Книжный ниндзя

– Кэт, ты тут? – Клод пересек магазин и бесцеремонно бросил большой букет вязаных красных роз на стол. Он только что вернулся с работы в юридической фирме и собирался втиснуть в остаток дня ведение счетов магазина.

– Это для кого? – Кэт встала, роняя на пол куски яичной скорлупы.

– Для тебя, глупышка. – Клод чмокнул ее в щеку. – С годовщиной.

– О, конечно. С годовщиной! – Кэт дотянулась через стойку и торопливо одарила мужа еще одним поцелуем.

Великолепно выточенное лицо Клода исказилось, как будто в него выстрелили.

– Ты забыла, да?

– Конечно, нет, милый, – ухмыльнулась Кэт, явно соврав. Она сдержалась и не стала закатывать глаза в ответ на чрезмерную реакцию мужа.

Фрэнки смерила Кэт и Клода взглядом, пытаясь угадать, что думает ее лучшая подруга. Она знала, что Клод – чувствительная натура, но не реагирует ли он так остро потому, что подозревает что-то по поводу Джина Су? Заметив ее взгляд, Клод фирменным жестом показал ей, что все в порядке. (Они оба использовали для этого не большой палец, а указательный, после жаркой дискуссии о том, что большие пальцы переоценены.) Она улыбнулась, успокаивая себя тем, что Клод ведет себя как обычно, и тихонько ускользнула, пока Кэт и Клод занимались бумагами. Она взяла стопку карточек с отзывами, которые писали они с Кэт, и прошла в отдел бестселлеров в передней части магазина. Пока она спаривала отзывы с книгами, ее мысли снова направились туда, где они так часто оказывались: к Эдсу.

Они ехали в Тасманию, на ультрабогемную свадьбу друзей, которая проходила на винодельне. Они были вместе около восьми месяцев; то время в отношениях, когда их больше не сковывал страх неизвестного, и двигались прямиком к медовому месяцу. Они были влюблены друг в друга, и даже самые обыденные вещи, такие как обед в самолете рядом с мужчиной с поразительно резким запахом тела, казались экзотическим приключением.

– Будьте добры, два бокала вашего лучшего красного! – воскликнул Эдс, целуя Фрэнки в щеку.

Они прижимались друг к другу, жевали сыр и крекеры и глотали кислое вино. Фрэнки обожала то, как Эдс умел быть спонтанным, эмоциональным и совершенно не сдерживал себя. Не было таких крутых кафе и настолько переполненных самолетов, которые смогли бы помешать Эдсу оставаться самим собой.

– Ты знаешь, что я тебя люблю, Фрэнки Роуз? – Нежно обхватив ее лицо, Эдс поцеловал ее. Даже дыша сырным запахом, он был невероятно сексуален.

– Фрэнки, Фрэнки, Фрэнки! Есть кто дома?

Кэт трясла подругу, пока она не вынырнула из фантазий. Улыбнувшись, Кэт похлопала ее по спине и плюхнулась в плюшевое кресло в детском уголке, возвращаясь к «Лили и осьминогу».

Фрэнки оставила подругу утешаться словами Стивена Роули и вернулась на свой пост за стойкой магазина. Приступая к ответам на накопившиеся электронные письма, Фрэнки почувствовала в заднем кармане знакомую вибрацию телефона. Не колеблясь, она выхватила его и увидела, что ее ждет новый имейл. Ее охватила волна восторга.

Первый ответ!





Глава 7




От: Эшли Вудхаус

Кому: Скарлетт О’

Тема: Мне попалась ваша книга, мисс О’

Потрясающе. Моей любимой романтической линией всегда были Гэтсби и Дейзи, но то, как Энн Эллиот и капитан Уэнтворт находят друг друга много лет спустя… У меня от этого просто перехватило дыхание. Спасибо, что познакомили меня с «Доводами рассудка», Скарлетт. Похоже, нас объединяет любовь к хорошим книгам.

Надо признать, что до последнего меня переполняли сомнения по поводу того, отправлять ли это письмо. В конце концов, откуда мне знать: может, вы – серийный убийца? Но потом логика победила: разве серийный убийца может любить Джейн Остин? Такого не бывает. Поэтому вот я, перед вами, прошу незнакомку, чья книга мне попалась в поезде, о свидании.

Наверное, мне стоит рассказать вам немного о себе. Я три недели как из Великобритании, из Оксфорда, а здесь меня ждет новая работа. У меня (пока) нет друзей в Австралии, кроме шотландского терьера по имени Беатрис, проведшего две недели в карантине, чтобы попасть в страну. Пока ей здесь не нравится. Она скучает по холоду и по моей матери. Меня же радует, что и то и другое осталось далеко. Если вы захотите стать моим первым другом среди людей в Мельбурне, лучше поторопитесь. На следующей неделе я начинаю волонтерить в «Линии жизни»; на анкете написано, что они гарантируют: там я «найду друзей на всю жизнь».

