Иди и жди морозов

Волкоглазый… ничего не сказал. Он поднялся и поднял ее с земли, а она безвольно повисла на его руках, прижав лоб к недобритой щеке. Кожа мужчины пахла водой, но после первого холодного прикосновения она стала теплой. И живой. Большего девушке не требовалось.

– Зачем ты это делаешь? – спросила она, раскачиваясь в ритме его широких шагов. – Ты убил хранителя. Убил Имира. Убил всех, за кого я переживала, а меня спасаешь. Почему?

– Я убил чудовищ, – холодно ответил он.

Имир – чудовище. У Венды защипало в глазах. С трудом она удержала слезы.

– Ты и сам чудовище, – прошептала она, как ребенок.

Он не ответил, но она услышала предостерегающее рычание. Волкоглазый весь напрягся, и хорошо, что она была не в состоянии видеть его лицо. Но ей было все равно, он мог даже загрызть ее.

– Люди меня линчуют, – сказала она. – Сначала ходячий труп, сейчас утопленник. Это подозрительно.

Она не ожидала ответ, но услышала его.

– Не говори никому, – бросил он холодно.

– Как? – спросила она жалобно. – Они будут его искать. Ярт, Сталла, вся деревня.

– Его уже три дня ищут, – ответил он жестоко.

Она удивленно замолчала.

– Но он… – выдавила она. – Почему они мне не сказали?

– Ты сама должна была знать.

Они вышли из леса у калитки, и мужчина пинком открыл ее, после чего поставил Венду перед дверями.

– Сейчас справишься, – заявил он.

Она кивнула, и снова у нее защипало в глазах. «Если бы я могла повернуться и обнять его крепко, – подумала она с болью в сердце. – Пусть даже и его, но только чтобы он был теплым и живым. Если бы сейчас повернуться…»

Но она не повернулась.

Опустила голову. Открыла двери, тихо вздохнула, переступая порог.

– Не говори никому, – повторил мужчина. – Не загоняй себя на тот свет. Я уже устал нянчиться с тобой.

Она мрачно кивнула, а когда волкар направился в сторону калитки, закрыла за собой двери, оперлась на них спиной и медленно опустилась на пол.

И завыла.

С отчаянием. С жалостью. С чувством утраты и одиночества. Тихо, как раненый зверь.

Снаружи, возле калитки, тот, с волчьими глазами, остановился и минуту колебался. А потом мысленно выругался и быстро двинулся в сторону леса. На озеро. На глубину. Закончить начатое.





* * *


Утром деревня проснулась, не зная, что произошло ночью. Птицы весело щебетали, а солнце пригревало, когда люди приступили к своим каждодневным делам. Белый дым над избами поднимался в небо, и иногда раздавался лай собак.

На мелководье девушки стирали белье. В платьях, так высоко поднятых, что видны были икры и часть бедра. С покрасневшими от напряжения щеками, они били палками рубашки, разложенные на камнях, омываемых водой. Обменивались сплетнями, обсуждали соседей и, естественно, хохотали.

– Но Люс совсем не хочет ее, – Луда, младшая сестра Яды, закончила рассказ с неприкрытой язвительностью.

– Да ты что? – Мирва, дочь кузнеца Здамира, с возмущением вытаращила на нее глаза. – Не хочет Атру? Это невозможно, она самая красивая девушка, какая…

Она не закончила, так как колючий взгляд дочери мельника заставил ее закрыть рот.

– Моя сестра, – Луда повысила голос, – тоже красивая, как и она, и не задирает нос.

– Ты права, – согласилась другая девушка. – Атра продолжает шастать по лесу, неизвестно почему.

Луда перевернула рубашку отца на вторую сторону и начала снова колотить ее палкой, разбрызгивая вокруг воду.

– Так или иначе, Люс поймал венок Яды, и он принадлежит ей, – она вернулась к интересующей их теме. – Воля богов свята, они постоянно нам это повторяют.

Ива, племянница Костьяна, мрачно засмеялась.


– Точно, но если эта воля противна их воле, тогда она становится менее священной.

Ее подружки с пониманием закивали.

– А мне папа говорил, что русалия – всего лишь забава, родители и так про все договорились заранее, – неуверенно вмешалась Мирва.

– Ну конечно, что он еще мог рассказать, если Рестко твой венок поймал, – отрезала безжалостно Луда, а остальные девочки захохотали.

