Детектив весеннего настроения

– Ну… возможно, пойду в кино.

– Так я вам и поверил, – проворчал он. – Я должен понять это так: со мной или без меня, но вы с Талызиным все равно встретитесь?

– Рада вашей сообразительности.

– Вам никто не говорил, что милиции надо помогать, а не…

– Что, по-вашему, я делаю?

– Угораздило меня с вами познакомиться, – заворчал Ковалев. – Нажил себе геморрой.

– Да бросьте вы! На самом деле вы меня ждали, – хихикнула я.

Он едва не поперхнулся:

– В каком смысле?

– Расслабьтесь. В фигуральном. Просто я собралась сообщить вам, что я – девушка вашей мечты. Возражения есть?

– Прекратите надо мной издеваться. Я этого не заслужил.

– Извините, – дипломатично сказала я.

– Ваше «извините» – просто следствие хорошего воспитания. Сказали бы просто: иди к черту.

– Напраслину на девушку возводите, – принялась я канючить. – На самом деле я очень рада, что мы встретились. И вы мне нравитесь. Почему бы нам не перейти на «ты», кстати? Самое время, по-моему. Мы уже поучаствовали в драке, нашли труп…

– Твой юмор у меня уже в печенках!

– Привыкай, то ли еще будет.

– Звучит многообещающе. – Он усмехнулся, посмотрел на меня и вдруг рассмеялся. – Сворачивай налево. Знаешь, где улица Михайловская?

– Конечно, там плавательный бассейн. – Я свернула, с любопытством поглядывая на спутника. – Занятно наблюдать на твоем лице борьбу чувств.

– Да? Рад за тебя. А вот мне совсем не занятно. И даже наоборот.

– Брось. Ты не меньше меня хочешь во всем этом поучаствовать. Иначе с самого начала вел бы себя по-другому. Не болтался бы со мной в свой отпуск, а сообщил обо мне куда следует. Ребята из ФСБ быстро бы нашли способ от меня избавиться. К примеру, обнаружили бы у меня оружие и продержали в каталажке до выяснения обстоятельств и просветления мозгов.

– У тебя есть оружие? – испугался он.

– Нет. Главное, что оно есть у них.

– Ну и мнение у тебя об этих ребятах!

– Нормальное мнение. У них с юмором проблемы, а со всем остальным полный порядок.

Мы выехали на Михайловскую.

– Какой номер дома?

– Десять. Вон туда, в арку.

– Надеюсь, парень дома, и мы сможем встретиться.

– Давай договоримся… – начал он вновь беспокоиться, а я лучисто улыбнулась.

– Лучше не надо. Обожаю экспромты. Не злись. На самом деле, стоит мне о чем-то с кем-то договориться, как все летит к чертям. Возьми куртку, она сзади валяется.

Первая удача – домофон в подъезде отсутствовал, на двери был обычный кодовый замок. Ковалев, приглядевшись к нему, нажал три цифры, и дверь открылась. Нужная нам квартира находилась на втором этаже. Меня слегка знобило от волнения, хоть я и скалила зубы. Нашу встречу с господином Талызиным я представляла смутно, но надеялась, что некоторое мое врожденное нахальство не подведет. Глазка на двери не оказалось, и это я тоже сочла удачей. Позвонила, из-за двери послышались шаги, а потом прозвучал женский голос:

– Кто?

– Анатолий дома? – громко спросила я.

Дверь распахнулась. Девица лет двадцати смотрела на меня с любопытством, быстро переходившим в неприязнь.

– А вы кто? – спросила она, переводя взгляд с меня на Ковалева.

Тот легонько ее отодвинул и вошел в квартиру. Я шагнула следом.

– Он у меня куртку оставил, – сообщила я и сунула ей в руки куртку. Спросила сурово: – Его?

– Да… А где оставил-то?


– Он дома?

– Да, спит. А ты кто такая вообще?

– А ты?

– Я жена.

– Так он вроде не женат.

– Мы живем в гражданском браке. – Все еще держа куртку в руках, девица явно прикидывала: сразу мне в физиономию вцепиться или подождать объяснений. – Да кто вы такие? – не выдержала она.

– Я – девушка его мечты, а это мой брат. Где он спит? Если не возражаешь, верну куртку лично ему в руки, чтоб потом не болтал, что я ее заныкала.

Пока девица так и не решила, что ей делать, я направилась в спальню, кивнув Ковалеву:

– Присмотри за дамой.

– Я сейчас закричу, – честно предупредила она.

– Лучше не надо, – мягко ответил Ковалев. Мягко, но убедительно. Когда с тобой говорят таким голосом, как-то сразу начинаешь верить, что орать и вправду ни к чему.

Талызин спал поверх одеяла – без носков и рубашки, но забыв снять джинсы. Помещение не мешало бы проветрить. На наше вторжение парень внимания не обратил. Судя по стойкому запаху перегара, причина такой невнимательности была вполне уважительной. Однако, когда я прилегла рядом с ним на постель, он заворочался. Я ткнула его локтем в бок, он приподнял голову, мутно посмотрел на меня, а я улыбнулась и сказала:

– Привет.

– Привет, – буркнул Талызин, оглядел комнату, перевел взгляд на меня и вновь огляделся. Чувствовалось, что-то в его голове не укладывается. Наконец свое недоумение он смог выразить словами: – Ты здесь откуда?

– Я здесь с улицы.

– А почему?

– Потому что добрая.

– Кто?

– Я. Куртка по тебе скучала и домой просилась, я не могла ей отказать.

– Какая, блин, куртка?

– Твоя.

Он начал приподниматься, но тут в комнату вошел Алексей Дмитриевич. Парень сделал резкое движение, собираясь вскочить, но я ткнула его кулаком в солнечное сплетение, и он опять прилег.

– Где девушка? – спросила я Ковалева с беспокойством.

– Запер в ванной, – ответил он и вздохнул.

– Похвально. Ты знаешь способы втолковать парню, что дурака валять не в его интересах?

– Два десятка, – ухмыльнулся Алексей Дмитриевич и подхватил ремень, который валялся на полу возле кровати. Накинул его на шею парню, лежавшему на животе, и легонько потянул на себя.

– Класс, – кивнула я и наклонилась к самому лицу Талызина.

– Да вы кто, уроды? – возмутился он.

– Неудачная попытка. Соображай быстрее. Я вернула твою куртку, так кто я?

– Дура ты припадочная. Да я тебя… – Он хотел схватить ремень руками, но Ковалев уперся коленом в его спину и предупредил:

– Лучше не рыпайся.

Я уже отметила, Ковалев мог быть очень убедителен. Парень положил руки перед собой и задышал ровнее. Я скомандовала:

– Отвечать на вопросы сразу, без запинки, а главное, без вранья! Зачем вам понадобилась девчонка?

– Какая… – договорить он не успел, дернул головой и захлопал рукой по кровати, как борец, признавая поражение. Ковалев ослабил хватку. – Да мы и знать не знали ни о какой девчонке.

– А чего возле ее квартиры вертелись?

– Ну…

– Попробуй соврать, и станешь инвалидом. У вас пенсия по инвалидности полагается?