Глаза дракона
Часть 30 из 40 Информация о книге
«Да. Во сне он смотрел на какую-то блестящую штуку и произносил имя Питера. Я не из тех неженок, что вопят при виде мыши или паука, но от этого сна мне захотелось кричать». Вид у нее был смущенный. «Когда это было?» «Две ночи назад». «А мне это снилось четыре ночи назад. И не думай, что я буду над тобой смеяться и обзывать плаксой-ваксой. Я тоже чуть не заорал». «Эта блестящая вещь… он потом ее погасил. Как ты думаешь, это свеча?» «Нет, сама знаешь, что нет». Она кивнула. «Это что-то гораздо хуже… Знаешь, я, пожалуй, возьму сигару». Она дала ему сигару, и он прикурил от костра. Они сидели молча, глядя, как ветер разносит искры огня, которые гасли, как непонятный блеск в их сне. Вокруг было темно, очень темно. Бен подумал, что снегопад будет сильным. Наоми будто прочитала его мысль: «Похоже, будет буря, какой и старики не помнят. Как думаешь?» «Похоже». Нерешительно, совсем непохоже на свою обычную резкую манеру, она спросила: «Бен, что означает этот сон?» Он покачал головой. «Не знаю. Ясно, что Питер в опасности. Если это означает что-то еще, то мы должны спешить, он взглянул на нее в упор, и ее сердце чуть подпрыгнуло. — Мы можем достичь фермы сегодня?» «Должны. Но никто, кроме Бога, не знает — не сломает ли собака ногу, не нападет ли на нас медведь-шатун из леса. Но если все будет в порядке, мы будем там. Я поменяла всех собак, кроме Фриски, а Фриски не устает. Снег может нас остановить, но, я думаю, он задержится… и чем больше он задержится, тем сильнее в конце концов будет. Но что мы будем там делать, если твой приятель не вернется?» «Не знаю», — Бен вздохнул и потер рукой лоб. Что толку гадать? Пейна отправил Денниса в замок, но как он проникнет туда? И где будет прятаться? «Бен!» «Что?» — ты отвлекся от своих мыслей. «Ты о чем сейчас думал?» «Ни о чем». «Нет, думал! У тебя глаза блестели». «Правда? Должно быть, о пирогах. Ладно, пора спать. Нам нужно тронуться как можно раньше». Но в палатке, подле сладко спящей Наоми, он долго еще не мог уснуть. В замке полно мест, где можно спрятаться. Но два места особенно хороши, и именно там он может скорее всего найти Денниса. Наконец он уснул. И ему приснился Флегг. Глава 95 Питер, как обычно, начал воскресенье с зарядки и молитвы. Он чувствовал себя отлично. Поглядев на небо, он принялся за завтрак. Конечно, с салфеткой. Глава 96 Воскресным днем каждый житель Делейна хотя бы раз в тревоге взглянул на север. Все соглашались, что будет невиданная буря. Тучи сделались тускло-серыми, цвета волчьего меха. Стало теплее, и впервые за недели начали таять сосульки на крышах, но старожилы говорили, что их не одурачишь. Быстро похолодает, и часа через два, самое большее через четыре, пойдет снег. И он будет идти, говорили они, не день и не два. В три часа те фермеры, что еще сберегли свое добро и свои фермы, начали загонять скотину в сараи. Коровы недовольно мычали, они впервые за долгое время смогли извлечь из-под подтаявшего снега прошлогоднюю траву. Постаревший, но еще бодрый в свои семьдесят два, Иосиф распорядился загнать в конюшню королевских лошадей. Женщины, то и дело поглядывая на небо, спешили высушить белье на свежем ветру. Но белье не сохло; воздух был слишком влажным. Все нервничали — и люди, и животные. Пивные были закрыты, долгий опыт научил их владельцев, что при падении барометра посетители становятся раздражительны и драчливы. Делейн ждал бури. Глава 97 Бен и Наоми достигли фермы Пейны к двум часам — в то время Деннис только проснулся на своем ложе из королевских салфеток, а Питер сел за скудный обед. Наоми выглядела очень хорошенькой. Мороз и бег зажгли на ее щеках алые розы; темные волосы выбились из-под капюшона. «Рекордный пробег! — крикнула она, когда сани под тявканье собак влетели во двор фермы. — Мы прибыли на три часа раньше, чем я думала! И ни одна собака не сошла! Молодец, Фриски! Молодец!» Фриски, большая черно-белая лайка с серо-зелеными глазами, шла во главе упряжки. Услышав похвалу, она кинулась на грудь хозяйке, и та, обняв ее, станцевала уморительный вальс. Остальные собаки, тяжело дыша, лежали на земле, но ни Наоми, ни Фриски не выказывали никаких признаков усталости. «Ай, Фриски! Ай, хорошая собака! Мы успели!» «Куда?» — мрачно спросил Бен. Она отпустила Фриски и сердито обернулась к нему… но выражение его лица умерило ее гнев. Он смотрел на дом. Да, они успели, но что их ждало? Пустая ферма; Пейна с Арленом на севере; Деннис — где-то в замке или уже в темнице, если его схватили. Она нерешительно тронула Бена за плечо: «Ничего. Мы сделали все, что могли». «Разве? — он глубоко вздохнул. — Сомневаюсь, — он шел вязаную шапку, и его золотые волосы заблестели в мягком свете дня. — Прости, Наоми. Ты тут ни при чем. Ты со своими собаками сделала чудо. Я просто чувствую себя беспомощным оттого, что не могу им никак помочь». Она поглядела на него и тоже вздохнула. «Ладно, — сказал он, — давай зайдем. Может нам оставили какое-нибудь сообщение. К тому же, пора укрываться от бури». Внутри ничего не было. Обычный фермерский дом, оставленный хозяевами в спешке. После часа поисков Бен уселся рядом с Наоми в гостиной… в том самом кресле, в котором Андерс Пейна слушал невероятную историю Денниса. «Если бы он оставил следы», — проговорил Бен и удивленно поднял голову, увидев расширившиеся глаза Наоми. «Следы есть! — воскликнула она. — Если снег еще немного задержится…» «Ты о чем?» «Фриски! Фриски может найти его! У нее самый чуткий нос, какой я только видела». «Этим следам уже несколько дней, — покачал он головой. — Даже самая чуткая собака в мире…» «Фриски и есть самая чуткая собака в мире! — со смехом перебила Наоми. — И зимой взять след куда легче, чем летом, Бен Стаад. Летом след быстро исчезает — сгнивает, как говорит мой отец, и его покрывают другие следы. Не только людей и зверей, но и трава, теплый ветер, даже текущая вода. Но зимой след остается. Если у нас есть что-нибудь, принадлежащее Деннису…» «А остальные собаки?» «Я оставлю свой спальный мешок вот здесь, — она указала на сарай, — и они будут знать, что я сюда вернусь. Пусть пока бегают вокруг и ловят зайцев». «А за нами не побегут?» «Нет, если я им скажу». «Ты что, умеешь говорить по-собачьи?»