Агент влияния

– Не знаю, – повторил он, – но я здесь, чтобы предложить помощь.

Она встала, сделала шаг к нему.

– Я тебя не вижу, когда ты так близко, – сказал он.

– Камеры?

– Конечно.

– Я их не вижу.

– Они, скорее всего, похожи на маленькие круглые дырочки. Миллиметра два в диаметре.

Серый твид очень крупным планом. Текстура другой вселенной в высоком разрешении.

– Как шурупы, – загадочно произнесла девушка.





39

Коротышка




Верити глянула на бурую дверь, за которой Кэти Фан и Диксон печатали челюсти.

– Тебя зовут Уилл?

– Уилф. Уилф Недертон.

– Чем ты занимаешься, Уилф?

– Связи с общественностью.

– Где?

– В Лондоне.

– Для кого?

– Я фрилансер, – ответил он. – А где мы?

– В Окленде. – Она вспомнила последнее сообщение Юнис. Та сказала доверять людям, к которым доставит ее бариста. – Если ты в Лондоне, почему они просто не соединили нас по телефону?

– Кто?

– Кэти Фан.

– Я ее не знаю.

– Юнис купила у нее эту штуковину. Ты еще не объяснил мне, зачем ты здесь.

– Я знаю человека, который знает Юнис. Или знал. Это сложно.

Одна из его ног шевельнулась, вернее, попыталась шевельнуться, но ее удержал нижний брезентовый ремень. Верити отступила на шаг.

– Почему я не могу двинуть ногой? – встревоженно спросил он.

– Дрон привязан.

– К чему?

– К тележке. Ну такая, на которой можно стиральную машину везти. Два колеса, толстые шины, ручка.

– Я вижу ручку на заднем дисплее. Не понимал, что это она. Я связан?

– Гироскопы, – сказала Верити и поняла, что слышит их тихое гудение. – Без них ты неустойчивый, тебя привязали, чтобы не падал. Сейчас они вроде бы работают.

– Освободи меня, пожалуйста.


Она прикинула длину его рук, представила, как они ее душат, потом увидела, что дрон не только безголовый, но и беспалый.

– И еще ты подключен к зарядному устройству, но оно уже горит зеленым.

– Не могла бы ты и от него меня отключить?

– Позвать их сюда?

– Кого?

– Кэти и Диксона. Они его сделали.

– Если ты не против, – сказал он, – то лучше не надо.

– Ты его видел?

– Только модель в учебном тренажере.

– Он хоть и коротышка, а все равно страшный.

– Коротышка? – В голосе слышалось разочарование.

– Примерно с метр. Может, чуть выше.

– Я думал, он больше.

– Будь он поуже в плечах, был бы похож на Губку Боба.

– Это кто?

– У вас в Англии нет Губки Боба?

– Нет, – ответил он.

– Я даже не уверена, что смогу расстегнуть крепления. Не двигайся совсем, пока я не скажу. Когда скажу, двигайся медленно. У меня и так мурашки по коже.

– Извини.

Верити сделала шаг к дрону, поставила бутылку на пол, нагнулась к двум одинаковым фиксаторам и внезапно поймала себя на том, что ждет: сейчас появятся пиктографические руки Юнис и покажут, как открыть.

– Черт.

– Что такое?

– Извини. Дай разобраться.





40

Шажочки




– Попроси ее наклонить тележку вперед, – сказала Тлен. – Вертикально. И придерживать, когда ты ступишь на пол.

Недертон предположил, что Верити ее не слышит, но услышит его, если ответить.

– Чтобы убрать звук, коснись альвеолярного отростка центральных резцов, – сказала Тлен. – Все равно каких. Чтобы включить обратно, коснись снова.

Недертон тронул языком передние зубы.

– Зачем?

– Иначе тележка может на тебя упасть. Это не настоящий боевой дрон, просто любительская копия экспериментального прототипа.

– Погоди. – Он снова тронул языком зубы. Знакомый крупный план твида. – Как продвигается?

– Что-то вроде храпового механизма с фиксирующей защелкой. – Лязгнул металл. – Теперь второй. Готово. Осталось зарядное устройство. – Видимо, она встала на колени, потому что твид исчез, и камера теперь смотрела на каштановые волосы. – Готово.

Она встала.