Цифровая крепость

— Куда?

— В ее трахнутый Коннектикут. — Двухцветный снова хмыкнул. — Эдди места себе не находит.

— В Коннектикут?

— Я же сказал. Возвращается домой, к мамочке и папочке, в свой пригород. Ей обрыдли ее испанская семейка и местное житье-бытье. Три братца-испанца не спускали с нее глаз. И горячей воды нет.

Беккер почувствовал комок в горле.

— Когда она уезжает?

Двухцветный словно будто только что очнулся.

— Когда? — Он заржал. — Она давно уехала! Отправилась в аэропорт несколько часов назад. Самое место, где толкнуть колечко: богатые туристы и все такое прочее. Как только получит денежки, так и улетит.

Беккер почувствовал тошноту. Это какая-то глупая шутка. Он не находил слов.

— Ты знаешь ее фамилию?

Двухцветный задумался и развел руками.

— Каким рейсом она летит?

— Она сказала, колымагой.

— Колымагой?

— Ну да, это ночной рейс в выходные — Севилья, Мадрид, Ла-Гуардиа. Его так все называют. Им пользуются студенты, потому что билет стоит гроши. Сиди себе в заднем салоне и докуривай окурки.

Хорошенькая картинка. Беккер застонал и провел рукой по волосам.

— Когда он вылетает?

— В два часа ночи по воскресеньям. Она сейчас наверняка уже над Атлантикой.

Беккер взглянул на часы. Час сорок пять ночи. Он в недоумении посмотрел на двухцветного.

— Ты сказал — в два ночи?

Панк кивнул и расхохотался.

— Похоже, ты облажался, приятель.

— Но сейчас только без четверти!

Двухцветный посмотрел на часы Беккера. Его лицо казалось растерянным.

— Обычно я напиваюсь только к четырем! — Он опять засмеялся.

— Как быстрее добраться до аэропорта?

— У входа возьмешь такси.

Беккер вытащил из кармана купюру в тысячу песет и сунул панку в руку.

— Премного благодарен, приятель! — крикнул тот ему вслед. — Увидишь Меган, передавай от меня привет! — Но Беккер уже исчез.

Двуцветный вздохнул и поплелся к танцующим. Он был слишком пьян, чтобы заметить идущего следом за ним человека в очках в тонкой металлической оправе.

Выбравшись наружу, Беккер оглядел стоянку в поисках такси. Ни одной машины. Он подбежал к крепко сбитому охраннику.

— Мне срочно нужно такси!

Охранник покачал головой.

— Demasiado temperano. Слишком рано.

Слишком рано? Беккер беззвучно выругался. Уже два часа утра!

— Pídame uno! Вызовите мне машину!

Мужчина достал мобильник, сказал несколько слов и выключил телефон.

— Veinte minutos, — сказал он.


— Двадцать минут? — переспросил Беккер. — Y el autobus?

Охранник пожал плечами.

— Через сорок пять минут.

Беккер замахал руками. Ну и порядки!

Звук мотора, похожий на визг циркулярной пилы, заставил его повернуться. Парень крупного сложения и прильнувшая к нему сзади девушка въехали на стоянку на стареньком мотоцикле «Веспа-250». Юбка девушки высоко задралась от ветра, но она не обращала на это ни малейшего внимания. Беккер рванулся к ним. «Неужели все это происходит со мной? — подумал он. — Я же терпеть не могу мотоциклы». Он крикнул парню:

— Десять тысяч, если отвезете меня в аэропорт!

Тот даже не повернул головы и выключил двигатель.

— Двадцать тысяч! — крикнул Беккер. — Мне срочно нужно в аэропорт!

Наконец парень посмотрел на него.

— Scusi? — Он оказался итальянцем.

— Aeropórto! Per favore. Sulla Vespa! Venti mille pesete!

Итальянец перевел взгляд на свой маленький потрепанный мотоцикл и засмеялся.

— Venti mille pesete? La Vespa?

— Cinquanta mille! Пятьдесят тысяч! — предложил Беккер. Это почти четыреста долларов.

Итальянец засмеялся. Он явно не верил своим ушам.

— Dov’éla plata? Где деньги?

Беккер достал из кармана пять ассигнаций по десять тысяч песет и протянул мотоциклисту. Итальянец посмотрел на деньги, потом на свою спутницу. Девушка схватила деньги и сунула их в вырез блузки.

— Grazie! — просиял итальянец. Он швырнул Беккеру ключи от «веспы», затем взял свою девушку за руку, и они, смеясь, побежали к зданию клуба.

— Aspetta! — закричал Беккер. — Подождите! Я же просил меня подбросить!





Глава 59




Сьюзан протянула руку, и коммандер Стратмор помог ей подняться по лестнице в помещение шифровалки. А перед глазами у нее стоял образ Фила Чатрукьяна, его искалеченного и обгоревшего тела, распростертого на генераторах, а из головы не выходила мысль о Хейле, притаившемся в лабиринтах шифровалки. Правда открылась со всей очевидностью: Хейл столкнул Чатрукьяна.

Нетвердой походкой Сьюзан подошла к главному выходу — двери, через которую она вошла сюда несколько часов назад. Отчаянное нажатие на кнопки неосвещенной панели ничего не дало: массивная дверь не поддалась. Они в ловушке, шифровалка превратилась в узилище. Купол здания, похожий на спутник, находился в ста девяти ярдах от основного здания АНБ, и попасть туда можно было только через главный вход. Поскольку в шифровалке имелось автономное энергоснабжение, на главный распределительный щит, наверное, даже не поступил сигнал, что здесь произошла авария.

— Основное энергоснабжение вырубилось, — сказал Стратмор, возникший за спиной Сьюзан. — Включилось питание от автономных генераторов.

Это аварийное электропитание в шифровалке было устроено таким образом, чтобы системы охлаждения «ТРАНСТЕКСТА» имели приоритет перед всеми другими системами, в том числе освещением и электронными дверными замками. При этом внезапное отключение электроснабжения не прерывало работу «ТРАНСТЕКСТА» и его фреоновой системы охлаждения. Если бы этого не было, температура от трех миллионов работающих процессоров поднялась бы до недопустимого уровня — скорее всего силиконовые чипы воспламенились бы и расплавились. Поэтому такая перспектива даже не обсуждалась.

Сьюзан старалась сохранять самообладание. Мысли ее по-прежнему возвращались к сотруднику лаборатории систем безопасности, распластавшемуся на генераторах. Она снова прошлась по кнопкам. Они не реагировали.

— Выключите «ТРАНСТЕКСТ»! — потребовала она. Остановка поисков ключа «Цифровой крепости» высвободила бы достаточно энергии для срабатывания дверных замков.

— Успокойся, Сьюзан, — сказал Стратмор, положив руку ей на плечо.

Это умиротворяющее прикосновение вывело Сьюзан из оцепенения. Внезапно она вспомнила, зачем искала Стратмора, и повернулась к нему.

— Коммандер! Северная Дакота — это Грег Хейл!

Сьюзан едва ли не физически ощутила повисшее молчание. Оно показалось ей нескончаемо долгим. Наконец Стратмор заговорил. В его голосе слышалось скорее недоумение, чем шок:

— Что ты имеешь в виду?

— Хейл… — прошептала Сьюзан. — Он и есть Северная Дакота.

Снова последовало молчание: Стратмор размышлял о том, что она сказала.

— «Следопыт»? — Он, похоже, был озадачен. — «Следопыт» вышел на Хейла?