Мирва вспыхнула и пожалела, что вообще заговорила. К счастью, в черную головку Ивы пришла новая мысль.

– А оборотень? Думаете, что Венде его тоже боги задумали?

От удивления Мирва перестала стирать, лишь представив, что это может оказаться правдой. Она подняла глаза и встретилась с такими же перепуганными взглядами остальных девушек. Только Луда пожала плечами.

– От Имира нос воротила, может у нее были какие-то темные делишки с оборотнями. Фу-у, – она сплюнула, а потом добавила: – Хотя Яда говорила, что это хранитель не позволял Венде выходить замуж, наверное, сейчас она не останется старой девой. Это и вовсе мог быть не оборотень.

Стало тихо, и девчата неуверенно переглядывались.

– Ну да, – буркнула, наконец, Ива, выражая то, о чем все думали. – Но это только Венда так говорит.

Луда посмотрела на нее и уже хотела что-то ответить, когда с громким визгом из-за ее спины выскочили четверо парней.

Девушки запищали, когда их начали щипать и брызгаться водой, но они быстро пришли в себя и начали гонять парней мокрым бельем, а иногда и палками, хотя не слишком сильно. Они сразу забыли и про оборотней, и про другие грустные дела. Смех и визг слышался аж на другой стороне озера.

– Рубашка! – закричала Ива, быстрым движением освобождаясь от рук, которые хотели ее схватить. – Уплывает! Рубашка моего отца!

Все еще смеясь, парни кинулись в том направлении, что указывала девушка, и заметили белую рубашку, которую отнесло течением и которая медленно шла на дно озера.

– Сейчас я ее поймаю! – крикнул Ирке, обрызгав всех водой.

Он добыл трофей, только когда зашел в воду по пояс: поднял рубаху отца Ивы над головой и замахал ею.

Вдруг он перестал улыбаться, когда заметил, что стоящие на мелководье парни и девчата вообще не смотрели в его сторону. Он огляделся и заметил что-то странное, плывущее в его направлении, и мурашки побежали по его спине.

– Это труп?.. – доносилось до него с берега.

– Ирке, что это?! Труп? – громко крикнула Луда.

Он кивнул головой и скривился с отвращением. Он никогда в жизни не видел мертвого человека, а тем более утопленника, но чем ближе он подплывал, тем больше казалось, что тут что-то не так. Труп не был распухшим от воды, не был синим, он был зеленоватым. Глаза у него были закрыты, а выражение лица спокойным, словно он не умер, а заснул и ждал пробуждения. Вокруг его шеи намотались водоросли.

Через минуту Ирке сообразил, что петля не выглядела случайной. Кто-то специально скрутил растение в толстую веревку и, скорее всего, задушил парня.

Молодежь на мелководье суетилась от волнения и страха.

– Ирке! – крикнул один из парней. – Не дай ему уплыть!

Ирке выругался под нос.

– Тогда иди сюда и помоги мне! – отозвался он. – И пусть кто-нибудь сбегает в корчму.

Молодые люди неуверенно переглянулись. Никому не хотелось лезть на глубину.

– Зачем в корчму? – спросил Садко, брат Яды и Луды. – Что-то крепкое выпить хочешь?

Труп плыл к Ирке. Парень схватил его за руку, чтобы удержать.

– Это тоже, – буркнул он себе под нос. А громче закричал: – Мы должны сказать, что нашли Имира.





Глава 7. И пусть все зло придет ко мне




Вскоре лето вошло в полную силу. Приближалось равноденствие. Солнце жарило и искрилось на поверхности озера, подкармливало своим светом цветы в деревенских садах. Однако ему не удалось растопить лед, сияющий высоко на скальных пиках или нагреть быстрые горные ручьи.

Венда стояла под огромным дубом, и порыв ветра холодил ее лицо.

Люди медленно поднимались на лесной холм за озером, где небольшая рощица вокруг старого дуба была окружена невысоким каменным забором. Приходили всей семьей, одетые в лучшие одежды. Пересекали границу освященного места и покорно замолкали, сбившись в группки и здороваясь кивком головы. Тут нельзя было разговаривать. Сюда приходили слушать.

Жители долины поглядывали на Венду, стоящую возле старого дерева. Она чувствовала на себе их взгляды. Они смотрели с интересом или со страхом, нетерпением, волнением и надеждой.