Мелодия для саксофона
Часть 7 из 62 Информация о книге
– А Инессе он звонил? – Не знаю, дочка ничего об этом мне не говорила. А я не спрашивала. – Почему? – Посчитала неудобным. – Дорин знал о деньгах? – Сомневаюсь. Скорее всего, нет. Он ведь не общался с нашими соседями. – Поговорить с женихом Инессы он тоже не пытался? – Думаю, что нет. Впрочем, я даже уверена в этом. Уж о стычке между Дориным и Глебом она бы мне обязательно рассказала. – А деньги на свадьбу копили только вы? Или родители Глеба тоже? – Они тоже, да и Глеб неплохо зарабатывает. «Ага, копили обе стороны, – подумал Наполеонов, – но те, видимо, не рассказывали о деньгах всему свету». Он вздохнул и отпустил Антонину Георгиевну восвояси. «Самое паршивое в этой истории с пропавшими деньгами, – думал Наполеонов, – что соседи могли рассказать об этом своим родным и знакомым, которые вовсе и не живут ни в одном подъезде с Бессоновыми, ни даже в одном доме». В кабинет постучали. – Войдите. Дверь приоткрылась, и вошёл старший лейтенант Аветик Григорян. – Александр Романович, – сказал он, – у нас тут новые свидетели появились. – Какие свидетели? Почему я о них до сих пор ничего не знаю? Глаза Аветика, напоминающие цветом чернослив, загадочно сверкнули: – Так никто не знал. А сегодня я пошёл поговорить с Иваном Бобылёвым. – С Бобылёвым? – начал припоминать Наполеонов. – Ну, у него ещё собаку зовут Емельяном! – Ах, да! И что Бобылёв? Видел кого-то? – Сам он никого не видел. Но сказал, что в тот день мальчишки на площадке, что напротив дома, играли в бадминтон. Я и подумал, что они могли что-то видеть. – Ты их всех опросил? – Вроде да… – И что они сказали? – Сказали, что были заняты игрой и не смотрели на двери подъезда, так что не знают, кто туда входил, кто выходил. – Значит, пусто? – Не совсем. Слесаря заметили трое, двое видели разносчика пиццы, один – почтальона, ещё двоим показалось, что входил туда мужчина, кто это, они не знают, и одна женщина. – Тоже неизвестная? – Типа того. – Придётся пока отработать почтальона и разносчика пиццы. Ты узнал, к кому они приходили? – Пиццу приносили в двенадцатую квартиру, а почтальон приходил ни к кому. – Как это? – Видимо, просто разбросал по ящикам почту или рекламу. – Надо узнать в почтовом отделении, кто и зачем. – Узнаем, – флегматично согласился Аветик. Наполеонов понимал, что молодого оперативника не слишком вдохновляет посещение почтового отделения и пиццерии. Но выбирать в их работе не приходится. Всю подноготную Михаила Тимофеевича Галушкина он поручил разузнать Ринату Ахметову, и тот пообещал заняться этим завтра с утра. Сам же Наполеонов решил встретиться с Инессой Бессоновой и, не откладывая, позвонил ей по телефону. Но Инесса попросила его перенести встречу на завтра, так как сегодня мама задержится на работе, и ей нужно успеть приготовить еду для всей семьи и посидеть с больным отцом. – Разве Аркадию Семёновичу не стало лучше? – Увы, после похорон бабушки он опять свалился, – вздохнула девушка. – Ну, что ж, до завтра. – Приходите, пожалуйста, к университету, я спущусь после занятий, и мы поговорим. Глава 4 Лимонный свет октябрьского рассвета лился сквозь ветви ещё не только не сбросивших листву, но и не пожелтевших пирамидальных китайских тополей. И если бы не эта бледная лимонность, перешедшая в серебро, можно было бы подумать, что в наших краях задержалось лето. Но, увы… Оперуполномоченный Аветик Григорян очень любил лето, но и не особо расстраивался, если на улице было другое время года. Тем более что рутинной работы каждый день было так много, что времени на переживания практически не оставалось. А то, что оставалось, он в основном тратил на своё хобби – разгадывания кроссвордов. Вот и сегодня сразу после завтрака, набросив ветровку, Аветик поспешил в почтовое отделение, благо оно открывалось рано. Заведующая отделением внимательно выслушала его, посмотрела график и пригласила к себе полную пожилую женщину с круглым лицом и очками на носу. – Людмила Ивановна, вот молодой человек из полиции интересуется… – Наверное, товарищ из полиции хочет узнать, – перебила женщина своего начальника, – не видела ли я чего-нибудь подозрительного в доме, где убили Самсонову? – Вы её знали? – быстро спросил Аветик. – Да, Екатерина Терентьевна часто бывала у дочери, брала почту и заказные письма я ей под роспись оставляла. – Так вы заметили что-нибудь подозрительное в то утро? – К сожалению, нет. Но там перед домом на площадке играли мальчики, может, они что-то заметили? – Они заметили вас, – вздохнул Аветик. – Но вы ведь не думаете, что это я убила Екатерину Терентьевну? – К сожалению, нет, – вырвалось у Аветика. – Почему же, к сожалению? – удивилась почтальон. – Это я так, к слову, – смутился оперативник, – спасибо вам, Людмила Ивановна. – Не за что, – ответила женщина. И тут Аветик заметил её сильно отекшие ноги. Теперь он понял, почему женщина даже на низком каблуке передвигалась тяжёлой походкой. Проследив за взглядом оперативника, заведующая после ухода почтальона пояснила: – Варикоз у неё. А тут ещё больше чем полдня на ногах. Аветик сочувственно кивнул и покинул помещение почты. До пиццерии он проехал две остановки на автобусе и, зайдя в кабинет к администратору, попытался выяснить, кто в тот день разносил пиццу. Сделать ему это, несмотря на предъявление удостоверения, удалось далеко не сразу. Администратор отправил его в отдел приёма заказов. Молодой человек встретил Аветика нерадостно, буркнув: – Жаловаться пришли? Григорян сунул ему под нос удостоверение и объяснил, что хочет поговорить с разносчиком, который работал, он назвал число и район.