Агент влияния

– И как оно тебе, зеркала?

– Не знаю.

– Мутит?

– Нет.

– Ну и отлично. Каждый следующий переход будет легче. Обратный вообще легкий: нейрологически ты возвращаешься домой.

Дверь открылась. В квартире плакал ребенок.

– Томас, – сказала Рейни. – Я вовремя.

Она вошла и забрала из рук Уилфа красного от ора Томаса.

Верити шагнула следом.

– Верджил о тебе волнуется, – сказал Уилф. – Стоит вернуться поскорей и его успокоить.

Рейни с Томасом была уже на кухне, Томас больше не плакал. В одной руке Рейни держала обтекаемую детскую бутылочку.

– Что мне сделать, чтобы вернуться?

– Сесть на диван, – ответил Уилф. – Закрыть глаза.

– И?

– Открыть их, – сказала Рейни, протягивая Томасу медово-желтую соску бутылочки. – Обратный переход происходит мгновенно. Хорошенько разомнись. Твое тело почти не двигалось все время, что ты была здесь. И не забудь выпить воды, прежде чем пойдешь спать.

Верити глянула на коричневый диван. Потом снова на Уилфа.

– Похоже, я согласилась на план Лоубир. Исчезнуть.

– Знаю, – ответил он.

– Я сюда еще вернусь?

– Очень надеюсь, – сказала Рейни, отрывая взгляд от Томаса. – Было замечательно!

– Спасибо.

Верити села на диван, стараясь устроить чужое тело поудобнее. Быстро оглядела комнату, закрыла глаза.

Шум сан-францисского транспорта, как будто включили рубильник.

Спина немного ныла. Верити открыла глаза.

Верджил смотрел на нее.

– Все в порядке?

Она подняла руку с колен, глянула на свои пальцы, снова на Верджила:

– Вроде да.

– Где ты была?

– Я разговаривала?

– Нет. Сидела неподвижно с тех пор, как я нажал кнопку на шлеме. Я уже волновался.

– Они говорят, это Лондон, только в будущем.

– В будущем.

– Две тысячи сто тридцать шестой, они говорят.

Верджил оттопырил губу.

– Понимаю, – сказала она. – Только это не наше будущее.

– Рад, что ты вернулась.

– Думаешь, я сошла с ума?


– День-два назад я назвал бы сумасшествием то, что твой цифровой помощник отменил нашу сингапурскую сделку. Стетс так и не нашел времени объяснить мне подробности, но, будь это другая контора, полетели бы головы. А теперь он по уши в этой истории с тобой и твоей помощницей, уж кто там она такая. Значит, ты побывала в будущем? Тогда глянь на него. – Дрон стоял у окна, перед задернутой шторой, почти как поставленный в угол школьник. – Будущее, которое тебе показали, было в таком духе?

– Там была квартира, – начала Верити.

– О’кей.

– И вертолет. Но его называли автомобилем.

– Летающий автомобиль?

– Он невидимый.

– Ага.

– Понимаю. Но сверху это правда походило на будущее. Небоскребы, размером с Шард, по сетке, на обоих берегах Темзы.

– Компьютерная игра, – сказал Верджил. – Или, может, шлем что-то делал непосредственно с твоей головой? Нам еще никогда не впаривали путешествие во времени. Вечный двигатель – пару раз, но это отдельный жанр.

– Мне сказали, это вроде как альтернативные временны́е линии. Сними его с меня.

Она указала на шлем. Верджил исполнил просьбу. Верити встала, потянулась, потом сделала наклон, коснувшись руками пальцев ног.

– Мы разговаривали, – произнес мужской голос, – потом ты отключилась. Коннер, помнишь?

Верити выпрямилась, заморгала и глянула на дрона. Тот стоял лицом к ней.

– Зачем ты прижимался к занавескам?

– Машинки зырил, – ответил мужской голос из динамика. – Такие все из себя винтажные.

– Где ты?

– В Белом доме. Подвал Западного крыла.

– Почему?

– Другой срез. Позже по времени, чем ваш, только это не одна линия. Уходим в другую сторону и от них, и от вас.

– Тебя зовут Коннер?

– Коннер Пенске, – ответил он.

– Дроны, которые предлагали Стетсу, те, которые хоть немного походили на этот, были очень шумные, – сказала она.

– Мы его проапгрейдили. Поручили сфабить из самых супер-пупер-современных компонентов, какие тут нашлись.

– Я так устала, что чуть не падаю, – сказала она.

– Постель. – Верджил указал на другую комнату. – Там. Спать. Таков план. Мы с Коннером побудем здесь.

– И заодно зарядим устройство, – добавил Коннер. – Аккумуляторы у него херовые. Единственное, что Тлен не смогла проапгрейдить до наших стандартов.

– Спокойной ночи, – сказала Верити уже в двери смежной комнаты.





58

Колдовской круг




Перифераль смотрела на Недертона равнодушным взглядом, означавшим, что она снова под управлением заводского ИИ.

– Мне она понравилась, – сказала Рейни.

Недертон решил, что речь о Верити. Рейни не всегда нравились клиенты, хотя в таких случаях она держала недовольство при себе.

Запульсировала эмблема, вроде бы незнакомая. Тут Недертон сообразил, что звонит Лев Зубов, а на эмблеме – морды его двух ручных тилацинов.

– Извини, телефон, – сказал он Рейни.