Так что, если вас это не пугает, не хотите ли выпить со мной в пятницу, скажем, в 6 вечера, в «1806»? («Гугл» мне его посоветовал в ответ на запрос «хорошие коктейльные бары в Мельбурне». Я – настоящий турист!)



Со всей искренностью,

Эшли Вудхаус,

ведущий архитектор

JFC Architects



P. S. Если окажетесь серийным убийцей, не страшно. Но если вы не любите собак, то мне придется отказаться.



От: Скарлетт О’

Кому: Эшли Вудхаус


Тема: Re: Мне попалась ваша книга, мисс О’

Дорогой Эшли Вудхаус, ведущий архитектор JFC Architects,

я так рада, что смогла познакомить вас с магией «Доводов рассудка». С удовольствием выпью с вами в пятницу вечером в «1806». У «Гугл» отличный вкус.

Должна признаться, что мое настоящее имя – Фрэнки Роуз. Скарлетт О’ – это псевдоним из «Унесенных ветром», чтобы не раскрывать моей личности перед серийными убийцами. (К слову, к их числу я не принадлежу.)

Кличка вашей собаки, Беатрис, звучит очаровательно. Я выросла с тремя таксами, их зовут Сосиска, Колбаска и Котлетка, и я очень люблю собак.

До встречи в пятницу.

Фрэнки х



От: Эшли Вудхаус

Кому: Скарлетт О’

Тема: Re: Re: Мне попалась ваша книга, мисс О’

Увидимся, Фрэнки х

P. S. Сосиска, Колбаска и Котлетка. Уморительно!



От: Скарлетт О’

Кому: Кэтрин Купер

Тема: FWD: Re: Re: Мне попалась ваша книга, мисс О’

У МЕНЯ СВИДАНИЕ С АРХИТЕКТОРОМ/ВОЛОНТЕРОМ/ЛЮБИТЕЛЕМ СОБАК/ПОКЛОННИКОМ ОСТИН С БРИТАНСКИМ АКЦЕНТОМ!





Глава 8




Натаниэль Готорн, «Алая буква»

Трамвай 86 до Бундора РМИТ через Смит-стрит

Она не могла выбросить «поцелуй в поезде» из головы. Чем больше Фрэнки думала о той романтической встрече, тем больше сердилась на себя за то, что не попросила у Эдварда Каллена номер телефона и даже не спросила, как его зовут.

Зазвенел колокольчик у входа, и Кэт с Фрэнки автоматически подняли головы навстречу сияющему Себу. Он с улыбкой двинулся к ним. Его огненно-рыжие волосы развевались, зеленые глаза сверкали, словно говорили Фрэнки: «Прошу, забудь о разнице в одиннадцать лет между нами, о том, что у меня все еще есть прыщи и не растет борода… и будь моей!».

– Политическая сатира! – крикнули обе девушки; Фрэнки обогнала Кэт на долю секунды.

Кэт застонала.

– Себастиан, ты все портишь, – мрачно проворчала она, резко открывая бумажник и вручая Фрэнки пять долларов.

Себ подошел к стойке и продемонстрировал в ухмылке металлические брекеты:

– Как делишки, красотка? – поинтересовался он у Фрэнки, играя бровями.

– Себ! Что ты тут делаешь? Разве ты не должен быть в школе? – Фрэнки перегнулась через стойку, чтобы ущипнуть его за щеки.

– Я прогуливаю, – пожал он плечами как ни в чем не бывало.

Фрэнки и Кэт закатили глаза.

– К тому же я слышал, что сегодня должна зайти Путу, – ухмыльнулся он.

Отношения Путу, мамы Фрэнки, с Себом Фрэнки считала выходящими за рамки приличий. Они начались с невинной игры в «Слова», но теперь превратились в полномасштабное общение по СМС. Однако Фрэнки была предвзята. В итоге она винила в своих неудачах в любви обоих: и мать, и отца. Они олицетворяли собой все то, что портит брак. Ее мать, Путу, отличалась оглушительной громкостью и неприемлемым поведением. Ее отец, Рудольф, был сдержанным, исключительно вдумчивым и всегда пребывал в тени своей жены. И, конечно, свою роль сыграла история зачатия Фрэнки, которую мать рассказывала всем, кто готов был слушать.

– Дело было тридцать лет назад, когда меня еще звали Элизабет. Прежде чем я сменила имя на Путу после визита в балинезийский ашрам в 1989-м, – всегда начинала Путу, которая никогда не упускала возможность упомянуть свой двухнедельный опыт духовных исканий в духе «Ешь, молись, люби».