Конец крымской орды

– Да, сделаю, Михайло. Осип меня через Ризвана найдет?

– Через Ризвана, его сына либо племянника.

– Хорошо.

Курбан проводил Бордака, развернулся и погнал коня по пустой улице.

Михайло же спустя малое время уже спал в комнате пристройки. Задание он выполнил. Теперь ему предстоял долгий и небезопасный путь домой.



Наутро Бордак начал сборы. Он дал денег Ризвану, тот послал племянника на рынок за провизией. Парень набрал две сумы.

Ближе к полудню царский посланник попросил Алима выйти к подворью русского посольства.

В городе молодой человек пробыл недолго, вскоре вернулся и доложил:

– Я все сделал, Михайло. Твой друг видел меня. Даже рукой махнул.

– Значит, вечером должен подъехать. Ты встретишь его?

– За садом?

– Да.

– Конечно, встречу. Мне нетрудно.

– Хорошо. Я отблагодарю тебя.

– Опять! – заявил племянник хозяина дома. – Я ведь уже не раз говорил об этом.

– Не противься, иди, занимайся своими делами. После вечерней молитвы вместе пойдем в сад.

– Ты дяде только скажи, что я с тобой буду.

– Скажу.

После заката солнца Бордак поужинал вместе с Ризваном, ушел с Алимом в сад и ждал на топчане.

С наступлением темноты он услышал за спиной голос Тугая:

– Приветствую тебя, Михайло.

– И я тебя.

– Я постою в стороне, погляжу, чтобы никто сюда не влез, – сказал Алим.

– Да, – ответил Бордак и спросил у друга: – Ты уверен, что за тобой не увязались люди наместника?

– Уверен. Не задавай, Михайло, таких вопросов. Я не первый год здесь.

– Это так, но и Кафа теперь не та, что была год назад.

– Я пришел один, без сопровождения. Удастся ли так же незаметно вернуться, не знаю, но это уже будет не столь важно. У меня есть чем объяснить свое отсутствие на посольском подворье.

– Хорошо. Тогда садись и слушай.

Тугай присел. Бордак довел до него, о чем договорился с Азатом.

Осип выслушал его, кивнул и сказал:

– Добро, сделаю, если до того меня самого не отправят на Москву или не закроют в подземелье вместе со всем посольством.

– Нет, до окончания похода Девлет посольство не тронет.

– Тогда Москва получит нужные данные. Но я должен буду заплатить мурзе Азату.

– Я оставлю Ризвану то серебро, которое получил от тебя. Его и отдашь.

– Не много ли будет?

– Судьба нашей земли стоит гораздо дороже.

– Да. Я все понял, Михайло. Ты завтра уезжаешь?


– На рассвете. Так что больше не высматривай на улице племянника Ризвана.

– Уразумел. Счастливого тебе пути.

– А тебе и всем нашим удачи и терпения здесь.

Они обнялись, и Тугай ушел.

На утренней заре, как только забрезжило на востоке, боярин и воевода Михайло Алексеевич Бордак попрощался с дружелюбными людьми, приютившими его, и отправился обратно домой. Он держал в голове то, что узнал в Крыму, полностью исполнил задание царя. Теперь ему оставалось всего лишь добраться до Москвы.





Глава 4




В конце сентября Бордак наконец-то добрался до русской столицы и удивился ее преображению. Он понимал, что государь должен был быстро восстановить Москву, но терзался сомнениями. Получится ли? Эти мысли порождала чума, захлестнувшая многие земли России, засуха, а более всего – подавленное состояние людей, выживших, но потерявших многих своих родных и близких.

Однако вся Москва стала одной строительной площадкой. Повсюду бревна, камень, песок, ватаги работников.

К одной из них и подъехал Бордак. Старший строителей увидел его, оторвался от своего дела, вымыл руки в кадке, стоявшей поблизости, отряхнулся.

– Приветствую тебя, добрый человек, – сказал ему Бордак.

– И тебя приветствую. Чего подъехал?

– Да вот не было меня в городе почитай полтора месяца. Вижу, как быстро строится Москва.

– Как же ей не строиться-то? Не лежать же столице в руинах.

– По говору заметно, что не местный ты.

– Не местный, – подтвердил старший ватаги. – Вологодские мы.

– Слышу, окаешь.

– Бывал на Вологде?

– Я много где бывал. Царь вас сюда прислал?

– Люди его нам сказали, что Москву подымать надо. Снялись мы с насиженного места, поехали. Городской голова вот тут нас поставил, велел поднимать дома по улице. С нами тут еще пять таких ватаг.

– Не знаешь, на Варварке тоже строят?

– Повсюду строят. Ты с той улицы, что ли?

– Да.

– Я слыхал, там много знати московской жило.

– Я боярин.

– Вон как! – удивился строитель. – Глядя на тебя, и не подумаешь. Видали мы тут бояр да князей, которые в пожар из города ушли, а потом вернулись. Те важные такие, холопы с ними. Ты не похож на боярина, уж извиняй, коли обидел.

– Не обидел. Ладно, трудитесь. После работ на Москве останетесь?

– Думаю, да, в нашем селе дела нет, а тут его вон сколько. Да и легче, что и говорить, на Москве жить. Тут прокормиться можно. А восстановится столица быстро. К первым морозам ты ее вообще не узнаешь.

– Поехал я. Погляжу на то, что от моего подворья осталось.

– Угу. Посмотри, но там тоже наверняка люди работают.

– Не слыхал, царь на Москве теперь?

– Люди говорят, что тут. В Кремле. Опричный двор сгорел, его не восстанавливают.

– Почему так?

– А я знаю? У нас свои дела.

– Понятно. Удачи тебе, работник.