, полбутылки подсолнечного масла, майонез, кетчуп. Яиц вовсе не осталось.

– Негусто, – подытожила Марта, зайдя в кухню.

– А кто нам помешает съездить за продуктами? – спросил я.

– Прямо сейчас?

– Прямо сейчас.

– А обед?

– Там возле магазина я видел кафе, – вспомнил я.

– Ну, хорошо.

В дом Марта поспешила с затаенной радостью девушки, которой мама вдруг разрешила отправиться на свидание с одноклассником. Быстро собралась, села в машину.

Я выгнал свой «Паджеро», закрыл ворота, вернулся в машину и, стронув ее с места, весело проговорил:

– Похулиганим?

– Хочешь позлить Семена? – озорно улыбнулась Марта.

– А ты?

– Хочу, – сказала она и закрыла глаза, как это делают перед тем, как прыгнуть в воду, в которой можно или накупаться в удовольствие, или утонуть.

– Как думаешь, он наблюдает за нами? – спросил я.

– Как думаю? Молча думаю, – улыбнулась она.

– Ждет, наверное, когда мы согрешим.

Я бросил взгляд в зеркало заднего вида. За нами никто не ехал, но это ничего не значило. Сальников мог поставить машину на «прослушку», может, где-то под сиденьем таится «жучок». И в доме могли быть «клопы», и на «кухне». Сальников и сам по себе хитрый жук.

– Он всегда этого ждал.

– Не доверял тебе?

– Катышев когда-то был моим парнем. Семен меня отбил.

– Это целая история, – кивнул я.

– Длиною в жизнь… Длиною в мою семейную жизнь…


– Непростая история.

– Илья пахал землю, а Семен искал легких денег… Ты должен понимать, что это значит.

Я выразительно промолчал. Семен стрелял хорошо не только из ружья, пистолетом он владел, как виртуозный скрипач смычком. Возможно, какое-то время он даже бандитствовал, убивал людей. Мне действительно не следовало лезть в подробности.

– Семена хотели посадить, – продолжала Марта. – Он сидел под следствием, а Илья его выкупил. И с бизнесом помог… Семен, конечно, подумал, что все это не просто так.

– А это был просто благородный жест.

– Благородный. Но не просто… Илья действительно приставал ко мне, – тихо сказала Марта.

– Но ничего не было?

– Ничего! – Она глянула на меня так, как будто я издевался над ней.

– А Семен тебе не поверил.

– Не поверил. И с тех пор постоянно следил за мной. Все хотел поймать на измене.

– Это уже паранойя.

– Боюсь, что так оно и есть. Боюсь, что Семен для того и умер, чтобы посмотреть, как я поведу себя без него.

– Это уже паранойя в квадрате.

– Он думал, что я закручу любовь с Катышевым.

– Поэтому и не убил его сразу.

– Катышев действительно хотел расправиться с ним?

– Не знаю… Но основания у него были.

– Ты?

– Тина.

– Тина? – Я не впервые слышал это имя.

– Жена Катышева… Семен переспал с ней. Назло Илье. – Марта опустила голову еще ниже. – Илья не мог ему этого простить.

– И ты это знала?

– Да, Семен мне рассказал… Хотел, чтобы я разозлилась… Хотел, чтобы я во всем призналась. Но мне не в чем было признаваться. Я не изменяла ему с Катышевым…

– Ты говорила, что причиной конфликта была конкуренция.

– И не только.

– Семен заплатил Катышеву большие деньги.

– Боюсь, что эти деньги ушли на все это, – вяло махнула рукой за спину Марта.

Я кивнул, разделяя ее опасения. Сальников действительно мог объегорить жену. Вывести деньги из бизнеса, подготовить соломку под задницу. Тайной недвижимостью обзавелся, транспортом, оружие закупил. И еще уйма денег могла уйти на баб…

– Я боюсь, что Семен мог уехать к Тине, – тихо добавила она.

– Сейчас?

– Ты, наверное, хочешь спросить, как я могу это терпеть? – спросила Марта, с горечью насмехаясь над собой.

– Да уж.

– Дело в том, что я любила его… И этот год был чуть ли не самым счастливым в моей жизни.

– Дела! – невольно вырвалось у меня.

– Весь этот год он принадлежал только мне.

Я ничего не сказал, хотя мог с этим поспорить.

– Во всяком случае, я так думала, – добавила Марта.