Консервация ненависти

– Нет, а что? Хочешь пристроить кого-нибудь в правительство области, ведь Термилов теперь ваш губернатор?

– Мне некого пристраивать, а вот губернатор мог бы оказать нам весьма ценную помощь.

– В чем?

– В отработке той же карты.

– И каким это образом? – улыбнулся Губарь.

– По-тихому архивы не посмотришь, а что-то мне подсказывает, карта, которую видела Нада, из архива Переслава. Если это так, значит, кто-то из работников архива повязан с бандитами или куплен ими. Не исключено, что этот кто-то должен предупредить Мадьяра, если появится еще один любитель старины. Проверка же комиссии правительства области подозрения не вызовет.

– Ну, с чего ты взял, что карта, или еще неизвестно что, лежавшее перед главарем банды, имеет отношение к Переславу? – покачал головой генерал.

– С того, что Нада не стала бы говорить о такой мелочи.

– С Термиловым у меня и раньше, как знаешь, отношения не совсем хорошие были. Когда я пошел на повышение, он как-то звонил мне, а потом сам рванул вверх. Теперь он губернатор. И нам, из-за кого в свое время чуть было не лишился должности, он помогать не будет. Особенно, узнав, что ты вернулся на службу. В тебе он видит причину своих проблем.

– Но сколько времени прошло!

– А для него это не имеет значения. Ты подставил его, пусть и не по своей воле, пусть в боевой обстановке, когда ситуация сложилась критическая, но подставил. Термилов этого не забыл.

– Значит, придется рассчитывать на свои силы?

– Считаю, что тебе следует оставить эту идею. Выйдем на банду, посмотрим за ней, поймем, что, где и когда Мадьяр собирается сделать.

– Но зачем он выставляет карту? Зачем обозначает Переслав как свою цель? Зачем делает наводку, что террористический акт будет проведен в месте наибольшего скопления людей? А это либо гипермаркет, либо концертный зал, либо спортивное сооружение во время крупных соревнований. Он специально наводит нас на цель. Зачем ему это надо? Решил взбодриться? Поиграть с нами хочет перед тем, как свалить за бугор? Нет! Мадьяр волчара матерый, он не станет заниматься ерундой. Он должен работать серьезно. А тут какая-то хрень вырисовывается.

– Так, может, поговорить с Надой по-другому да вывести ее на чистую воду?

– Она используется как пешка, передает то, что велено. Уверен, настоящих планов террористов она не знает, иначе ее не подставили бы нам. Мадьяр прекрасно осведомлен, что спецслужбы вполне могут просчитать подставу и имеют на вооружении достаточно средств, чтобы заставить кого угодно говорить правду. Поэтому Нада о замыслах бандитов не знает. Да, она работает на «духов», но в качестве марионетки. Ее принесли в жертву, но перед этим заставили сбросить нам «дезу».

– Ты говоришь, «нам». Думаешь, Мадьяр в курсе, что им займется управление, возглавляемое мной?

– Вряд ли. Просто он работает против нас, в смысле, против спецслужб, против всех.

– Ладно. Попробуй найти подход к архивам. Не получится, я организую проверку из Москвы.

– Понял.

– Сейчас надо обнаружить банду и установить над ней контроль. Главное – не опоздать.

Бакаров пожал руку генералу, двинулся к выходу, но у тамбура вдруг остановился и спросил:

– Скажите, Борис Викторович, а в террористических актах, в которых подозревается банда Мадьяра, снайпер проявлялся?

– Насколько мне известно, один-единственный раз, когда был убит крупный предприниматель, после чего всеми его активами завладел компаньон. А компаньона примерно через неделю взорвали в машине с охраной. Когда же коснулись активов, то они оказались переданными иностранному бизнесмену. В итоге он ничего не получил, кроме проблем, а деньги за продажу ушли в неизвестность.

– В проведении этой акции тоже подозревается Мадьяр?

– Да. Где-то за неделю до убийства с российским предпринимателем встречался Рэм Кунич. Это установлено точно. И он представлялся доверенным лицом иностранного бизнесмена.

– Снайпер стрелял с дальней дистанции?

– С максимально дальней. Стрелял профи. А что?

– Вы забыли, что в отряде лучшим стрелком по дальним целям был Штеба?

– А ведь точно. Честно говоря, не думал об этом.

– Но Мадьяр устроил кровавый спектакль с переходом Штебы в банду не для того, чтобы тот произвел один-единственный выстрел. А если учесть, что в банде появилась Линда Карс, судя по всему, тоже снайпер, то намерение Мадьяра подорвать какое-то нужное место становится не очевидным и объясняет, почему он подставляет нам Наду.

– Возможно, ты и прав, что на данный момент ничего не меняет. Я имею в виду общую задачу групп. Надо найти банду.

– Да, командир!

– Удачи и до связи!

– До свидания.






Глава восьмая




В десяти километрах от города спецтелефон Бакарова сработал сигналом вызова.

– Да?! – ответил Павел.

– Товарищ майор, капитан Васильев.

– Слушаю тебя, Юра.

– У нас есть первые результаты. Считаю, вы должны знать о них.

– Как понимаю, это не телефонный разговор?

– Так точно. Я нахожусь на конспиративной квартире.

– Понял, где-то минут через двадцать буду.

– Принял. Жду.

– Давай.

Бакаров отключил телефон, положил его на переднее сиденье. Впереди был пост ДПС. Павел надеялся проехать его без задержки, но из-за фуры неожиданно появился полицейский, сделал отмашку жезлом, пришлось остановиться.

Встав перед автопоездом, Бакаров прикурил сигарету.

Полицейский ждал у кабины грузовика.

Павел усмехнулся – придется подойти, господин сержант, привыкли, черт бы вас побрал, чтобы к вам шли с поклоном.

Полицейский, поняв, что водитель «Форда» не выйдет из салона, нахмурившись, подошел сам, представился:

– Инспектор ДПС сержант Лупчин. Предъявите документы.

– А что, собственно, я нарушил?

– Не надо лишних разговоров, достали документы – и из машины.

– Ух ты, какой грозный полицейский!

– Вы не поняли? – повысил голос инспектор.

– Не кричи, сержант, так за день голос посадишь.

Бакаров достал удостоверение офицера антитеррористического Центра и удостоверение на право управления транспортным средством.

– Пожалуйста, господин грозный инспектор.

Взглянув в удостоверение личности офицера спецслужбы, сержант тут же сбавил тон:

– Извините, товарищ майор.

– А почему грубо с людьми обращаетесь, сержант?

– Виноват, но за дежурство так намаешься, что под вечер крыша едет. Ведь попадаются такие типы, ты ему…

– Это не оправдание. Ладно, я могу ехать?

– Конечно!

– Без документов?

– Извините, – спохватился сержант и вернул Бакарову удостоверение.

В 18.40, оставив автомобиль в тупике у школы, Павел прошел к дому пятнадцать по улице Буйко. Поднялся на второй этаж, нажал кнопку звонка квартиры номер пять. Дверь тут же открылась, хотя Бакаров заметил, что в «глазок» никто не смотрел.

– Привет, Юра.

– Здравия желаю, товарищ майор.

– А что это ты открываешь дверь, не зная, кто пришел?