Еще темнее

– Мы с Флинном расходимся во мнении.

– Он сказал, что ты всегда думаешь о себе самое плохое. И я с ним согласна. Он также упомянул про сексуальный садизм – но сказал, что это выбор стиля жизни, а не сфера для работы психиатра. Может, об этом стоит подумать.

Ана, ты не имеешь ни малейшего представления.

Ты никогда не узнаешь глубину моей порочности.

– Так-так: всего один разговор с добрым доктором, и ты уже эксперт.

Она вздыхает.

– Знаешь, если не хочешь слушать, что он мне сказал, то и не спрашивай.

Резонно, мисс Стил.

Грей, хватит рычать на девочку.

Она переключает свое внимание на проезжающие машины.

Проклятье.

– Мне хочется знать, что вы обсуждали.

Я говорю это примирительным тоном; во всяком случае, мне так кажется. Сворачиваю с I-5 и еду прямо на закат, на 85-ю улицу Северо-Запада.

– Он назвал меня твоей любовницей.

– Правда? Что ж, в этом нет ничего предосудительного. Пожалуй, это точное обозначение. Согласна?

– Ты считал своих саб любовницами?

Любовницы? Лейла? Сюзанна? Мэдисон? Я перебираю своих бывших сексуальных рабынь.

– Нет. Они были сексуальными партнершами, – бормочу я с опаской в голосе. – Ты моя единственная любовница. И я хочу, чтобы ты заняла еще более важное место.

– Я знаю. Мне просто надо немного времени, Кристиан. А то у меня голова идет кругом в последние дни.

Я гляжу на нее.

Почему она не сказала этого раньше?

С этим можно жить.

Конечно, я могу дать ей какое-то время.

Я буду ждать столько, сколько ей надо.



Я успокаиваюсь и наслаждаюсь дорогой. Мы едем по пригороду Сиэтла на запад, в сторону залива. По-моему, я выбрал удачное время, и мы увидим закат солнца над Пьюджет-Саундом.

– Куда мы едем? – спрашивает она.

– Сюрприз.

Она удивленно улыбается и отворачивается к окну. Мы проезжаем мимо ухоженных одноэтажных деревянных домов, где дети играют в баскетбол, катаются на велосипедах или бегают по улице. Идиллическую картину дополняют пышные деревья.

Через несколько минут вижу поржавевшие, когда-то белые металлические ворота. Я узнаю их по фотографии, выставленной в Интернете. Подъезжаю и набираю на панели код доступа. Тяжелые ворота со скрежетом распахиваются.

Я смотрю на Ану.

Понравится ли ей это место?

– Что такое? – спрашивает она.

– Некая идея. – Я направляю «Сааб» в ворота.

Подъезд к дому длиннее, чем я думал. По одну сторону дороги тянется цветущий луг. Довольно обширный. Тут можно сделать теннисный корт или баскетбольную площадку – либо то и другое.



– Эй, бро, давай покидаем мяч в корзину.

– Элиот, я читаю.


– Чтением мышцы не накачаешь.

– Отвали.

– Ну, давай, пойдем, покидаем, – хнычет он.

Я неохотно откладываю потрепанного «Оливера Твиста» и выхожу за ним во двор.



Ана с изумлением смотрит на дом в средиземноморском стиле. Я останавливаюсь возле седана «BMW». Дом большой и снаружи действительно импозантный.

Я глушу мотор. Ана ошеломлена.

– Ты постараешься держать сознание открытым? – спрашиваю я.

Она поднимает брови.

– Кристиан, с первого дня нашей встречи мне постоянно требуется открытое сознание.

И мне нечего возразить. Она права. Как всегда.

В просторном вестибюле нас ждет риелтор.

– Мистер Грей. – Она тепло улыбается, и мы обмениваемся рукопожатием.

– Мисс Келли, – отвечаю я.

– Олга Келли, – представляется она Ане.

– Ана Стил, – бормочет Ана в ответ.

Риелтор отходит в сторону. Воздух в доме чуть затхлый, видно, что здесь давно никто не живет. Но я приехал не для того, чтобы любоваться интерьерами. Я уже изучил план этажей и знаю, куда мне идти.

– Пошли.

Беру Ану за руку и веду через арку в еще более просторный холл, а там – мимо величественной лестницы в большой зал, вероятно, когда-то служивший главной гостиной.

На дальней стороне гостиной я вижу несколько раскрытых французских окон, и это хорошо, потому что дом нуждается в свежем воздухе. Еще крепче стиснув руку Аны, вывожу ее через ближайшую дверь на большую каменную террасу.

Вид отсюда ничуть не менее захватывающий и впечатляющий, чем на фото. Залив на закате во всей своей красе! На далеком берегу острова Бейнбридж, там, куда мы ходили в воскресенье, уже мерцают огни, а еще дальше виднеется полуостров Олимпик.

Столько неба и потрясающий закат.

Мы с Аной стоим рука об руку, наслаждаясь восхитительным видом. Лицо Аны сияет. Ей все нравится.

Она поворачивается ко мне:

– Ты привез меня сюда полюбоваться закатом?

Я киваю.

– Кристиан, это умопомрачительно. Спасибо, – говорит она и снова устремляет взгляд на опаловое небо.

– Тебе хотелось бы смотреть на эту картину до конца своих дней? – У меня тревожно колотится сердце.

Это чертовски здорово, Грей.

Она стремительно поворачивает ко мне лицо. На меня смотрят ее удивленные синие глаза.

– Мне всегда хотелось жить на берегу, – объясняю я. – Я хожу под парусом по заливу и с завистью поглядываю на эти дома. Тут давно ничего не выставлялось на продажу. Я хочу купить участок, снести этот дом и построить новый – для нас.

Ее глаза раскрываются еще шире.

– Но это просто моя очередная фантазия, – торопливо шепчу я.

Она оглядывается через плечо на старинную гости-ную.

– Почему ты хочешь его снести?

– Мне хочется жить в более практичном доме, где используются современные экологические технологии. Элиот строит такие дома.

– Можно мы посмотрим дом?