Хазарская петля

– Я быстро.

Как только гонец оделся и нагнулся, чтобы взять оружие, Хамзаят сзади рубанул его саблей по голове. Удар был выверенным: начальник нукеров знал, как и куда бить. Тело гонца рухнуло на берег, у самой воды.

Конь шарахнулся было, но Хамзаят поймал его и повел в лес по берегу. Провел саженей пятьдесят, завел глубже и привязал к дереву. Здесь его никто не найдет. Вернулся к телу гонца, осмотрелся. Камня подходящего не было. Начальник нукеров поцокал языком и сбросил убитого в воду. Тело сразу пошло ко дну, сбиваясь по течению.

– Вот и хорошо. До утра далеко унесет. Или затянет куда-нибудь под корягу на корм сомам.

Он забросал песком лужу крови и еще раз осмотрелся. Чему-то ухмыльнулся, вывел своего коня и пошел на юго-восток.

Все это видел дозорный Аркудов Ведан и тут же метнулся в стан полусотни.

Ерга не спал.

– Я, Михай, слышал какой-то шум с вашей стороны, хотел уже идти к дозору.

– Я сам пришел.

– Что случилось?

Старший сторожевого поста поведал об убийстве гонца бележей.

Ерга покачал головой:

– Сами своих же режут… Что такого мог узнать гонец, чего не должен был узнать бек?

– Этого и мы не прознаем никогда. Хотя убийцу еще можно догнать.

– Нет, – запретил вождь аркудов, – пусть идет своей дорогой. Не будем вмешиваться в дела Шамата. Не долго уж ему осталось паскудничать на нашей земле.

– А убийце?

– И убийце, и беку, и всем бележам, что пришли сюда убивать, грабить, насильничать.

– То верно.

– Ты коня, что оставил этот горец, забери и в общий табун определи.

– Сделаю.

– И продолжай наблюдение. Может, еще что интересное увидишь.

– Да, вождь, а ты чего не спишь?

– Пропал сон. Но это мое дело. Ступай, Михай.





Глава восьмая




Второй гонец Адара, доставивший приказ бека сотникам Месиру и Гамизу, подошел к перелазу позже первого. Он подготовил коня, разделся, вошел в воду. Переправился спокойно, не спеша. Он видел какой-то силуэт на южном берегу, но рассматривать не стал. Это не обеспокоило горца, там мог быть только соплеменник. Бай Адар вполне мог послать к реке встречного. Посему гонец не остановился, а продолжил переправу.

Выйдя на берег, увидел, кого не смог рассмотреть ранее.

– Абу Барек?

Воины сотни, что стояла в стане бека, знали всех нукеров.

– Да, это я. Выполнил задание?

Гонец отвязал притороченную к седлу одежду и оружие:

– Знаешь, Абу, о том я буду докладывать баю. Извини, ты здесь ни при чем. И вообще, что ты делаешь на берегу?

– Тебя послали охранять.

– Неужто? Зачем и от кого? Все поляне сидят за стенами своей крепости.

– Да мало ли, лихой человек объявится.


– Странно.

Он начал надевать штаны, когда Барек быстро подошел к нему и полоснул острым тесаком по горлу.

Выпучив глаза, первые мгновения гонец с изумлением смотрел на своего убийцу. Но из безобразной раны толчками хлынула кровь, взор потускнел, и гонец, как был, в одних штанах, упал спиной в воду.

Барек схватил под уздцы коня и всадил ему клинок в шею. Конь дернулся, захрипел, но нукер продолжал делать свое дело. В ход пошла сабля. Два удара по передним ногам, и конь завалился вперед, потом на бок. Его черные глаза удивленно смотрели на Барека. Нукер ударил коня ножом раз, второй, третий. Животное забилось в предсмертных судорогах.

– Вот так. – Абу Барек поднялся с колена. – Странно, говоришь, а ведь и вправду странно. Чего ж тогда не почуял угрозы?

С убитым забот не было. На голову мешок, к ногам камень и – подальше в сторону от перелаза, на глубину. С конем пришлось повозиться, все же туша немалая. Но и сила у нукера была, не напрасно его выбрал Хамзаят. И все одно, пришлось сходить в ближний лесок, срубить жердину. Только с ее помощью удалось столкнуть коня следом за всадником. Оба ушли на дно.

Барек принялся убирать следы. Убедившись, что ни крови, ни следов гонца не осталось, он вскочил в седло и помчался на юго-запад.

Неожиданно прогремел гром, тучи заволокли небо, над дальним лесом сверкнули молнии. Пошел дождь. Это было на руку и начальнику нукеров, и его преданному Бареку. Теперь следов уж точно не останется. Барек достал накидку и, укрывшись ею, спустился в балку. Прошел с версту. Ему пришлось резко остановить коня, так как Хамзаят появился неожиданно и совсем не там, где они договорились.

– Ух, – воскликнул Барек, натянув поводья.

Хамзаят усмехнулся:

– Что, Абу, не ожидал меня тут увидеть?

– Не ожидал, господин.

– Я, как закончил на западе, сразу пошел к месту встречи. Ждать не стал, проехал дальше, отсюда ближе возвращаться в стан. И овраг рядом. Как у тебя дела?

– Порядок, господин. Гонец и конь его на дне Оки. Следов не оставил.

И вновь Хамзаят усмехнулся:

– То понятно, дождь уберет любые следы.

– Я сделал это еще до дождя.

Короткая гроза ушла на север, дождь ослаб.

Хамзаят велел:

– Рассказывай, как убрал гонца.

Барек рассказал, по обычаю бележей сильно преувеличив свои кровавые заслуги. И гонец-де заподозрил неладное, и биться-то с ним пришлось, ножом против сабли, и коня ловить да забивать, потом тащить обоих в сторону перелаза, пускать на глубину…

Хамзаят прекрасно понимал, где правда, а где ложь, но вида не показывал. Пусть нукер выговорится перед тем, как… умереть.

Хамзаят похлопал Барека по плечу:

– Молодец, Абу, я всегда знал, ты не подведешь.

– А мне будет награда, господин?

– Конечно. В таких случаях даже за молчание платят.

– Я не за молчание хочу, и так молчал бы, а за дело.

– И за дело будет. Сейчас и получишь награду.

Держа Барека одной рукой за плечо, другой Хамзаят выхватил кинжал и всадил его точно в сердце нукера. Барек рухнул в траву, забился в судорогах и вскоре затих. Дождь продолжался.

Начальник нукеров мысленно похвалил себя за то, что приехал сюда до того, как начался дождь, и успел выкопать небольшую яму. В нее он и затащил труп Барека. Забросал землей, выровнял. Гроза грохотала где-то далеко на севере.

– Шайтан! – вдруг выругался Хамзаят. – Седло, сбруя, оружие!

Все это надо было засунуть в могилу, но он забыл. Пришлось копать еще одну яму. Наконец, он справился с этой работой, после чего пошел в стан, ведя в поводу коня Барека. На южной стороне Хамзаят отпустил его. Конь радостно поскакал в табун, Хамзаят поехал проверять охранение.

Показавшись дозорным, он вернулся к шатру бека. Но будить его не стал. Зашел перед утренней молитвой.

– Когда ты вернулся? – спросил бек.

– Рано, ты еще спал, господин, я не стал поднимать шума.

– Говори.

– Дело сделано.

– Уверен, что никто не видел?